Нарочницкая Н. А. (Москва)

«Я позволю себе думать, что выражаю скорее думы тех, кто стоял к Поясу Богородицы...»

Политические события конца 2011 — первой четверти 2012 года показывают, насколько прав был русский философ П. Е. Астафьев, отметив в качестве одного из самых печальных и тяжелых состояний нации, когда она, не имея идеалов и положительных целей, не может четко сформулировать, чего она хочет, но точно знает, чего больше не хочет, в чем разочарована.

Такой исторический момент мы наблюдаем сегодня. И это состояние массового агрессивного пессимизма, жажды абстрактного ниспровергательства, в сущности, необоснованного, очень опасно, потому что им могут воспользоваться самые разные недоброжелатели.

Ощущение усталости общества от фальши властям надо было давно заметить и отказаться от исчерпавшей себя даже для интересов власти партийно-политической структуры. Причина массового раздражения не столько в фальсификациях, которые стали поводом массовых протестов, ибо они на порядки меньше, чем в 90-е, когда общество с ними мирилось! Причина вообще не в выборах, которые пришлись на этот период.

Это итог сугубо рационалистической концепции развития общества, которое духовно и нравственно оскудело до опасного предела. Повсеместно упадок нравов, опошление культуры, поведения. Это не просто огрубение нации — это процесс, который размывает основополагающие моральные, этические, нравственные нормы, составляющие основу социальной ткани, в которой личность осознает себя как часть поступательного движения своего Отечества.

Общество атомизируется, а отдельная личность лишена ценностных ориентиров. Традиционные ценности объявлены необязательными, о них поколение «модернизаторов» вообще никогда не вспоминает! Ибо они-де не дают ответ на вызовы современности. Остается жизнь как источник наслаждений, равнодушие ко всему, что не касается тебя лично, понятие Отечества девальвируется, родина там, где меньше налоги, а история родной страны — предмет саркастических комиксов, людям внушают не гордость, а стыд за свою страну, — нигде в мире с этим не приходится сталкиваться!

Но очевиден и неизбежный итог: даже достижение материального благополучия и «успеха» у подавляющего числа граждан не приносит удовлетворения. Напротив, у многих из тех, кто обрел существенные материальные блага, а не только у «неуспешных», растет раздражение, недовольство окружающим миром, властью, самим собой, обществом. Что же удивляться, что и успешные, и неуспешные перестают отождествлять себя с Россией и готовы покинуть ее... Недовольны все, и все недовольны всем и всеми, хотя в 90-е годы было куда хуже, да и обмана было даже больше! Но больше было надежд на то, что это было временно! Но в отсутствие ясных ориентиров преобладающим настроением совершенно разных слоев стало сегодня иррациональное тотальное отрицание.

Общество переживает состояние массового маниакально-агрессивного обличительства. С одной стороны, нарастает социальный пессимизм, разочарование в демократических институтах. С другой стороны, под влиянием как лево-коммунистической, так и западнической нигилистической пропаганды нарастают радикальные настроения — вновь «сокрушить всё до основанья». В этой группе парадоксально оказались вместе как воинствующие либералы-западники, открыто презирающие всю русскую историю, так и ностальгирующие чуть ли не по сталинским временам. Но радикалов объединяет лишь жажда ниспровергать, и злобная яростная грубая полемика в Интернете последнего периода вызывает глубокую грусть.

На голом отрицании никогда не рождается созидательная цель, которая бы объединила общество, и такой протест бесплоден и ведет к разрушению и упадку, которым всегда пользуются враждебные силы. Какими бы искренними побуждениями ни руководствовались пришедшие туда люди, дивиденды от их протеста однозначно в нынешней ситуации получают лишь те внутри страны и за рубежом, для которых кость в горле — это начатый нами в новом веке самостоятельный путь.

Перед нами задача пробудить положительную энергию, выявить, сформулировать созидательные мотивы, способные объединить людей во имя достижения подлинной исторической цели. Ибо человек вообще, и русский человек всегда жил «не хлебом единым». Без подлинного смысла жизни бесплодны любые попытки эффективного экономического и социального прорыва, модернизации, социальной гармонии.

