Шаляпина Е. Л. (Санкт-Петербург)

Царь православный

О сыне верный Святыя Церкве! Ты
ревнитель прославления святых явился еси, храмов созидатель, святых обителей
благоукраситель, Святыя Земли и Горы Афонския благотворитель, просвещения
православного попечитель и монашества покровитель.
Песнь 6-я «Канона Святым
Царственным страстотерпцам Царю Николаю, Царице Александре,
Царевичу Алексию, Царевнам Ольге, Татиане, Марии и Анастасии»

Боговенчанный Царь вступает в
священно таинственный союз со своим народом при помазании от Духа Святого. Так Царь и народ как бы
сливаются в один могучий духовно-нравственный союз, подобный идеальной христианской семье, не мыслящей
разделения, не допускающей недоверия, не допускающей иных отношений, кроме взаимной любви,
преданности, самоотвержения и заботливости.
Свщмч. Иоанн Восторгов

 

14 мая (27 мая н.ст.) 1896 года в Успенском соборе Московского Кремля состоялось венчание на царство Государя Императора Николая II. В приветствии митрополита московского Сергия, встречавшего Государя, прозвучало: «...как нет выше, так нет и труднее на земле Царской власти, нет бремени тяжелее Царского служения». С этого дня начался крестный путь Русского Царя Николая, закончившийся Екатеринбургской Голгофой. Знамением великих скорбей предстоящего царствования явилась печально известная Ходынская катастрофа. И это через несколько дней после коронации! В этом бедствии были виноваты, главным образом, сами люди. Императрица Мария Феодоровна так писала Великому князю Георгию Александровичу: «Я была в отчаянии при виде в госпитале всех этих бедных раненых, наполовину раздавленных... Это было ужасно! Но в то же время они были так велики и возвышенны в своей простоте, что очень хотелось встать перед ними на колени... «Мы сами виноваты», ― говорили они и сожалели, что огорчили Царя! Да, они были прекрасны, и можно более чем гордиться от сознания, что ты принадлежишь к такому великому и прекрасному народу. Остальным классам следовало бы брать с них пример...»1. После катастрофы на Ходынском поле Государь Император Николай II и Государыня Императрица Александра Феодоровна молились на панихиде по погибшим, в следующие дни посещали пострадавших, находившихся в Екатерининской и Мариинской больницах. Были выданы немалые денежные пособия семьям погибших или изувеченных, похороны совершались за государственный счет в отдельных гробах, а не в братской могиле, как это было принято в подобных случаях. Сострадательное отношение Царя Николая II к бедам простых людей, своих подданных, было присуще ему на всем протяжении его почти 23-летнего царствования. «Основной, плохо скрываемой чертой характера Государя Николая Александровича была любовь к простым людям, основанная, главным образом, на жалости, а жалость ― ведь это испытываемая боль от страданий других. ...особенно теплое чувство к простому русскому народу мне приходилось неоднократно наблюдать во время многочисленных разговоров Государя с крестьянами». (С. Я. Офросимова «Царская семья»)2. Истинное христианское милосердие было неотъемлемым душевным свойством Царя-мученика. В этом ведь тоже заключалось его мученичество, он «плакал с плачущими». Таких свидетельств множество.

Безвременная кончина Императора Александра III застала Наследника Цесаревича Николая не вполне подготовленным к управлению государством. Только «...незыблемая вера в премудрость Небесного Промысла» и верность заветам усопшего Царя-миротворца, как говорилось в манифесте молодого Императора, помогли ему стать достойным преемником Прародительского Престола. Государь Император Николай II принял и донес до конца тяжелейший крест управления Российским государством на разломе эпох.

Русская Православная Церковь всегда была предметом его особенных забот и по долгу царского служения, и по глубокой любви к Богу, которой он был наделен свыше. По свидетельству хорошо знавших его людей, Государь всегда начинал день с молитвы.

Из воспоминаний епископа Феофана Полтавского: «Каждый будний день Государь всегда начинал с молитвы в храме. Точно в восемь часов утра он входил в дворцовый храм. К этому моменту уже были прочитаны часы и служащим священником совершена проскомидия. Со входом Царя священник делал возглас: “Благословенно Царство Отца, и Сына, и Святаго Духа, ныне, и присно, и во веки веков!” А точно в девять часов литургия кончалась... В алтаре висели стенные часы, и служащий следил, чтобы уложиться во времени. Государь всегда молился очень усердно. ...Точно в девять часов ― последний раз “аминь”. Государь, приложившись ко Кресту, шел в свой кабинет, где и начинался его трудовой день»3.

Государь Император Николай II ревностно и деятельно послужил благу Русской Церкви. За 20 лет правления, с 1896 по 1916 год, было канонизировано семь русских святых, больше, чем за четыре предыдущих царствования. Так, в 1805 году, в царствование Императора Александра I, был прославлен святитель Иннокентий епископ Иркутский. При Императоре Николае I в 1832 году были торжественно открыты мощи святителя Митрофана, первого епископа Воронежского, в 1826 году по высочайшему повелению открыты мощи мучеников Литовских Антония, Иоанна и Евстафия, принявших мученический венец в 1347 году. Их мощи находились в виленском в честь Сошествия Святого Духа на апостолов монастыре. (25 сентября 1914 года Император Николай II, направляясь на фронт, сделал остановку в Вильно, где посетил этот монастырь, приложился к мощам мучеников Антония, Иоанна и Евстафия и принял от архиепископа Литовского Тихона (Белавина) в дар их икону.) В царствование Александра II состоялось в 1861 году открытие мощей святителя Тихона епископа Задонского и в 1866 году установлено празднование святым угодникам Волынским, в воспоминание чудесного спасения Императора Александра II от покушения на него в Париже. В год коронации Императора Александра III к обер-прокурору К. П. Победоносцеву поступали ходатайства с предложением о канонизации старца Серафима Саровского. Эти ходатайства были отклонены Святейшим Синодом. Преподобный Серафим был прославлен Церковью при Императоре Николае II. Начало же череде канонизаций было положено в 1896 году.

Первым святым, прославленным в царствование Царя-мученика Николая II, был святитель Феодосий (Углицкий) архиепископ Черниговский. Это событие произошло вскоре после коронационных торжеств. Определение Святейшего Синода гласило: «Во блаженной памяти почившего Феодосия, архиепископа Черниговского, причислить к лику святых, благодатию Божиею прославленных, и нетленное тело его признать святыми мощами. Память святителя праздновать 5 февраля и в день открытия мощей, а для торжества открытия мощей святителя, во исполнение Высочайшей воли Государя Императора Николая II, назначить 9 день сентября текущего 1896 года». Канонизация была приурочена к 200-летию кончины святителя Феодосия, почившего 5 (15) февраля 1696 года и погребенного в Черниговском Борисоглебском соборе. Торжество прославления совершил митрополит Киевский и Галицкий Иоанникий (Руднев) в сослужении шести епископов. При жизни Владыка Феодосий много потрудился в борьбе с влиянием католиков и униатов на юге России, восстановил и благоустроил Елецкий Успенский мужской монастырь, разоренный иезуитами. Незадолго до своей кончины святитель Феодосий назначил своим преемником наместника Брянского Свенского монастыря иеромонаха Иоанна Максимовича, впоследствии митрополита Тобольского и Сибирского, которого хорошо знал и ценил. Именно Владыка Иоанн положил начало почитанию усопшего святителя Феодосия. Известен случай исцеления архиепископа Иоанна от тяжелой болезни после молитвы у гроба Владыки Феодосия. Митрополит Тобольский и Сибирский Иоанн был канонизирован в 1916 году, последним при Императоре Николае II.

В 1897 году был прославлен, как местночтимый святой, священномученик Исидор Юрьевский и с ним 72 мученика. Священномученик Исидор был приходским священником в Юрьеве ливонском. В 1472 году в праздник Крещения Господня он с прихожанами отправился Крестным ходом на реку Омовжу для совершения чина Великого водосвятия. Все участники крестного хода во главе с пресвитером Исидором были взяты под стражу по указанию местного католического епископа. 8 (21) января все они были утоплены в реке. Это была месть за проповедь Православия среди эстонского населения. В 1903‒1907 годах в Санкт-Петербурге был построен и освящен храм во имя священномученика Исидора Юрьевского.

