Савицкая С. В. (Москва)

Сербия — десять тайн и открытий

По материалам работы Содружества литературных сообществ, помещенных на сайте www.perorusi.ru с 2000 по 2011 гг., и роману «Распутай время»

Публикуется с небольшими сокращениями.

 

Утверждение, что лучшие русские — это сербы, в России бытует много лет. Но в Белграде я услышала другое: лучшие сербы — это русские. Так, может, мы одно? Нет лучших и нет худших, а есть единая во времени великославянская сила духа?

Почему, исколесив Европу, мне приходится снова и снова возвращаться на Балканы? Почему не Франция, не Бельгия, не Германия волнует нерв? Почему именно с Сербии началась Первая мировая и Вторая? И, наконец, почему НАТО бомбило не Белоруссию, не Словакию, не Чехию, не Украину, не Россию? Почему Сербию? ПОЧЕМУ??? Я долго искала ответ на этот вопрос. Я нашла его. Вопреки Сербии. Вопреки России. Вопреки себе. Но для этого пришлось, как сказал Александр Дольский, «найдя в скелете мирозданья ячейки черной пустоты, его до основания разрушить» и начать искать Единую гармонию. А в чем она? Господи! Да в любви!

Там, в Сербии однажды случилось знаковое событие. После бомбежки я побывала в гостях у школьников и читала сказки. Дарила книги. Дети задавали разные вопросы. Но этот, этот вопрос маленькой девочки ввел меня в полный ступор:

— А Россия любит Сербию?

Что я могла ей ответить? Я? Кто я и что я на этой планете? «Тварь я дрожащая, или право имею» отвечать не то, чтобы «за Одессу», а за Державу? Но с другой стороны — я фрактал малого в большом, и мое маленькое мнение может вызвать как любовь, так и ненависть, как войну, так и мир между целыми народами, целыми мирами. Я в эту минуту и в этот час — представитель даже не России, а русскоязычного разлетевшегося осколками по Земному шару мира без границ, здесь, на Балканах. Ощущая одновременно укор и любопытство и тягу ко второму доверчивому горячему сердцу, я твердо и нежно, глядя ей прямо в глаза, ответила:

— Никогда в этом не сомневайтесь. Россия любит Сербию!

И потом, через несколько лет, когда Чрезвычайный и Полномочный посол Сербии в Москве Елица Курьяк была у нас в Балашихе в музее сказок на Дне Доброты, и собрались школьники семи классов такого же примерно возраста, как та большеглазая симпатичная балканская девочка, я рассказала им о своем затруднительном положении и попросила ответить на ее вопрос самостоятельно:

— А Россия любит Сербию? — спросила я их.

И дети, не сговариваясь и не раздумывая, закричали:

— Даааааааа! Россия любит! Любит Сербию!

У Елицы из глаз побежали слезы...

Примерно тогда я начала роман «Распутай время», принесший множество открытий. Признание и награды. Но вот в чем парадокс. Уже выпущенная в свет идея романа, облаченная в бумажный и электронный носитель, продолжает будоражить и побуждать к постоянному поиску ответа на вопрос этой девочки. А любит ли Россия Сербию? А любит ли Сербию мир? А любит ли мир сам себя? Почему по одну сторону черного квадрата «баррикад» с ледяным бездушным знаком доллара стоят непоколебимо все страны НАТО (имеются в виду правительства этих стран), способные по шевелению брови невидимого обладателя «активов» то делать обвалы и кризисы, то 78 дней из 40 стран бомбить мирные деревни и города, а с другой — славянство с горячими идеями любви? Идеями «рыцаря круглого стола». Идеями «не уворуй», «не укради», «не прелюбодействуй», идеями «благородства».

И я начинаю расследование с начала: «Вера и правда? Это идеи или эпидемии? За Веру и Правду воевали наши предки. Все они умерли. Все они в нас...»

А теперь жму на «End» романа «Распутай время». Ведь он не закончен. И снова повторяю: «Прочь цветные стеклышки очков! За работу, душа моя! Распутывай время! Тебе еще предстоит сказать самое главное!»

И получается, что вопрос поставлен не верно, не в том дело: любит ли Россия Сербию, а в том, любит ли Россия Россию? И в том, что мешает нам это делать?!

Раньше я думала — зачем помещать в газете какие-то заметки? Ведь и так все всё знают! Зачем призывать людей к справедливости? К Любви? К порядку? Зачем так много говорить об экологии сердец? Ведь небо и так синее. Солнце желтое.

Но со временем я поняла. Надо! Надо говорить людям правду. Ведь люди-то... люди разные! И что для одних пол — для других — потолок!