Попробуем встать на позиции тех, кто стоял к Поясу Богородицы... Их было в десять раз больше, чем на всех протестных акциях вместе взятых, хотя среди поклонявшихся Святыне были и протестовавшие против «нечестных выборов». У нас есть претензии к власти и политикам, к фальшивой парламентской партийной системе, но они все же более глубокие, чем у идеологов, пытающихся приватизировать «болотный импульс».

Наше историческое задание заключается в том, чтобы, не поддаваясь эмоциям, оценить историческую суть происходящего и то, куда политические вихри нас могут увести, сформулировать некое задание на будущее. На одном отрицании, тем более на пафосе ниспровержения, не вырастет плод, а попутчики никогда не станут соратниками, ибо нет цели, которая бы объединила ради созидания.

Все же власть, кажется, озаботилась всерьез настроениями людей. Как выражаются дипломаты, это вселяет даже некоторый «осторожный оптимизм». Судя по программным документам, власть озаботилась именно тем «заданием», которое она почувствовала со стороны не вечно «презирающей» «несистемной» оппозиции, а от основной части общества, подлинно болеющей за будущее место России в мире, судьбу русского народа. Эта наша часть общества тоже весьма и весьма по разным вопросам радикально настроена и жаждет, требует серьезных перемен. Но это протест созидательный. Мы хотим серьезной коррекции курса, мы хотим не назад в 90-е, куда хотят вернуть страну лидеры «Болотной» (а именно они и «приватизируют» неизбежно весь протест!), а мы хотим вперед, нам надо еще резче повернуть руль, а не останавливаться на полпути.

Надо, наконец, в XXI веке двигаться в сторону подлинно христианского социального государства. Идея справедливости была в течение веков узурпирована антихристианским учением, но она вытекает из 25 главы Евангелия от Матфея, и это заповедь социальной ответственности государства — сильного, в отношении слабых.

Коррупция, которая присутствует во всем мире, у нас вышла из пропорций, которые может «переварить» здоровое государство, и это стало национальной проблемой, торпедирующей и все благие начинания самой власти, и развитие экономики и социума. Избавление от коррупции — это процесс долгий. В 60-е годы во Франции коррупционность достигла такого масштаба, что ни один вопрос не решался без «связей» и ведомственных договоренностей. Как утверждают французские эксперты, около 30 лет системных веерных мер потребовалось для сведения коррупции к явлению частного порядка. Для нас — это слишком долго. Для России ближайшие 10 лет должны стать решающими. Государство должно создать благоприятные условия для зарождающихся в обществе позитивных процессов, а не чинить препятствия. А для человека православного важно поступать не только не нарушая закона, но и порядочно, благородно.

Конечно, нам нужна модернизация. Но разве модернизация — это простое финансирование каких-либо лабораторий, отдельных центров? Разве не было у нас раньше многих лабораторий вроде «Сколково»? Модернизация — это понятие широкое, тем более, применительно к России, где в 50-ти километрах от столицы целые поселки еще живут с водонапорной колонкой в условиях бездорожья, с печным отоплением. Россия огромна и многоукладна, центры производства и потребления далеко разнесены, перевозка любых товаров очень нескоро окупает вложения, критически необходимый для выживания отопительный сезон велик как нигде, глубокое промерзание почвы, неведомое Европе, многократно удорожает фундамент и коммуникации для любого строительства и производства. Высокотехнологичное производство, при котором снижается удельный вес природных условий, пока не занимает главного места в нашей экономике, поскольку развитие регионов требует пройти не постиндустриальную, а прединдустриальную стадию — дороги и коммуникации.

Модернизация — это и обеспечение современным бытом и социально-культурной инфраструктурой всей русской глубинки. Наличие канализации, а не качество сантехники (хоть из «золота» как в «рублевских» дворцах) подтверждает, что страна находится на современном цивилизационном уровне. Если же в домах нет внутреннего зимнего водоснабжения и современного отопления, то это отставание в модернизации на 50–100 лет. Модернизация начнется тогда, когда в провинции раздастся шум строек, когда в каждый дом войдут газ и водопровод, а в малых городах и селах появятся асфальтированные улицы.