Торжества в Саровской пустыни по случаю прославления в лике святых старца Серафима пришлись на 1903 год. Святейший Синод по каким-то причинам долго не соглашался на эту канонизацию. Так, при восшествии на престол Императора Александра III были отклонены поступившие по этому вопросу ходатайства. В 1882 году было начато, наконец, особой комиссией расследование о чудесах, явленных по молитвам старца Серафима. Окончено оно было в августе 1894 года и в 1895 году было представлено в Святейший Синод. Но дело не сдвинулось. Только после личного вмешательства Государя Николая Александровича было принято решение о прославлении Серафима Саровского, и то не сразу. Князь Владимир Волконский писал об этом так: «Вокруг этого события было тогда (1903 год) очень много шума, и литературного, и словесного. Шум был недоброжелательный: говорили об административном влиянии на епархиальный мир, почти что о приказе признать старца Серафима святым; уже потихоньку шептали о посторонних “темных” влияниях в дворцовых кругах, ― тогда еще не смели клеветать прямо на Царскую Семью; словом, шумели как умели и сколько могли. И несмотря на весь этот шум недоброжелательства, на старания доказать “искусственность” святости Серафима, народ упорно двигался в сторону монастыря; за месяц, за два уже были видны и отдельные богомольцы, и целые группы; шли решительно со всей России, шли отовсюду и шло множество; в день прославления в Сарове было около трехсот тысяч, и после этого шли и шли беспрерывно; и я глубоко уверен, что ни у кого из шедших на поклонение к старцу Серафиму сомнения не рождались в душе, и любовь к нему не уменьшалась»4. Во второй части своей «Летописи Серафимо-Дивеевского монастыря» митрополит Серафим (Чичагов) подробно описывал события перед открытием мощей, сопротивление членов Синода указанию Государя. Рукопись эта исчезла при аресте Владыки органами НКВД в 1937 году.

Наконец, в «Церковных ведомостях» от 27 июля 1902 года появилось сообщение: «Веру народную в святость старца Серафима и его предстательство пред Богом за притекающих к нему с молитвою разделяет и Венценосный Вождь русского народа Благочестивейший Государь Император Николай Александрович. Ныне, в день рождения старца Серафима 19-го июля, Его Величеству благоугодно было воспамянуть и молитвенные подвиги почившего и всенародное к памяти его усердие и выразить желание, дабы доведено было до конца начатое уже в Святейшем Синоде дело о прославлении благоговейного Старца. Святейший Синод признал ныне благовременным приступить к потребным для сего распоряжениям, каковые употреблялись прежде сего в подобных случаях»5.

В январе 1903 года было произведено освидетельствование честных останков отца Серафима, составлен подробный акт и представлен на Монаршее усмотрение. На всеподданнейшем докладе Святейшего Синода Государь Император начертал: «Прочел с чувством истинной радости и глубокого умиления». Проведение торжеств было приурочено ко дню рождения преподобного 19 июля 1903 года.

По Высочайшему повелению подготовительные работы были возложены на архимандрита Серафима (Чичагова) и прокурора московской синодальной конторы князя Ширинского-Шихматова. Рака для мощей преподобного Серафима и бронзовая сень над нею были изготовлены на средства Их Императорских Величеств. Также Их Величества пожертвовали золотую с драгоценными камнями лампаду к раке преподобного с надписью: «Ты Сам, Господи, избрал его и нашел сердце его верным пред Тобою. Дар Их Величеств Государя Императора Николая II и Государыни Императрицы Александры Феодоровны 19-го июля 1903 г.». Другая драгоценная лампада ― дар Августейших Детей с надписью: «Свет Христов просвещает всех. Дар Их Императорских Высочеств Великих Княжон Ольги, Татианы, Марии и Анастасии. 19-го июля 1903 г.».

Саровские события ясно показали отношение Государя и Государыни к народной святыне, к вере простых людей, к своему народу. «Очевидцы никогда не забудут, как Венценосный Вождь России разделял со своим народом молитвенный подвиг и священную радость прославления новоявленного Заступника пред Престолом Божиим за всю Державу Российскую»6. По прибытии в монастырь ― торжественная встреча духовенства, вечером ― всенощное бдение, утром ― литургия. Здесь «Стоит упомянуть, в назидание православным, что наш батюшка Царь накануне проехал 62 версты проселочной дорогой, стоял всенощную, исповедался уже в 11-м часу ночи, а к святому Причащению все же изволил встать к ранней литургии, которая начинается в 5 часов утра. И с ним разделила сей подвиг его Боговенчанная Супруга»7.

18-го июля Их Величества осматривали монастырские храмы, постройки, территорию монастыря, «все, что только можно было осмотреть... Но куда Царь с Царицами ― туда и народ со своими котомками за спиной...»8. Государь ходил без особой охраны, к нему нередко подходили группы крестьян, завязывались беседы, большинство впервые имело возможность видеть его так близко.

В 6 часов вечера началось торжественное всенощное бдение. Святые мощи преподобного Серафима из Зосимо-Савватиевской церкви в Успенский собор внесли на своих плечах Государь и Великие князья. В первый раз прозвучало величание: «Ублажаем тя, преподобне отче Серафиме...». После чтения Евангелия Государь первым делает земной поклон и с благоговением прикладывается к честным мощам. Так встретились и зримо соприкоснулись двое великих русских святых: преподобный Серафим (убогий Серафим, как он себя называл) и Царь-мученик Николай.

Думается, это событие ― прославление преподобного Серафима ― осталось в сердцах Государя и Государыни навсегда и явилось, может быть, одной из причин их неколебимой любви к своему народу, любви до смерти. Возможно, именно в Сарове сердца Царственных Мучеников обрели то дерзновение к Богу, без которого невозможен крестный подвиг. Мы не знаем, что было в письме преподобного к Царю-мученику (полученное им в Дивееве), знаем только, что Царь много плакал по прочтении этого письма. Знаем, что Господь даровал Царской Чете Наследника через год после саровских торжеств. Знаем, что в Феодоровском Государевом соборе в Царском Селе был сооружен нижний пещерный храм во имя преподобного Серафима Саровского, где все напоминало о святом старце.

4 сентября 1911 года состоялось открытие мощей святителя Иоасафа Белгородского. На всеподданнейшем докладе обер-прокурора Святейшего Синода о сем прославлении Государь начертал: «Благодатным предстательством Святителя Иоасафа да укрепляется в Державе Российской преданность праотеческому Православию ко благу всего народа Русскаго. Приемлю предложение Святейшего Синода с искренним умилением и полным сочувствием». Торжества в Белгороде проходили в присутствии Великой княгини Елизаветы Феодоровны и Великого князя Константина Константиновича. Стеклось до 200 тысяч паломников. Приезд Царя в Белгород 4 сентября не состоялся по независящим от него причинам. Император Николай II с семьей посетил Белгород в декабре 1911 года, возвращаясь из Ливадии в Петербург. Все члены Царской Семьи приложились к мощам святителя Иоасафа, коленопреклоненно помолились во время молебна. Как писал в «Курских епархиальных ведомостях» епископ Рыльский Никодим: «Этим Высочайшим посещением Их Величеств и поклонением святым мощам святителя Иоасафа как бы завершились великие дни белгородских торжеств»9.

В том же 1911 году в Святейший Синод поступило ходатайство о восстановлении церковного почитания преподобномученика Евфросина Синозерского, ошибочно исключенного из русских святцев в XVII веке при Патриархе Никоне. В период Смутного времени на Руси он был игуменом Синозерской обители, расположенной на берегу Синичьего озера. 2 апреля 1612 года был убит поляками при их нападении на обитель. Спустя 34 года, 25 августа были обретены его нетленные мощи. В том же 1653 году на вклад Царя Алексея Михайловича была изготовлена деревянная рака с резным изображением преподобного. По решению Святейшего Синода 29 июня 1912 года преподобномученик Евфросин Синозерский был восстановлен к общецерковному почитанию в сонме Новгородских святых. В царствование Императора Николая II это был второй случай восстановления почитания святого.

