Иванов Г. В. (Москва)

Вернуться в свои берега

ДАЛЕКОЕ

                                            Г. Фролову
Полосы снега метельного
Ветер проносит по льду.
Над занесенными елями
Первую вижу звезду.
 
Краткая радость открытия...
Вот и другая горит!
Господи, что за события —
Только душа их хранит.
 
Бабушка часто в раздумии
Учит, чтоб я уповал:
Люди, что жили, не умерли —
На небе век их настал.
 
Пруд с ледянистой осокою,
Горки соломенных крыш...
Небо такое высокое —
Как до него долетишь?
 
Здесь на деревне все ясно мне —
Эта поземка и мгла,
Вон вековуха Настасья
В горнице лампу зажгла.

А в небесах — уж не лампу ли
Тоже под вечер зажгли?
Есть ли там избы с полатями?
Много ль на звездах земли?..
 
Есть ли там снежные россыпи?
Песни поют ли? О чем?
Разве с такими вопросами
Справишься детским умом.
 
И по тропе припорошенной
Я возвращаюсь домой —
Светит изба мне окошками,
Греет дымком над трубой.

 

ГОРИТ КОСТЕР

Горит костер на темном побережье,
Горит вдали от дома моего.
Я стал другим. Ну разве мог я прежде
На расстоянье греться от него.

 

ПАМЯТЬ

Теплый ветер прогибает поле —
По цветам бежит и по пшенице.
Годы... годы... я уже без боли
Вспоминаю канувшие лица.
 
В мире зримом стерты их морщины,
В мире зримом стерты их улыбки.
То, что было жизнью и кручиной,
Стало где-то новым полем зыбким.
 
И в незримом мареве и свете
Что-то и цветет, и колосится.
Наша память — это теплый ветер,
По цветам бежит и по пшенице...

 

* * *

Родина... Свет за окошком.
Родина... Вьюга впотьмах.
И на болоте морошка,
И на просторе — размах.
 
Родина... Лист придорожный
Родина... В беге времен.
Родина... Замысел Божий,
Что ото всех утаен.

 

РЕКА ТЕКЛА...

Река текла, склоняя но теченью
Кувшинок стебли. Я поплыл по ней
С каким-то безоглядным увлеченьем!
Внизу был холод ила и корней.
 
На берегу траву щипали козы,
И собиралась вдалеке гроза,
Летели рядом бабочки, стрекозы,
Заглядывали ласточки в глаза...
 
Была такая легкость и беспечность,
И к сердцу не примешивался страх.
Река текла. И жизнь текла. И вечность
Текла куда-то в Божьих берегах.

 

* * *

Ты говоришь о вечном и простом:
Спасти Россию
            можно лишь терпеньем —
Ты говоришь: молитвой и постом!
Но я добавлю: волей и служеньем!
Не просто жить —
            как по теченью плыть.
Не просто жить —
            как лебеда и тополь...
Служить России,
            «рваться ей служить»,
Как в «Выбранных местах...»
                        заметил Гоголь.

 

* * *

Небо русское в инее звездном,
На равнине уснули стога...
Нам хватиться России не поздно
И вернуться в свои берега.
 
Этот век нас вполне заморочил,
Но ведь должен развеяться мрак —
И поэт Кузнецов напророчил,
Что «родное сожмется в кулак».

 

* * *

Одни говорят, что антихрист идет,
Другие: идет возрожденье.
Но пашет и сеет, и строит народ
Уже на пределе терпенья.
 
Такая сумятица, нервная мгла,
И так перекошены лица...
А кони кусают, жуют удила,
Закат уже кровью сочится.
 
Россия, Россия, очнись наконец;
Пропащую, горькую смуту
Отринь от униженных наших сердец
В последнюю, может, минуту.

 

* * *

Золотые кусты над речкою,
Золотое у речки дно...
Все прекрасное. Все не вечное,
Но прекрасное все равно.
 
И багряный огонь акации,
И янтарный огонь травы...
И деревня — опора нации,
Исчезающая, увы.

 

* * *

В сердце утомленном затихает битва.
Только я ступаю на родимый путь.
Хорошо читается во поле молитва,
«Господи Иисусе...» — выдыхает грудь.
Этот путь привычный, этот путь
                        не страшен —
Поле да кустарник, птичьи голоса...
Так бы вот и шел я средь лугов и пашен,
По холмам лучистым
Прямо в небеса.

 

* * *

Я твержу себе снова и снова,
Что уж было написано «Слово
            о погибели Русской земли»,
Но ведь выжили,
Превозмогли.

 

НЕОПАЛИМАЯ КУПИНА

Россия то живет, то умирает,
То снова миру слово говорит...
Терновый куст горит —
                                   и не сгорает.
Так и — горя — Россия не сгорит...

 

ГОВОРЯТ...

Говорят, что ласточки — из рая.
А цветы? А дождика вода?
Все из рая, то, что, умирая,
Нам хотелось видеть бы всегда.

 

НА РАСКОПКАХ

Здесь ни добра теперь, ни зла,
Лишь древности восходят токи.
Здесь Парфия жила-цвела,
Соперник Рима на Востоке.
 
Раскопки приоткрыли дверь
В былые царские улусы —
От царства сильного теперь
Остались черепки ла бусы.
 
Вот и у нас к тому вели,
Чтобы российские чертоги
Стереть, свести с лица земли,
Развеять пылью по дороге.
 
Но все же тайна Покрова
Уберегла нас от распыла.
И Русь жива! Она жива!
В ней снова нарастает сила!

 

 

 

 

 

Вы здесь: Главная Поэзия Вернуться в свои берега


культурно-просветительский
общественно-политический
литературно-художественный
электронный журнал
г. Санкт-Петербург
г. Москва