 Именно исконно русские области сегодня являют собой зияющий упрек государству — до чего можно довести свое родовое гнездо, откуда «есть, пошла русская земля», где испокон веков реализовывал себя средний — не гений, а обычный средний русский человек! Тот, что на четверки окончил школу, техникум, скромный вуз и стал инженером, технологом, квалифицированным рабочим, местным учителем, местным врачом, преподавателем, офицером армии... Его профессии сейчас в упадке из-за сохраняемой гайдаровской структуры экономики, а цветут оборотный капитал и торговля завозными товарами. Поэтому и происходит люмпенизация основной массы русского населения, ибо бывший инженер беднее продавца сигарет.

С 2007 года вынашиваю идею подъема и развития старинных русских малых городов Центральной России, например Козельска, о котором школьные учебники рассказывают, как о русской твердыне времен татаро-монгольского ига. Это же наша живая история: Оптина Пустынь — центр духовных исканий русских людей, духовный очаг современности; Таруса — символ драматической судьбы русской интеллигенции в ХХ веке; Жуков — родина маршала Г. К. Жукова; Обнинск — центр русской науки; Малоярославец, где была окончательно сломлена гордыня Наполеона.

Например, в Калуге, центре Калужской области, много высших учебных заведений. У этой территории сильные научные традиции, там работали Константин Леонтьев, Циолковский. Но сегодня любой области, региону необходим перечень образовательных заведений для воспроизводства необходимых профессий и производство для сохранения социальной структуры.

Людям, живущим в малых городах, надо, прежде всего, дать работу, а для этого в свою очередь нужно уже и использовать современные средства связи — мобильные телефоны и Интернет, ибо уже давно в условиях огромной России можно работать дистанционно, приезжая в контору всего пару раз в неделю, чтобы получить и сдать задания. Такой подход выгоден не только экономией времени, но и снижением экологической нагрузки на атмосферу от транспортных выбросов... Значит, в любом небольшом старинном русском городе можно создать проект, который обеспечит части его жителей возможность работать, не выходя из дома, а интеллектуалам реализовать себя, не перебираясь в большие города.

Я считаю, что без развития российской глубинки невозможно реализовать никакие «новые» концепции развития. Задача «догнать» какие-то развитые страны или подражательная «догоняющая» модернизация, которую продолжают проповедовать российские западники, — все это неэффективные устаревшие теории якобы «единого для всех» пути развития. Философ-социолог В. Г. Федотова суммирует последние выводы мировой науки о модернизации и ссылается на крупнейшего ее представителя американского ученого Айзенштадта: настало время национальных проектов модернизации, сегодня не капитализм западного типа перемалывает национальные культуры, а наоборот, национальные культуры перемалывают западный наднациональный капитализм и берут из него только то, что нанизывается на рычаги, свойственные конкретной национальной культуре.

России необходимо развивать малые города, создавать между ними паутинки экономических, социальных и культурных связей, коммуницировать их пространства. Необходима дальнейшая индустриализация страны, развитие производства с востребованием квалифицированного труда, который приезжие дворники не смогут выполнять. Это автоматически поднимет статус русского народа без всякого акцента на национальности. Здесь уже не помогут чуждые нам кланово-родовые связи пришельцев, которые в торговле и при коррупции делают их более конкурентоспособными. Восстановление производительной экономики — это стимул к возрождению исторической и социальной энергии роли русского народа как стержневого народа русской истории и территории.

В историческом плане территориальность, территориальное сознание возникли раньше государственности, недаром русские князья всегда клялись Русской землей, хотя единого государства в современном понимании еще не было. Объединение в нацию, создание русской нации произошло после Куликовской битвы, когда на поле брани пришли тверичи, галичане, костромичи, москвичи, суздальцы, смоленцы, а ушли русские люди, именно русские, объединившиеся ради сохранения культурно-генетического кода исторической нации. Этот фактор обязательно надо учитывать при реализации любых экономических проектов.

Надо заниматься проблемами русского народа. Мы не против кого-то, мы за русский народ. Мы хотим сохранить его культурно-исторический генетический код как код самоценной этнической и национальной общности — основателя и стержня российской государственности.