С 12 по 26 июля 1908 года в Киеве проходил IV Всероссийский миссионерский съезд, на котором обсуждался в числе прочих вопрос о восстановлении церковного почитания святой Анны Кашинской. Съезд придавал этому прославлению большое миссионерское значение. Княгиня Анна Кашинская была супругой святого князя Михаила Ярославича Тверского (память 22 ноября), замученного в Орде в 1318 году. В высочайше утвержденном 7 ноября 1908 года докладе о вторичном прославлении святой княгини говорилось: «В течение своей жизни быв образцом христианской супруги и матери, отличаясь христианской любовью к бедным и несчастным, проявляла искреннее благочестие, мужественно перенося всевозможные испытания». Обретение мощей святой княгини Анны Кашинской произошло 28 июля 1649 года. 12 июня 1650 года мощи святой были перенесены, в присутствии Царя Алексея Михайловича, в Кашинский Вознесенский собор. Однако, по почину Патриарха Иоакима, третьего преемника Патриарха Никона, на Соборах 1677 и 1678 годов постановили «празднования ей не творити». Это постановление было принято на том основании, что пальцы святой были сложены для совершения двуперстного, а не троеперстного крестного знамения (что было вполне естественно, так как троеперстие было окончательно утверждено лишь на Соборе 1656 года при Патриархе Никоне). Эта ошибка была исправлена ровно через 260 лет в царствование Императора Николая II, который принял в этом деле горячее участие. Летом 1909 года торжество возобновления почитания святой благоверной княгини Анны Кашинской проходило в Кашинском Успенском соборе по единоверческому чину. Это событие имело большое значение для привлечения к Православию старообрядцев. Большое торжество было также 5 сентября в Санкт-Петербурге по случаю принесения иконы святой Анны Кашинской с частицей ее мощей в единоверческий Никольский храм на Николаевской улице. Литургию по архиерейскому чиновнику XV и XVI веков служил викарный епископ Гдовский Кирилл (Смирнов), впоследствии архиепископ Тамбовский, возглавлявший комиссию по канонизации святителя Питирима Тамбовского. Спустя некоторое время единоверцы обратились с ходатайством в Синод о созыве в Москве их всероссийского съезда. В 1912 году Святейший Синод разрешил проведение этого съезда в Санкт-Петербурге. 31 января депутация съезда, во главе с архиепископом Антонием (Храповицким) представлялась Императору Николаю Александровичу. Государю была поднесена икона благоверной княгини Анны Кашинской. Единоверческий священник Симеон Шлеев поднес Царю и Наследнику Цесаревичу Алексею Николаевичу подручники ― коврики, которые единоверцы употребляют на молитве при земных поклонах.

21 февраля 1913 года исполнилось 300 лет со дня избрания на царство Михаила Феодоровича Романова. В этот год юбилейных торжеств был причтен к лику святых святитель Ермоген патриарх Московский и всея Руси, стяжавший мученический венец в годы Смутного времени на Руси. Он почти единственным противостоял беззаконному низложению с престола Царя Василия Шуйского и не признавал насильственного его пострига. «Патриарх изъяснял народу, что нет спасения там, где нет благословения свыше; что измена царю есть злодейство, всегда казнимое Богом, и не избавит, а еще глубже погрузит Россию в бездну ужасов...» (М. В. Толстой)10.Святитель Ермоген не признавал власти взбунтовавшегося боярства, был противником возведения на Российский престол польского королевича Сигизмунда и советовал избрать на царство юного боярина Михаила Феодоровича Романова, племянника Царя Феодора Иоанновича, последнего из рода Рюриков. Это спасительное для Руси избрание состоялось уже после мученической кончины патриарха Ермогена, наступившей 17 февраля 1612 года от голодной смерти в плену у ляхов, захвативших Кремль и пытавшихся заставить Патриарха остановить своих соотечественников, осаждавших Москву. Подвиг веры, стояние за правду Христову, жертвенная любовь к Церкви Православной и к Отечеству, неустанные молитвы святого патриарха Ермогена послужили прекращению Смутного времени на Руси. Был созван Всероссийский Земский Собор, на котором были преодолены многочисленные разногласия и 21 февраля 1613 года принято единодушное решение о призвании на царство Михаила Романова, ставшего родоначальником новой династии. В последующие 300 лет, как говорилось в Высочайшем манифесте Государя Императора Николая II от 21 февраля 1913 года: «...Тесные пределы Московской Руси раздвинулись, и империя Российская стала ныне в ряду первых держав мира».

Патриарх Ермоген был свидетелем и участником обретения чудотворной Казанской иконы Божией Матери в 1589 году, поскольку свое служение начинал в Казани. По благословению архиепископа Казанского Иеремии на своих руках переносил образ Богоматери во главе торжественного Крестного хода с места обретения в Никольский храм. В 1594 году, будучи уже митрополитом Казанским и Астраханским, составил «Сказание о явлении чудотворныя иконы Пресвятыя Богородицы во граде Казани». Им написаны тексты песнопений службы на день явления Казанской иконы Божией Матери, его авторству принадлежит тропарь «Заступнице усердная». Владыка был возведен на патриарший престол 3 июля 1606 года.

Через 40 лет после мученической кончины патриарха Ермогена, в феврале 1652 года, были обретены его нетленные мощи и перенесены из Чудова монастыря в Успенскую церковь, где помещены были под каменным надгробием. Многие чудеса совершались у гроба святителя по горячим просьбам верующего народа. В 300-летнюю годовщину кончины патриарха было удовлетворено ходатайство о причислении его к лику святых. Ходатайство это было подано гражданами Москвы через митрополита Макария. На всеподданнейшем докладе Святейшего Синода Государь Император соизволил собственноручно начертать: «Прочел с чувством истинной радости».

В день Светлого Христова Воскресения, 14 апреля 1913 года, Святейший Синод обнародовал свое «Деяние», где говорилось «...мученически скончавшегося Святейшего Всероссийского Патриарха Ермогена признать в лике святых, благодатию Божией прославленных, оставив всечестные останки его под спудом на месте их упокоения...». Торжества были назначены на воскресенье 12 (25) мая. Их возглавил в Успенском соборе Кремля Патриарх Антиохийский Григорий. В день церковного прославления священномученика Ермогена Его Императорскому Величеству Государю Императору Николаю Александровичу была послана всеподданнейшая телеграмма: «Ныне, в день прославления священномученика Патриарха Ермогена, тысячи верных сынов Святой Церкви возносили усердные молитвы угоднику Божию, да дарует Господь его предстательством здравие и благополучие Вашему Императорскому Величеству, Их Величествам Государыням Императрицам, Наследнику Цесаревичу и всему Августейшему Семейству, да утверждаются мир и тишина на земле нашей, да умножаются люди твердые, подобно святителю Ермогену, в стоянии за веру и правду, в готовности положить душу свою за Православную Церковь, за венценосного Самодержавного Царя и за Святую Русь. Патриарх Григорий, митрополит Владимир, митрополит Макарий, Владимир Саблер». В ответной телеграмме, адресованной обер-прокурору, говорилось: «Поручаю Вам передать святейшему Патриарху Григорию, высокопреосвященным Владимиру и Макарию, а также всем помолившимся за меня и мою семью в день прославления священномученика Ермогена, мою сердечную благодарность. Искренне сожалею, что не мог быть на прославлении. Николай». Рака для мощей Патриарха Ермогена была изготовлена на средства Их Величеств. Патриарх Ермоген был первым из русских патриархов, причисленных к лику святых.

В 1918 году в Казанском соборе Петрограда, по почину настоятеля протоиерея Философа Орнатского и по благословению митрополита Петроградского и Ладожского Вениамина, было начато сооружение нижнего «пещерного» храма во имя священномученика Патриарха Ермогена. Ни отец Философ, ни Владыка Вениамин не дожили до освящения этого храма...

Прославление в лике святых святителя Питирима Тамбовского почти совпало с началом Мировой войны. Архимандрит Питирим был назначен на епископскую кафедру новообразованной Тамбовской епархии в 1684 году с возведением в следующем году в сан епископа. Область Тамбовской епархии населяли люди самого разного вероисповедания. Кроме того, проживали ссыльные, было немало и разбойного люда. Так что поле деятельности нового Владыки было обширным и многотрудным ― от благоустройства храмов до миссионерской деятельности. Характер святителя Питирима, очевидно, вполне соответствовал стоящей перед ним задаче. Он был очень доброжелателен, приветлив, кроток, имел глубокую, нелицемерную любовь ко всем людям. Принимал всех, нуждавшихся в его духовной помощи, ― и православных, и многочисленных в том краю старообрядцев, и мусульман, и язычников, и закосневших в грехе преступников. Его стараниями возводились новые храмы, основывались монастыри. Владыка ревностно относился к богослужениям, усердно проповедовал по воскресным и праздничным дням, на буднях часто сам читал шестопсалмие, часы, пел в хоре. В 1694 году заложил и приступил к постройке в Тамбове каменного Спасо-Преображенского кафедрального собора. При этом, со свойственным ему смирением, сам принимал участие в строительных работах: носил кирпичи, подвозил глину. В этом соборе святитель указал место для его погребения. Почил он 28 июля 1698 года, не дожив до окончания строительства. Собор был полностью достроен спустя много лет после его кончины. Над местом упокоения святителя Питирима была установлена резная гробница, на боковой стороне которой была сделана надпись: «Не забывайте мя, егда молитеся Господу». Гробница тамбовского архипастыря в скором времени стала местом постоянного паломничества. Приходили помолиться не только из окрестных сел и городов, но и из других епархий.