Ведь «сотни врак», как выразился Лопе де Вега, «приукрашающих одну сомнительную правду», вредны и опасны. Они-то и заставляют обращать по нашу душу вопросы детей, чудом увернувшихся от бомб НАТО, когда Россия индифферентно поглядывала со стороны на это безобразие:

— А Россия любит Сербию?

— Да! Любит! А кто не любит, тот не Россия, — ответила бы я и теперь. И вот почему.

 

ОТКРЫТИЕ ПЕРВОЕ

В каждом уголке, в каждой гостинице Сербии — своя мини-пекарня. Поэтому все время пахнет горячей выпечкой. Хлеб здесь особенно вкусен на второй день, когда поры испеченного жита набирают силу. Тогда как бы вы не нажали на это белое чудо — все моментально обретает прежний объем.

Так и земля славянская — сколько ее не дави, сколько ни терзай, она рождает пахарей и воинов...

А еще в Сербии пахнет скошенной травой, арбузами, виноградом и болгарским перцем.

Нет ни одной страны мира, где бы не любили русских так, как в Сербии. Эта любовь на генетическом уровне. Она не поддается анализу. Ее невозможно понять, но лишь принять и поблагодарить Бога за то, что она есть.

А еще они верят в русских и в силу нашей нации. Люди подходили на литературных творческих вечерах и пытались поднимать вопросы совершенно другой компетенции — они просили достать лекарства для родственников от редких болезней или решить проблемы безработицы молодежи...

Через несколько дней пребывания понимаешь — Сербия смотрит на Россию, как младшая дочь на свою мать.

Все начинается с самолета.

Такое создается впечатление, что крыло разглаживает гобелен. Да-да, домашней выделки полотно, собранное из полосок скошенных полей. На том холсте вышиты домики. До невероятной игрушечности аккуратные. Беленые стены. Сверху — красные черепичные крыши. На окнах: цветов видимо-невидимо. Они расставлены по всему саду и вдоль дорог палисадников. Все это напоминает удивительную сказку, в которую мы всегда хотели попасть, но почему-то никогда не попадали. А когда увидели — растерялись — возможно ли такое — сказка наяву?

Всю Сербию составляют эти домики крестьян, точнее фермеров. И никак не укладывалась мысль — как можно было в наше «цивилизованное» время 78 дней бомбить сказку? Как?

Когда я пошла в первый класс, первое, что меня по-настоящему заинтриговало — цвет гибискуса. Высокий необычный куст жил в столовой в огромной полосатой кадке. И время от времени расцветал бордово-красными цветами. Все называли его домашней розой. В школах Крагуеваца тоже растут такие гибискусы. Но растут они и на улицах. И цветут постоянно. Наверное, это их родина.

Гибискусам радостно купаться в свободолюбивом солнце Балкан, как в постоянно обволакивающем счастье.

Со времен сражения на Косовом поле многовековая история этих мест потрясает постоянными кровопролитными войнами. Люди не могут расти, как розы в кадках, им надо бороться за власть. Очень красивое место Белград. По-русски Белый город. Дунай встречается с рекой Савой. На слиянии этих могучих рек высоко на холме — старинная крепость, облюбованная древними славянами, потом римлянами. Потом 500 лет Сербия была под турками. А потом... Чем дальше, тем страшней. Путешествуя «в Цариград», великий французский поэт Альфонс д’Ламартин в 1883 году проехал через Ниш и, увидев Челе-Кулу, построенную из черепов сербских повстанцев, погибших в борьбе на Чарге в 1809 году, записал в «Заметках о Сербии»: «Пусть сербы хранят этот памятник. Он научит их детей, чего стоит независимость народа и какой ценой заплатили за свободу их отцы!»

Показали мне и памятник, на котором до сих пор осталась надпись: «Если любишь Сербию, ты пойдешь дальше!»

А возле него цвел гибискус. И цветы его были алой крови. Здесь проливалось ее много. Очень много.

 

ОТКРЫТИЕ ВТОРОЕ

Наполеон, торжественным маршем пройдя по Европе и лишь слегка испачкав при этом белые перчатки, добрался-таки до центральной России. Но, господа! Как ведет себя Кутузов? Ну прямо Ельцин в Чечне! Один в один! Что он делает? Зачем оставляет рубежи? Почему не... Что это? Великий путь? Или великое предательство?

Но, похоже, два правительства договариваются меж собою напрасно. Вольнолюбивое русское сердце трудно рассердить. Только здесь иной случай. Застрял Наполеон в русском снегу и потратил силы на войну партизанскую.

И прапрадед мой, Василий, командир гусарского полка, гнал француза из Смоленска. Гнал потом долго по Европе. И саблей рассечено было лицо его... А «француз». А что француз? Русские до сих пор коварно улыбаются при этом слове.