В гражданско-политическом плане мы, конечно, россияне. Россияне — неплохое слово, но оно всего лишь определяет гражданство и связанные с ним экономические, налоговые и гражданско-юридические аспекты. Но нацию и культуру рождает только национальный культурно-исторический код. Именно он делает нацию субъектом, двигателем истории! Мы — русские, и не запрещайте нам так себя называть! Мы дали имя нашему Отечеству — России, мы дошли от Буга до Тихого океана и привлекли в свой исторический проект другие народы! Не хороните нас преждевременно! Как сказал Иван Ильин — «русский народ не растерял своего призвания и своих сил, он восстанет из мнимого гроба и потребует назад свои права!»

Не будет русских — не будет России. Сохранит себя русский народ, восстановит свою историческую энергию — расцветут вместе и другие народы, связавшие с нами свою судьбу и сохраняющие ей верность! Об этом никогда нельзя забывать, иначе нашей стране грозит деградация. Мы всегда считали русскими тех, кто сохраняет в себе чувство сопричастности к культурно-философским и историческим аспектам русского гражданского бытия. Никакого насилия над личностью быть не может, но все-таки государство — это сиюминутный преходящий политический институт, созданный нашими грешными руками («нечего на зеркало пенять» нам, пока сами себя не приведем в порядок!). Но Отечество — это дар Божий, вселенская историческая и метафизическая сущность, отражающаяся в особом территориальном аспекте самосознания.

В этом национальном задании первым инструментом должно стать нравственное воспитание как неотъемлемая часть образования. Никакими арестами никогда не искоренить коррупции, если с младенчества ребенок не будет засыпать, переживая о том, что солгал или взял чужое... В обществе, утратившем понятие стыда и греха, порядок не может поддерживать и полицейский — он сам порождение такого общества. Не может быть смысла жизни в достижении успеха, если он измеряется чисто материальными критериями, а не способностью пройти испытания, не потеряв честь, любовь, не украв, не слукавив. Честные выборы могут быть в честном обществе, где честь, долг, вера, Отечество, любовь и дружба дороже не то что успеха, а дороже жизни! Человек должен ощущать страх перед Богом и людьми за неправедный поступок, а наказание и общественное порицание за это должно быть неизбежным, тогда сохранится грань между добром и злом.

Но сейчас время не теорий, а действий. Все, что мы могли сказать и написать, мы сделали уже в 90-е годы. Это пройденный этап. Сегодня нужны реальные, пусть малые, но дела, которые помогут людям самоорганизоваться для решения их проблем, иногда даже в области воссоздания духовно-культурной среды обитания.

В людях, прежде всего, нужно поддержать веру и уверенность в том, что их ожидания не будут игнорированы. Совсем недавно у подавляющего большинства было полное ощущение, что наше государство, начиная с 2000 года, последовательно, постепенно возрождается — и это многого стоит. Были восстановлены честь и достоинство на международной арене, особенно после Мюнхенской речи Путина, которая поставила жирную точку в дискуссиях с Западом.

Для восстановления и развития этих ощущений нам нужна национальная стратегия, нужна энергия солидарности и суверенитет духа. Прежде всего, нужно осознание элитой, финансовой и политической, всей социально-активной частью общества того, что мы должны быть сопричастны нашей многовековой истории и будущему, мы должны из народонаселения стать нацией — единым преемственно живущим организмом, в котором в момент исторического вызова возобладает ощущение общности над всеми частными разногласиями.

Основной массе людей, которая всегда нутром чувствует, где правда, а где ложь, важно поверить в то, что наше государство имеет свою, национальную модернизационную, укорененную в традициях и ценностях стратегию развития. Если такой уверенности не будет, то все разочарования нанижутся на одну нить, и это окажется для страны опасно и трагично.

Нельзя этого в очередной раз допустить! Нам нужна Россия, не встроенная в чей-то исторический проект, а нам нужна Россия наша, отвечающая нашим чаяниям.

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Наша идеология «Я позволю себе думать, что выражаю скорее думы тех, кто стоял к Поясу Богородицы...»


культурно-просветительский
общественно-политический
литературно-художественный
электронный журнал
г. Санкт-Петербург
г. Москва