После канонизации в 1903 году преподобного Серафима Саровского, которая проходила в Тамбовской епархии, жители тамбовщины стали ожидать канонизации и святителя Питирима. Тем более что преподобный Серафим при жизни очень почитал святителя и благословлял всех, кто направлялся в Тамбов, побывать у его гробницы. Исключительную роль в канонизации Владыки Питирима сыграл правящий архиерей Тамбовской епархии Кирилл (Смирнов), будущий священномученик. Именно он возглавил комиссию по освидетельствованию мощей святителя Питирима епископа Тамбовского и по исследованию чудес, совершавшихся у его гробницы. На основании проведенных исследований комиссия представила 14 января 1913 года результаты в Синод. Доклад по этому вопросу был представлен в свою очередь на Высочайшее усмотрение. На докладе 28 июня 1913 года Его Императорское Величество Николай II собственноручно начертал: «Согласен. Прочел с чувством истинной радости и умиления». В «Деянии» Святейшего Синода от 25 января 1914 года говорилось «...о признании в лике Святых почившего Питирима, епископа Тамбовского... о торжественном прославлении Святителя 28 июля 1914 года ― в день памяти его... о составлении ему особой службы... и об объявлении о сем во всенародное известие от Святейшего Синода».

На торжества прибыло многочисленное духовенство: архипастыри, в первую очередь, митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Владимир, настоятели монастырей, в том числе игумен Саровской пустыни Иерофей, настоятели всех тамбовских церквей, архимандриты, иеромонахи, священники из других епархий. Паломников собралось до 50 тысяч, и если бы не начало войны, то было бы и вдвое больше. 28 июля (10 авг.) во всех храмах Тамбова совершались торжественные богослужения, город наполнен был колокольным звоном. После литургии мощи святителя Питирима были обнесены Крестным ходом вокруг Спасо-Преображенского собора и поставлены в нижнем храме у южной стены. Со временем над гробницей была сооружена мраморная сень с золотым верхом. В настоящее время резная деревянная рака с мощами святителя Питирима находится на прежнем месте в Спасо-Преображенском соборе города Тамбова. В период с 1918 по 1988 год мощи находились в запасниках Тамбовского краеведческого музея, располагавшегося в стенах того же собора.

Через год после начала войны, 23 августа 1915 года, Государь Николай II принял на себя командование Русской Армией. Его приказгласил: «Сего числа Я принял на Себя предводительство всеми сухопутными и морскими силами, находящимися на театре военных действий. С твердой верой в помощь Божию и с непоколебимой уверенностью в конечной победе будем исполнять наш святой долг защиты Родины до конца и не посрамим земли Русской»11. Государь, будучи Верховным Главнокомандующим, несмотря на колоссальные трудности, как экономического, так и политического характера, вел Россию к победе. Он верил в победу, верил в Россию, в ее народ, в заступничество русских святых. Во второй год войны на всеподданнейшем докладе Святейшего Синода о прославлении святителя Иоанна митрополита Тобольского и Сибирского Государем 21 января 1916 года было начертано: «Приемлю предложение Святейшего Синода с умилением и с тем большим чувством радости, что верю в предстательство Святителя Иоанна (Максимовича) в эту годину испытаний за Русь Православную».

Святитель Иоанн занимал Тобольскую кафедру на протяжении всего четырех лет, с 1711 по 1715 год. До этого назначения он был архиепископом Черниговским (с 1697 по 1711 год), сменив почившего Владыку Феодосия, о чем говорилось выше.

В январе 1711 года царским указом Петра I архиепископ Иоанн был, с возведением в сан, назначен митрополитом Тобольским и всея Сибири. В начале XVIII века границы Тобольской епархии простирались от Урала до берегов Тихого океана. Положение дел в епархии было тяжелым. В немногочисленных храмах не хватало священников. Население огромных территорий, особенно коренное ханты-мансийское, было частью языческим, частью мусульманским. Среди русского населения было распространено старообрядчество. А помощников у нового Владыки почти не было. Тем не менее за столь краткое время своего служения Владыка Иоанн сумел сделать многое. Он организовал строительство храмов, в том числе каменных. При нем в 1713 году был достроен в Тобольске храм Спаса Нерукотворного Образа. Занимаясь миссионерской работой, строил церкви для новообращенных и направлял туда священников. Очень много внимания и сил уделял духовно-просветительской деятельности, чем он отличался еще в Чернигове, где основал коллегию (славяно-латинскую школу) для детей не только духовных лиц, но и дворян, мещан, казаков. Современники прозвали ее «Коллегия Максимовическая». По образцу этой коллегии впоследствии стали возникать школы в других епархиях. В Тобольске Владыка также много заботился о славяно-русской школе, выписывал книги из Чернигова для библиотеки, просил присылать преподавателей для школы. Прославился святитель Иоанн и как духовный писатель и переводчик. Его «Илиотропион» до нашего времени пользуется спросом у православных читателей. Святитель Иоанн никогда не оставлял благотворительности, часто посещал тюрьмы, тайно творил милостыню. Последним значительным делом святителя Иоанна стала отправка в Китай первой Пекинской духовной миссии. Официальным поводом была необходимость духовного окормления живших в Пекине потомков пленных русских казаков. На деле задачи миссии были много шире. Миссия отбыла из Тобольска 16 января 1715 года. ...А Владыка был уже на пороге вечности. 9 июня он в последний раз отслужил литургию, причастился. После службы дал большой обед для городского духовенства и для неимущих жителей Тобольска. На следующее утро последовала его блаженная кончина ― его нашли стоящим на коленях перед иконой Божией Матери, он молился до последнего вздоха.

Ходатайство о канонизации митрополита Тобольского и Сибирского Иоанна (Максимовича) поступило от духовенства Тобольской епархии в Святейший Синод еще в 1913 году, в преддверии 200-летия его кончины. В «Деянии» Святейшего Синода от 12 февраля 1916 года возвещалось о прославлении в лике святых святителя Иоанна. Торжества были назначены на 10 июня 1916 года. Проповедь на всенощном бдении 9 июня произнес протоиерей Иоанн Восторгов, будущий священномученик. Кипарисовый гроб с мощами святителя был установлен в Софийском кафедральном соборе Тобольска.

Спустя год, 6 августа 1917 года, в день праздника Преображения Господня, содержащаяся под арестом Царская Семья прибыла в Тобольск. Предназначенный для проживания Семьи губернаторский дом, при новых властях наименованный «Домом Свободы», оказался совершенно не готовым к принятию Царственных Узников. Они смогли перебраться в него только 13 августа, в преддверии праздника Успения Пресвятой Богородицы. По просьбе Государя в доме был отслужен благодарственный молебен с водосвятием.

Возвращаясь к событиям 1916 года, добавим, что 17 апреля Тобольский губернатор Н. А. Ордовский-Танаевский был вызван в Царское Село на аудиенцию к Императрице Александре Феодоровне. Речь шла в том числе «о намеченной с 1913 года канонизации святого чудотворца, мученика болярина Михаила Никитича Романова, замученного в лихолетье в деревушке Ныробке Пермской губернии, родного дяди Царя Михаила Феодоровича Романова»12, и о возможности присутствия Их Величеств на торжествах прославления святителя Иоанна Тобольского. Приглашение в Тобольск было отклонено по причине военного времени, при этом Государыня сказала: «Кончится эта небывалая война... и тогда осенью 1917 года мы всей Семьей поедем: в Пермь ― повесить доску на стенку дома, где был Император Александр I..., на канонизацию предка, Михаила Никитича Романова, затем в Верхотурье, поклониться святым мощам Симеона чудотворца, и потом в Тобольск,к Святителю, на канонизацию которого вы приглашаете. Остановимся у вас в доме, но не вздумайте выселяться, поместимся все, в тесноте, да не в обиде»13.

Из письма Великой княжны Татианы Николаевны к З. С Толстой от 6 ноября 1917 года: «Посылаю Вам всем четыре образка от Мамы и нас всех. Они лежали на мощах Св. Иоанна Максимовича Тобольского. К сожалению, мы не были там, так как не пускают. Татиана»14.

В 1922 году мощи святителя Иоанна оказались в антирелигиозном отделе местного краеведческого музея, расположившегося в здании архиерейского дома. Они были возвращены Церкви в 1946 году при Патриархе Алексии I.