И так, похоже, будет с каждым, кто попрет против законов нашего Бога.

 

ОТКРЫТИЕ ТРЕТЬЕ

Так случилось через добрую сотню лет, что карта мира не понравилась тем, кто сидел в министерском кресле.

Так случилось, что немецкому народу идея фашизма затуманила разум. На пути к России лежала маленькая Сербия. Очень легко получилось захватить крупные города и дороги. Но земля славян испокон держалась на крестьянских плечах. Стихийно родилось сопротивление гайдуков.

Так случилось, что за 7 тысяч километров от Крагуеваца в сибирской деревне из 240 крепких дворов забрали всех мужиков на войну. Шли сибиряки с парада на Красной площади мимо Сталина прямиком на фронт. Среди них был мой дед Петр Федорович.

История вывернулась спиралью и странно так повторилась. Вопросы просты. Почему Сталин увел войска от границы перед войной? Что это было? Великая стратегия? Или вновь великое предательство?

...В России уже шел снег. А в Сербии стояла золотая осень. Немцы никак не могли понять, почему их, таких аккуратных и умных, таких избранных, не любят на оккупированной территории. Сопротивление набирало силу. Партизаны поджигали склады, портили дороги, выводили из строя технику, уничтожали немецких солдат.

Гитлеровское командование издало указ — за каждого убитого немца — расстрелять 100 сербов, за каждого раненого — пятьдесят! Город Крагуевац был оцеплен очень быстро. Все мужчины взяты в плен, включая детей мужской гимназии.

Приговор был приведен в исполнение незамедлительно. Восстание подавлено.

На холмистых лугах, где сейчас расположен «Спомэн парк 21 октября» (поминальный парк, парк памяти), были вырыты длинные траншеи, куда падали расстрелянные тела 13 тысяч мужчин.

И еще 6 дней ручей, находящийся внизу, истекал человеческой кровью...

Просто так случилось. Русские артиллеристы шли победным маршем через Крагуевац ровно через 4 года, именно 21 октября, и освобождали землю от фашизма. Они делились с местными детишками своим доп. пайком. И уходили дальше. Среди них был мой дед. Для него война закончилась в Чехословакии. Он вернулся в Сибирь. А через месяц умер от ран. В сибирскую деревню тогда вернулось всего три мужика. Три калеки.

А кто-то остался здесь. Навсегда прорастая в цветах гибискуса.

 

ОТКРЫТИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

Не осталось очевидцев. И жители Крагуеваца уже думают, что это просто легенда. И только памятник Небойша Деля с названием «Кристальный цвет», похожий на расколовшийся каменный цветок, да цыгане, передающие историю из уст в уста, могут рассказать, как это было на самом деле.

Немцы, посеявшие смерть, вольготно расположились в городе. Сербские женщины прятали детей. Прятали взгляды. Прятали мысли.

В те времена было много палаточек, где работали чистильщики обуви — маленькие цыганята.

И так случилось, что один из немецких солдат решил почистить сапоги. Но мальчик встал и ушел. И его долго не было у палатки. Тогда солдат пошел к другому чистильщику-цыганенку. Но и тот не стал чистить сапоги завоевателя.

Солдат доложил офицеру.

В тот день были арестовано 15 чистильщиков обуви в возрасте от 8 до 12 лет. Их забрали вместе с отцами.

Маленькие. Кучерявые. Они стояли у вырытой для них могилы, глотая сухими губами последний воздух. Их мальчишеские сердчишки подпрыгивали от страха. Но ни один не заплакал. Их расстреливали по одному. Тот, первый, был последним. На его глазах расстреляли всех, но даже когда уже не осталось никого, и никто не увидел бы его героизма, он снова отказался чистить сапоги фашиста...

21 октября 2006 года ромалы, как и каждый год, и я это видела, принесли сюда венок с надписью: «Маленьким чистильщикам обуви».

Большой в этот день был спрос на венки!

Итак. НАТО бомбит Сербию. Все «за»?

Я — ПРОТИВ! Пусть на моих глазах НАТО бомбит и все остальные страны. Я и тогда буду против. Так что? Это только мой «Джихад»? Я одна? Я что ли теперь за того цыганенка? А Россия? Россия любит Сербию? Не та, «культурная» Россия, Господи, не та, что сидит у «голубой панели» и с восхищением глядит, как кто-то имеет кого-то в «Доме-2» или как госпожа Пугачева в пятый раз выходит замуж! Я имею в виду ту культурную Россию, о которой мы бредим в своих мечтах!!!

Что после бомбежки? А вот это — самое интересное. После бомбежки — экономическая блокада. Сербии? Нет. Хотя, этой стране досталось пока больше нашего. Кто следующий?