Из значительных событий церковной жизни при Государе Николае II следует также упомянуть торжественное перенесение в 1910 году из Киево-Печерской Лавры в Полоцк мощей преподобной Евфросинии игумении Полоцкой. Святая Евфросиния скончалась в Иерусалиме в 1173 году и была погребена в монастыре преподобного Феодосия Великого в Святой Земле. Здесь гроб с мощами преподобной находился до 1187 года. Затем мощи были перевезены в Киев и положены в Дальних пещерах. Начиная с 1832 года полочане неоднократно, через своих правящих архиереев, обращались в Святейший Синод с просьбами о перенесении мощей преподобной на ее родину, в Полоцк. И только седьмое по счету ходатайство 1909 года от Полоцко-Витебской епархии было удовлетворено. Много способствовало продвижению дела и ходатайство участников Всероссийского миссионерского съезда, проходившего в Киеве в 1908 году. Окончательное же решение о перенесении мощей преподобной Евфросинии принадлежало Государю Императору Николаю II. Текст его собственноручной резолюции гласил: «Сочувствую удовлетворению ходатайства о перенесении святых мощей преподобной Евфросинии в Полоцк. Предлагаю Св. Синоду обсудить подробности перенесения в ближайшую зимнюю сессию и затем снова доложить мне»15. Что и было исполнено. Подробный чин перенесения мощей преподобной, разработанный Синодом, был Высочайше утвержден 29 января 1910 года. Евфросиниевские торжества начались на второй день Пасхи, 19 апреля, и продолжались вплоть до 23 мая ― дня памяти святой. От Киева до Орши ― водным путем по Днепру, от Орши до Полоцка ― пешим Крестным ходом неторопливо двигалась процессия со святыми мощами преподобной. По свидетельству очевидцев шествие сопровождалось огромным стечением богомольцев, настрой у всех был приподнятый, радостный, чему способствовали и продолжавшиеся пасхальные дни. В местах, где были предусмотрены остановки, в храмах совершались торжественные богослужения. От Киева до Полоцка плыло над святыми мощами преподобной Евфросинии «Христос воскресе!». От Киево-Печерской Лавры и до Полоцкого Спасо-Евфросиниевского монастыря звучало: «Ублажаем тя, преподобная мати Евфросиния!..». На всем пути следования святыни совершались чудеса исцелений, возносились благодарственные молитвы. Так святая игумения Полоцкая вернулась на родную белорусскую землю, в монастырь, основанный ею при жизни.

Особого внимания заслуживают отношения Императорской Семьи со святым праведным Иоанном Кронштадтским. Как известно, кронштадтский пастырь присутствовал при кончине Императора Александра III. В ту пору отец Иоанн был известен уже по всей России, его портреты можно было встретить и в домах состоятельных людей, и в бедных крестьянских лачугах и всегда на почетном месте, иногда рядом с портретами Царя и Царицы. Один крестьянин просто сказал: «Это наш молитвенник батюшка, он за Царя и Царицу, за весь Дом царствующий Богу молится... Им, может быть, и земля Русская и все мы крепки и живем... Продли Господь его дни!.16. Отец Иоанн был приглашен в Ливадию к тяжко болящему Императору Александру Александровичу. Прибыл он 8 октября и находился в Ливадии вплоть до кончины Государя. 17 октября о. Иоанн служил Божественную литургию в воспоминание чудесного спасения Царской Семьи в 1888 году при крушении поезда под станцией Борки, и после литургии отправился в Царский дворец для причащения Императора. Через три дня, в самый день кончины Государя Александра III, по его желанию вызвали отца Иоанна, который соборовал умирающего и находился возле него до конца. Таким образом, святой праведный Иоанн Кронштадтский был рядом с Царской Семьей в исторический момент перехода власти к Наследнику Николаю Александровичу. И впоследствии отец Иоанн не раз находился рядом с Царской Семьей в такие моменты. Так было при совершении Таинства бракосочетания Государя Николая Александровича с Великой княжной Александрой Феодоровной. Еще продолжались траурные дни, и невеста на один лишь день сменила черные одежды на белые. Манифест молодого Царя по поводу этого события гласил: «Благословением Божиим совершилось сегодня в соборной церкви Зимнего дворца, в присутствии духовных и светских особ, бракосочетание Наше с Возлюбленной невестой Нашей Благоверной Великой княжной Александрой Феодоровной, дочерью Великого герцога Гессенского. Посреди глубокой скорби, коей преисполнены сердца наши и всех верных сынов России, да будет день сей светлым вестником упований народных на продолжение к нам милости Божией в наступившее новое царствование...».

По желанию Государя присутствовал отец Иоанн в числе служащего духовенства и при венчании на царство Их Величеств в Успенском соборе Кремля. Впоследствии вкупе с протопресвитером Иоанном Янышевым, духовником Царской Четы, о. Иоанн принимал участие в руководстве духовной жизнью Императора и, особенно, Императрицы, принявшей Православие незадолго до вступления в брак.

Отец Иоанн Кронштадтский был глубоко убежденным сторонником и неутомимым проповедником самодержавной формы государственности в России. Он неустанно обличал безумие вероотступников, прямо связывая действия мятежников, революционеров, бунтовщиков и террористов всех рангов, направленных к подрыву самодержавия, с потерей веры Православной. Он говорил об этом прямо и бескомпромиссно: «Держись же, Россия, твердо веры своей и Церкви, и Царя православного, если хочешь быть непоколебимою людьми неверия и безначалия, и не хочешь лишиться царства и Царя православного. А если отпадешь от своей веры, как уже отпали от ней многие интеллигенты, то не будешь уже ...Русью святою, а сбродом всяких иноверцев, стремящихся истребить друг друга»17. Особенно в дни революционного брожения 1905‒1907 годов отец Иоанн явил себя бесстрашным обличителем пороков общества и горячим проповедником покаяния, чем нажил себе немало врагов. Проповедником такой духовной силы он оказался в то время почти единственным подобно Иоанну Крестителю. Так и почти единственным истинным поборником самодержавия оказался сам Царь-мученик Николай II. Это были духовно близкие друг другу великие святые современники, очень хорошо понимавшие, чем грозит России и Церкви русской разрушение монархии.

«Полно и ясно раскрыл мистический смысл Русского Самодержавия и российской имперской государственности великий молитвенник и чудотворец, святой праведный отец Иоанн Кронштадтский. Он поучал: “Умолкните же вы, мечтательные конституционалисты и парламентаристы! Отойди от меня, сатана, ты мне соблазн... От Господа подается власть, сила, мужество и мудрость царю управлять своими подданными. Но да приближатся к престолу достойные помощники, имеющие правую совесть и страх Божий, и да бежат от престола все, в коих совесть сожжена, в коих нет совета правого, мудрого и благонамеренного... Бедное Отечество, когда-то ты будешь благоденствовать? Только тогда, когда будешь держаться всем сердцем Бога, Церкви, любви к Царю и Отечеству, чистоты нравов... И чем бы мы стали, Россияне, без царя? Враги наши скоро постарались бы уничтожить и самое имя России, так как Носитель и Хранитель России после Бога есть Государь России, Царь Самодержавный, без него Россия ― не Россия!»18.

На кончину отца Иоанна Кронштадтского Государь отозвался всем сердцем, что отразилось и в пространном Высочайшем Рескрипте от 12 января 1909 года, который хочется привести полностью: «Неисповедимому Промыслу Божию было угодно, чтоб угас великий светильник Церкви Христовой и молитвенник Земли Русской, всенародно чтимый пастырь и праведник, отец Иоанн Кронштадтский. Всем сердцем разделяя великую скорбь народную о кончине любвеобильного пастыря и благотворителя, Мы с особенным чувством обновляем в памяти Нашей скорбные дни предсмертного недуга в Бозе почивающего Родителя Нашего Императора Александра III, когда угасающий Царь, любимый народом, пожелал молитв и близости любимого народом молитвенника за Царя и Отечество. Ныне, вместе с возлюбленным народом Нашим, утратив возлюбленного молитвенника Нашего, Мы проникаемся непременным желанием дать достойное выражение сей совместной скорби Нашей с народом молитвенным поминовением почившего, ежегодно ознаменовывая им день кончины отца Иоанна, а в нынешнем году приурочив оное к сороковому дню оплакиваемого события. Будучи и по Собственному душевному влечению Нашему и по силе Основных Законов первым блюстителем в Отечестве Нашем интересов и нужд Церкви Христовой, Мы со всеми верными и любящими сынами ея ожидаем, что Святейший Синод, став во главе сего начинания, внесет свет утешения в горе народное и зародит на вечные времена живой источник вдохновения будущих служителей и предстоятелей Алтаря Христова на святые подвиги многотрудного пастырского делания. Поручая Себя молитвам вашим, пребываем к вам благосклонны. Николай»19.

Именно Император Николай Александрович положил начало всероссийскому церковному почитанию святого праведного Иоанна Кронштадтского. Согласно вышеприведенному Рескрипту Святейший Синод определил: 1) напечатать означенный Высочайший Рескрипт в № 3 «Церковных ведомостей» текущего года; 2) поручить присутствующим в Святейшем Синоде преосвященным митрополитам С.-Петербургскому, Московскому и Киевскому в сороковой день по кончине отца Иоанна, 28 сего января, совершить в Иоанно-Богословском г. С.-Петербурга женском монастыре, месте погребения почившего, заупокойную литургию, а после оной, по прочтении Высочайшего Рескрипта, полным составом Святейшего Синода панихиду по усопшем; таковые же литургия и панихида должны быть совершены архиерейским служением и во всех соборах городов С.-Петербурга, Москвы и Киева; 3) предписать епархиальным преосвященным, протопресвитеру военного и морского духовенства и заведывающему придворным духовенством сделать распоряжение о совершении в 28 день сего января заупокойной литургии и панихиды по усопшем отце Иоанне по всем подведомым им церквам, а равно в церквах духовно-учебных заведений и церковных школ..., освободив на сей день учащихся названных заведений и школ от занятий; по кафедральным же соборам таковые богослужения должны быть совершены архиерейским служением; 4) установить на будущее время ежегодное в день кончины отца Иоанна, 20 декабря, совершение заупокойной литургии и панихиды по почившем во всех церквах Империи, поручив епархиальным преосвященным, протопресвитеру военного и морского духовенства и заведывающему придворным духовенством сделать распоряжение об устроении в первую годовщину кончины отца Иоанна, 20 декабря сего года, внебогослужебных по вверенным им епархиям и ведомствам собеседований с предложением на оных чтений, посвященных памяти в Бозе почивающего Императора Александра III и молитвенника за Царя и Землю Русскую отца Иоанна Кронштадтского; ...6) поручить Учебному Комитету при Святейшем Синоде внести в программы духовных семинарий по гомилетике и практическому руководству для пастырей ознакомление воспитанников с биографией и пастырско-просветительной деятельностью почившего отца Иоанна... и 8) Иоанно-Богословский в г. С.-Петербурге женский монастырь, в коем покоится ныне тело почившего, возвести, чести ради, в первоклассный женский монастырь20. По указу Его Императорского Величества было отпечатано 40 000 портретов почившего почетного члена Училищного Комитета при Святейшем Синоде, настоятеля Кронштадтского Андреевского собора, протоиерея Иоанна Ильича Сергиева для рассылки по всем церковным школам. Также во исполнение Высочайшей Воли Святейший Синод распорядился об издании пастырской хрестоматии из творений отца Иоанна и о напечатании для народных библиотек небольшой книжки из сочинений отца Иоанна для мирян. В день памяти святителя Феодосия Черниговского, 5 февраля, литургию в церкви-усыпальнице Иоанновского монастыря на Карповке служил архимандрит Александр. В своей проповеди отец Александр сопоставил служение святителя Феодосия, ревностного борца с католичеством в Смутное время, угодника Божия, прославленного даром чудотворений, с жизнью и подвигами в Бозе почившего отца Иоанна, всегда обличавшего еретиков и сектантов, этих неугомонных противников Церкви Православной, и наделенного еще при жизни даром чудотворений, и известного не только в России, но и за ее пределами. Святость отца Иоанна Кронштадтского не подвергалась сомнению людьми верующими, и только надвигавшиеся исторические потрясения помешали скорой канонизации этого исключительного по силе духа праведника.

Краткий обзор церковных событий, связанных с прославлением новых святых, новых молитвенников за Землю Русскую, обнаруживает несомненное глубокое христианское благочестие Государя и его Семьи. Он всегда, не только по долгу, но и по горячей своей вере, отзывался на все вышеописанные события, если не личным в них участием, то непременно щедрыми пожертвованиями и искренним сердечным сочувствием. Вера Православная и любовь к Церкви были неразделимы в душе Государя, и его никогда не оставляла вера в Промысел Божий. Смирение перед Волей Всевышнего было, может быть, основной причиной его почти всегдашнего спокойствия. Его собственные слова: «Если вы видите меня столь спокойным, то это потому, что я имею непоколебимую веру в то, что судьба России, моя собственная судьба и судьба моей семьи в руках Господа, Который поставил меня на то место, где я нахожусь. Что бы ни случилось, я склоняюсь перед Его волей в убеждении, что никогда не имел иной мысли, как служить той стране, которую Он мне вручил»21. Это было сказано в Петергофе в 1905 году во время Кронштадтского мятежа министру иностранных дел А. П. Извольскому, который был принят с докладом у Государя.

Христианское благочестие, любовь к Церкви и внимательное отношение к ее нуждам со стороны Государя и его Семьи проистекали из глубокой, нелицемерной религиозности.

«Чтобы проникнуть в глубину сознательной религиозности Царя и Царицы и обнять полноту и целость восприятия ими духовности начал учения Христа, мало прослушать свидетельства лиц, близко стоявших к ним, мало проштудировать их письма, записки, личную переписку; надо открыть принадлежавшие им книги Священного Писания и, страница за станицей, сорока за строкой, тщательно проанализировать многочисленные отметки, сделанные ими в книгах, из коих некоторые, как Библия и Евангелие, читались, по-видимому, ежедневно и неоднократно. Отрекшись от предвзятостей, созданных молвой и “общественным мнением”... начинаешь получать представление о величественности, цельности и святости нравственно-религиозного мировоззрения, которым были проникнуты существа Венценосных супругов Российского государства» (М. К. Дитерихс. Убийство царской семьи)22. Духовное чтение всех членов Царской Семьи ― особая и чрезвычайно важная сторона их внутренней жизни, которая особенно сильно проявилась во время их ареста и ссылки. Достаточно прочитать хотя бы «Письма Царской Семьи из заточения». Исследуя дневниковые записи Государя Николая II и Государыни Александры Феодоровны, сделанные в Тобольске и Екатеринбурге, П. В. Мультатули, со своей стороны, делает убедительный вывод, что Государь ежедневно читал Священное Писание «как для себя лично, так и вслух для всей семьи». Чтение духовной литературы в Царской Семье было обычным, но не отвлеченным делом. Даже находясь под арестом, Их Величества, особенно Государыня, старались помочь всем, кто обращался к ним за помощью. «В заточении, в Царском Селе, несмотря на ограниченность средств, отказывая себе и довольствуясь простым столом, Государь и Государыня не прекращали своей благотворительности и старались помогать другим, сколько могли. Прошения же от разных лиц о помощи и о поддержке продолжали ...поступать во дворец, и державная чета удовлетворяла их в меру своей возможности» (М. К. Дитерихс. Убийство царской семьи)23. Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут (Мф. 5, 7).

Не было случая, тому множество свидетельств, когда бы Государь мог оказать просимую помощь и не оказал бы. Он был ограничен в таких случаях только требованиями закона и недостатком личных средств. При этом Царская Семья немного тратила на личные нужды, Александра Феодоровна была очень бережлива. Большую часть средств Их Величества расходовали на дела благотворительности, в том числе на обустройство церквей, на помощь монастырям, на поддержку школ и богаделен. А сколько было вышито руками Государыни и Великих княжон церковных воздухов, покровов и иных вещей для военных, монастырских и просто для бедных церквей, сосчитать, наверное, невозможно. В годы правления Николая II, как и при его отце, продолжалось церковное строительство: было построено свыше 10 тыс. церквей, открыто более 250 новых монастырей. С глубоким пониманием относился Государь к старинным храмам и древней иконописи. В 1901 году по Высочайшему повелению был утвержден Комитет попечительства о русской иконописи. В 1903 году в Москве была организована выставка древних икон, приуроченная к 300-летию Дома Романовых. Как писал по этому поводу С. С. Ольденбург: «Организованная в 1913 году в Москве Романовская церковно-археологическая выставка, устроенная в Чудовом монастыре, и выставка древне-русского искусства Императорского Археологического института дали возможность широким русским кругам познакомиться с русским искусством XIV‒XVII веков, которое так ценил Государь. Художественное значение русской иконописи впервые получило должную оценку. Эти выставки... самое крупное событие в русской художественной жизни за последние годы»24. Для украшения Феодоровского собора в Царском Селе приобретались иконы именно древнего письма. Со вниманием относился Государь и к начинанию своего отца в деле народного образования. В 1882 году по повелению Императора Александра III в смету Святейшего Синода было перечислено 55 500 руб. на устройство и содержание духовенством школ для народного образования. В 1884 году ― изданы правила о церковно-приходских школах, с 1885 года ― учрежден Училищный совет при Синоде. В 1907 году ― при Императоре Николае II ― на содержание церковных школ было израсходовано уже 10 065 509 руб. из государственной казны.

Но не одно только личное благочестие побуждало Государя относиться с большим вниманием к нуждам Церкви. Он хорошо помнил и понимал завет своего отца: «Охраняй Самодержавие, памятуя при том, что ты несешь ответственность за судьбу твоих подданных перед Престолом Всевышнего. Вера в Бога и в святость твоего Царского долга да будут для тебя основой твоей жизни... В политике внешней ― держись независимой позиции... В политике внутренней ― прежде всего покровительствуй Церкви. Она не раз спасала Россию в годину бед»25. Надвигалась година бед... Для предотвращения катастрофы необходимо было восстановление соборного единства русской жизни, нарушенного еще реформами Петра I, которого, к слову, Император Николай II недолюбливал. «Церковная реформа Петра стала отправной точкой многих пагубных процессов, завершившихся двумя столетиями позже крахом тысячелетнего русского православного государства. Реформа эта была задумана и осуществлена как сознательный разрыв многовекового исторического преемства духовных основ русской жизни и ключевых архетипов русского национально-религиозного самосознания. Петр сам хотел разрыва... У него была психология революционера... Он сам привык и других приучал думать о настоящем всегда в противопоставлении прошлому. Он создавал и воспитывал психологию переворота. Именно с Петра и начинается великий и подлинный русский раскол... Происходит некая поляризация душевного бытия России. Русская душа раздваивается в напряжении между двумя средоточиями жизни, церковным и мирским. Петровская реформа означала сдвиг и даже надрыв в душевных глубинах... Государственная власть утверждается в своем самодовлении... И во имя своего первенства не только требует от Церкви повиновения и подчинения, но и стремится как-то вобрать и включить Церковь внутрь себя... У Церкви не остается и не оставляется самостоятельного и независимого круга дел... ибо государство чувствует и считает себя абсолютным» (прот. Георгий Флоровский)»26.Было упразднено патриаршество, восстановлен Монастырский приказ, переименованный затем в Духовную Коллегию и, несколько позже, в Святейший Синод для государственного надзора за делами Церкви. Далее последовало реформирование монастырской жизни, ограничение числа монастырей, сведение их роли к благотворительной и образовательной. По воле Петра Великого во главу угла был поставлен принцип государственной целесообразности и таким образом «произошел разрыв с предшествующей духовной русской традицией, в соответствии с которой Российское государство есть, прежде всего, государство истинной Православной веры»27. Постепенно Русь перестала восприниматься народным сознанием как хранительница Вселенского Православия, а российские государи перестали во внутренней политике отдавать предпочтение духовным задачам.

Государь Николай II очень хорошо понимал необходимость перемены во всем строе церковно-государственной жизни для оздоровления духовно-нравственного состояния русского общества, пришедшего ко времени его правления в совершенный упадок. Не только интеллигенция, которую не уставал обличать отец Иоанн Кронштадтский, но и крестьянство и, в еще большей мере, рабочий люд стремительно теряли веру и нравственные устои. Не редкостью стали неверующие священники. «Все говорит за то, что мы живем в эпоху небывалого религиозного кризиса, ― незадолго до Первой мировой войны отмечал автор «Церковного вестника» В. Беляев. ― Крайний упадок религиозного чувства ― таков, по общему сознанию, факт настоящего; полная безрелигиозность ― такова, по мнению многих, перспектива будущего28. В начале XX века наблюдается серьезный рост уровня преступности, чему способствовали и революционные потрясения 1905–1907 годов. На рост хулиганства постоянно указывала церковная пресса. Возросло число уголовных преступлений, так «...с 1900 по 1913 г. преступность в России в среднем ежегодно возрастала на 5,1 %, в то время как ежегодный прирост населения в России составлял тогда 1,7 %... Каждый год всеми судами страны осуждалось не менее 2 млн человек»29. Православная Церковь была единственной реальной силой, на которую мог опереться Государь в деле восстановления национального самосознания народа. «И Государь совершенно правильно решил, что сперва должны быть восстановлены соборные начала в церковной жизни, а затем уж, опираясь на ее мощную духовную поддержку, ― и в общественно-государственной области. Сначала собор церковный, а уж затем ― земский: таковы были планы Николая II»30.Прежде всего насущной необходимостью было возрождение патриаршества, при этом судьба предполагаемых перемен всецело зависела от личности будущего патриарха. В марте 1905 года Государь в беседе с тремя иерархами, во главе с митрополитом Петербургским Антонием, предложил себя в качестве патриарха с оставлением Престола своему Сыну при регентстве Императрицы Александры Феодоровны и своего брата Михаила. Безусловно, Государя вдохновлял пример его царственных предков ― Царя Михаила Феодоровича Романова и его отца патриарха Филарета. Предложение Государя было встречено молчанием. С тех пор «...никому из членов тогдашнего высшего церковного управления доступа к сердцу Цареву уже не было... благодаря происшедшему въяве открылось, что иерархи своих си искали в патриаршестве, а не яже Божиих...»31. Сердце царя ― в руке Господа, как потоки вод: куда захочет, Он направляет его (Притч. 21, 1). Только в конце года, 27 декабря Государь обратился с рескриптом к митрополиту Антонию: «Ныне я признаю вполне благовременным произвести некоторые преобразования в строе нашей отечественной Церкви ...Предлагаю вам определить время созвания собора»32. Уже с начала 1906 года началась подготовка к созыву Поместного Собора Русской Православной Церкви. Святейший Синод 14 января принял решение о создании Предсоборного Присутствия для предварительного обсуждения назревших вопросов церковной жизни. Работа Предсоборного Присутствия была непродолжительной, выработанные постановления были представлены на благоусмотрение Государя. Однако вопрос о времени созыва Поместного Собора не был решен. Собор так и не состоялся во время царствования Николая II. Поместный Собор Русской Православной Церкви был созван осенью 1917 года, после совершившегося государственного переворота, в условиях начавшегося разрушения всего строя русского бытия. На патриарший престол был избран святитель Тихон (Белавин), прославленный ныне в сонме Новомучеников и исповедников Российских. В 1918 году, через несколько дней после убийства Царской Семьи (и тех, кто разделил с нею мученическую кончину), Патриарх Тихон в «Слове на убиение царской семьи» сказал: «...На днях совершилось ужасное дело: расстрелян бывший Государь Николай Александрович... Мы должны, повинуясь учению Слова Божия, осудить это дело, иначе кровь расстрелянных падет и на нас, а не только на тех, кто совершил его...»33.

Но на сегодняшний день можно с уверенностью сказать, что Государь вовсе не был «бывшим», что так называемый «Манифест об отречении» был фальшивкой и притом весьма грубо сделанной. Предатели очень торопились, их шансы на успех были невелики. Керенский, будучи в эмиграции, откровенно высказался: «...Монархисты предали своего Монарха. Если бы нашелся хоть один верный долгу полк, от нас тогда ничего бы не осталось. Государь остался без верноподданных. Процарствовав 23 года, Он очутился в жутком, нечеловеческом одиночестве»34.Керенский не вполне прав. Генералы Хан Нахичеванский и граф Ф. А. Келлер были готовы прийти на помощь Государю, фактически плененному на станции Дно. Но их телеграммы не дошли до адресата. Предателей было все-таки больше. Сопротивление беззаконию оказывалось в большинстве случаев на личном уровне.Офицеров, не изменивших присяге, как правило, убивали на месте. В ссылку за Государем и его Семьей последовали единицы преданных ему людей, это было сопряжено с опасностью для их жизни, почти все они были уничтожены после гибели Царственных мучеников. Генерал граф Федор Артурович Келлер был убит петлюровцами в декабре 1918 года.

Поразительно и то, что на стороне противников Самодержавия были не только «все, стоявшие у трона», но и Церковь в «лице» Святейшего Синода и местных правящих архиереев. «Церковь ожидала перемен, она их с наивным воодушевлением приняла в феврале 1917 года, не осознавая истинных подоплек революции и ее трагических последствий»35. Епископы, не согласные с революционной идеологией, были увольняемы со своих кафедр под различными предлогами. Но таковых было немного, большинство же приветствовало падение монархии. Святейший Синод не только не выступил в защиту незаконно арестованной Царской Семьи, но, напротив, в своем обращении «К верным чадам Православной Церкви» от 9 марта охарактеризовал февральский государственный переворот словами: «свершилась воля Божия» и «Россия вступила на путь новой государственной жизни».

«Новая государственная жизнь» обошлась народу России, в полном соответствии с пророчеством Ф. М. Достоевского, в 100 миллионов жизней, даже более.

«Государь был убит, а Россия молчала. Не раздалось ни возмущения, ни протеста, когда совершалось это страшное злодеяние, и это молчание есть великий грех русского народа, совершенный в день св. Андрея Критского, творца Великого покаянного канона... Все было поднято против самого кроткого, чистого и любвеобильного царя, чтобы в страшный час борьбы против него он остался один. Предварительно распространялись грязные клеветы на царя и его семью, чтобы народ охладел к нему... Свт. Иоанн (Максимович), архиепископ Шанхайский и Сан-Францисский»36.

Государь Император Николай II всю свою жизнь трудился на благо Родины, любил свой народ, всячески старался облегчать и улучшать его положение. «Русский Император создал такое рабочее законодательство, каким не может похвалиться ни одно демократическое государство»37, ― так высказался в 1913 году президент США. Численность населения России увеличилась почти на 40 %. Количество смертных казней при Царе-батюшке просто несопоставимо с их количеством после «свержения его с престола, и не только его, но и самого престола (принципов: Православия, Самодержавия, Народности)»38. При этом заботы Государя распространялись на все народы, населявшие Российскую империю. «В самом титуле русского Царя было отражено спасительное собирание земель и народов за государственной православной оградой: Император и самодержец Всероссийский, Московский, Киевский, Владимирский, Новгородский, Царь Казанский, Царь Астраханский, Царь Польский, Царь Сибирский, Царь Херсонеса Таврического, Царь Грузинский и прочая, и прочая»39.

Здесь можно привести один весьма примечательный эпизод периода Первой мировой войны, в котором речь идет о пленных солдатах-мусульманах Императорской Русской Армии: «Император Вильгельм собрал всех пленных мусульман в отдельный мусульманский лагерь и, заискивая перед ними, построил им прекрасную каменную мечеть. Я не помню, кто именно был приглашен в этот лагерь, кому хотели продемонстрировать нелюбовь мусульман к русскому “игу” и их довольство германским пленом. Но дело кончилось для германцев плачевно. По окончании осмотра образцово содержанного лагеря и мечети на плацу было собрано несколько тысяч русских солдат-мусульман. “А теперь вы споете нам свою молитву”, ― сказало осматривающее лицо. Вышли вперед муллы, пошептались с солдатами. Встрепенулись солдатские массы, подравнялись и тысячеголосый хор, под немецким небом, у стен только что отстроенной мечети дружно грянул: “Боже, Царя храни...”. Показывающий лагерь в отчаянии замахал на них руками. Солдаты по-своему поняли этот знак. Толпа опустилась на колени и трижды пропела русский гимн! Иной молитвы за Родину не было в сердцах этих чудных русских солдат»40.

Заботы Императора Николая II о Церкви Православной простирались далеко за пределы отечества. Во многих храмах Греции, Болгарии, Сербии, Румынии, Черногории, Турции, Египта, Сирии, Ливии, Абиссинии, Палестины имелся тот или иной дар Царя-мученика. Целые комплекты драгоценных священнических облачений, икон и богослужебных книг посылались Сербской, Греческой, Болгарской, Черногорской, Антиохийской, Константинопольской и Иерусалимской Православным Церквям, не говоря о щедрых денежных пожертвованиях на их поддержание. Фактически Император Николай II был ктитором всей Вселенской Православной Церкви. При этом он пресекал нетерпимость по отношению к другим конфессиям. Уже после 1918 года один палестинский араб свидетельствовал: «Не думайте, что русский Царь был только русский. Нет, он был также арабский Царь ― всемогущий покровитель и защитник православного Востока. Пока он жил, миллионы арабов жили в мире и безопасности. На него с упованием взирали не только православные арабы, но и мусульмане, зная, что русский Царь является в большой мере и для них гарантией мирной и благоденственной жизни. Православные миссии на Востоке в пределах Сирии, Ливана и Палестины принимали на бесплатное обучение и содержание всех арабских детей, не спрашивая, какой они религии, чем привлекали всех людей. Единственной обязанностью со стороны учащихся было прилежное изучение русского языка и православного катехизиса»41. Арабский траур по смерти Императора Николая II длился несколько лет.

Государь Император Николай II в своей деятельности на благо Православной Церкви и в своих личных христианских добродетелях превзошел всех своих царственных предшественников, сподобившись вкупе со своей Семьей мученического венца и церковного прославления в лике страстотерпцев. «Подвигом добрым подвизахся, течение скончах, веру соблюдох» (2 Тим. 4, 7).

 

Из письма Николая II Марии Федоровне летом 1898 года: «Я с покорностью и уверенностью смотрю в будущее, известное только Господу Богу. Он всегда все устраивает для нашего блага, хотя иногда Его испытания и кажутся нам тяжелыми; поэтому надо с верою повторять: “Да будет воля Твоя”»42.

 

Дополнительные источники:

1. ippo.ru/old/history/rom_pr/pr/10/index.html

2. www.patriarchia.ru

3. https://ermogen.ru/patriarkh-ermogen

4. orthodoxy.stnikolas.ru/newmartyres/tzar/tzar_kanonizacia.htm#pitirim

5. old.eparhia-tmb.ru/saits/pitirim.php

6. days.pravoslavie.ru/Life/life6801.htm

7. https://azbyka.ru/otechnik/Ioann_Tobolskij

8. https://azbyka.ru/days/sv-feodosij-chernigovskij

  


1   Кудрина Ю. В. Императрица Мария Федоровна и Император Николай II: Мать и сын. М.: Вече, 2013. С. 88.
  Цит. по: Православный календарь «Царский». М.: Ковчег, 2010. С. 160.
  Николай II ― последний Православный Император // Сб. ист. материалов и воспоминаний. Париж‒Москва, 2015. С. 218‒219.
  Саровские торжества 1903 года в фотографиях, документах, воспоминаниях: К 100-летию прославления преп. Серафима Саровского в лике святых. Дивеево, 2003. С. 30.
  Там же. С. 13.
6   Там же. С. 97.
  Там же. С. 120.
  Там же. С. 121.
   Жития святителей Иоасафа Белгородского и Димитрия Ростовского. М.: Изд-во Сретенского монастыря, 2010. С. 118.
10   Митрополит Иоанн. Русская симфония // Очерки русской историософии. СПб., 1998. С. 380.
11   Ольденбург С. С. Царствование императора Николая II. СПб.: Петрополь, 1991. С. 562.
12   Игумен Серафим (Кузнецов). Православный Царь-мученик. М.: Православный паломник, 1997. С. 41.
13   Там же. С. 42–43.
14   Письма Царской Семьи из заточения. М.: Вече, 2013. С. 71.
15   Цит. по кн.: Преподобная Евфросиния игумения Полоцкая: житие и акафист. Минск, 2000. С. 37–38.
16   Источник живой воды // Описание жизни и деятельности отца Иоанна Кронштадтского. СПб.: Царское дело, 1997. С. 213.
17   Там же. С. 746.
18   Иоанн, митрополит. Русская симфония // Очерки русской историософии. СПб., 1998. С. 428.
19   Источник живой воды // Описание жизни и деятельности отца Иоанна Кронштадтского. СПб.: Царское дело, 1997. С. 834–835.
20   Там же. С. 836–838.
21    Тальберг Н. Д. Николай II: Очерки истории Императорской России. М.: Изд-во Сретенского монастыря, 2001. С. 65.
22   Цит. по: Православный календарь «Царский». М.: Ковчег, 2010. С. 300–301.
23   Там же. С. 254.

24    Тальберг Н. Д. История Русской Церкви. М., 1994. С. 866. (Репринт. изд.)
25    Обезглавленная Русь: Кому мешала православная монархия? / авт.-сост. И. Я. Царегородцев. М., 2013. С. 72.
26    Иоанн, митрополит. Русская симфония // Очерки русской историософии. СПб., 1998. С. 429–430.
27    Перевезенцев С. В. В поисках нового консерватизма // Родная Ладога. 2016. № 4. С. 47.
28    Фирсов С. Л. Церковь в Империи // Очерки из церковной истории эпохи Императора Николая II. СПб., 2007. С. 142.
29    Там же. С.141.
30    Иоанн, митрополит. Русская симфония // Очерки русской историософии. СПб., 1998. С. 451.
31    Там же. С. 453.
32   Ольденбург С. С. Царствование императора Николая II. СПб., 1991. С. 337.
33   Цит. по: Православный календарь «Царский». М.: Ковчег, 2010. С. 219.
34   Чернова О. В. Верные: О тех, кто не предал Царственных мучеников. М.: Русский хронограф, 2010. С. 18.
35   Константин (Горянов), митрополит Петрозаводский и Карельский. «Горькая ошибка» // «Церковная революция» 1917 года, ее последствия и уроки для православного священства и всего народа России на примере истории Карельского края // Родная Ладога. 2017. № 1. С. 60.
36   Цит. по: Православный календарь «Царский». М.: Ковчег, 2010. С. 226.
37   Обезглавленная Русь: Кому мешала православная монархия? / авт.-сост. И. Я. Царегородцев. М., 2013. С. 76.
38   Там же. С. 60.
39   Там же. С. 77.
40   Краснов П. Н. Тихие подвижники // Венок на могилу неизвестного солдата Императорской Российской Армии. М., 1992. С. 47–48.
41   Кузнецов В. В. Русская Голгофа. СПб.: Издательский дом «Нева», 2003. С. 103‒104.
42   Российские самодержцы (1801–1917). М.: Междунар. отношения, 1993. С. 328.

 

 

 

 


культурно-просветительский
общественно-политический
литературно-художественный
электронный журнал
г. Санкт-Петербург
г. Москва