Россия раздроблена. Обескровлена. Обескультурена. Обесточена. Обесстержнена. Где наша экономика? «На Большом Каретном»?

Какого, извините, рожна, дюжина умников навязала нашей семье, извините еще раз за неприличное, но, заметьте, самое мягкое слово в данном случае «ваучеры»? Зачем эта смешная «наперсточная игра» в «Первый стабилизационный Фонд», который с помощью профессиональных продажных юристов веселешенько преобразовался в «Первый пенсионный», затем он благополучно «почил в бозе» там же, наверное, где и «Стабилизационный фонд». Кстати сказать, извините, какого рожна он оказался в Америке? Чтобы сгореть?

 

ОТКРЫТИЕ ПЯТОЕ

Так случилось, что в НАТО входит 40 стран. Все они решили, что земли Косово, где хранятся первые исторические христианские памятники, совершенно не нужны Сербии. 40 стран приняли решение — начать обстрел этой маленькой, уже и без того наглотавшейся слез страны.

Что для югославов эти христианские реликвии?

Чтобы русскому ответить на данный вопрос, подумайте — а что для вас храмы Золотого кольца России? Покрова на Нерли? Юрьев Польский? Владимир? Суздаль?

Вы бы возмутились, если бы наше достояние посчитали собственностью других стран? Я бы — да!

Ну, вот, собственно, и ответ. Но это мой ответ. И я отдаю за него отчет.

Интересен тот факт, что первая бомба упала рядом с могилой, где лежат расстрелянные немцами заложники 1941 года. По «праву первой бомбы» она упала именно на «Спомэн парк 21 октябрь». А потом 700 самолетов ежедневно в течение 78 дней бросали бомбы на Сербию...

То, что рассказывают очевидцы, поднимает непроизвольно на голове волосы. Дети ночью спали в подвалах. Люди покидали города и крупные объекты. Это спасло многие жизни. Дети рассказывали мне: «Вот когда самолеты летели бомбить из Италии, нас успевали предупредить. А Болгария совсем рядом...»

Вам не страшно?

Мне — страшно! Болгария страна НАТО. В любую минуту по мановению приказа мирового правительства Болгария... Надеюсь, этого все-таки не случится, и здравый смысл восторжествует. Украина тоже, кстати, «рвется в бой»... Хотя, сколько не спрашиваю украинцев — не хотят они ни синтетического «украинского» языка, ни НАТО, ни отделения от России. Переводить Гоголя на украинский — идея забугорных американцев выглядит абсурдной и смешной. Но ведь, перевели!

Страна Югославия разделилась с помощью «дяди Сэма» на Словению, Хорватию, Македонию, Боснию, Герцеговину, Сербию и Черногорию. Хотела она этого? Нет!

Ах! Какая похожая история! А от нас отделили Беларусь, Украину, Казахстан... Вы хотели этого? Я — нет! Города не хотят. Предприятия не хотят. Республики не хотят. Общества не хотят! Союзы не хотят. Кого ни спрашиваю — никто не хотел! У нас, как в том анекдоте «Драку заказывали? Нет? Не волнует! Оплачено!»

Я была в Чечне после событий. Люди молили, просили — скажите там, в Москве — МЫ НЕ ХОТИМ ВОЙНЫ! Мы хотим мирно выращивать виноград!!!

«Не волнует! Оплачено!»

Вопрос простой. Кто оплачивает боевиков Чечни? Чечены? Да Бог с вами! Откуда у больного здоровье? Вы были в их домах? Я родилась в Орджоникидзе, мы снимали комнату на земляном полу у чечено-ингушей. И потом я часто ездила на Кавказ. Нет в их доме книг! Ни одной. Это нормально! В лучшем случае даже не целый Коран, а страница с молитвой на стене!

Так что дальше? По плану мирового правительства стран НАТО Россия в скором времени должна быть раздроблена еще минимум на 4 части. Что делать будем, господа?

В «Спомэн парке» я нашла книгу, где оставляли автографы «великие» деятели. И с непростым чувством читала: «Вечная слава героям, павшим в борьбе с фашизмом, за честь своего народа, свободу и независимость!» Л. И. Брежнев. «О! какая жестокость в массовом избиении! Жестокость, какую помнит Крагуевац, гордый сильным духом людей, показавших пример всему человечеству!» Друзья из Италии. «Все прогрессивное человечество представлено здесь, что в то же время символизирует и показывает человека как символа мирового братства». Сауро Де Мура, градоначальник Каррары (Италия). «В сущности, Надежда должна исчезнуть. Но это доказательство того, что надежда существует!» Олаф Илау, «Дойче Цайтунг». «Храбрость дана не всем народам. Пусть это больше никогда и нигде не повторится». Джуди Бейли Арнен, журналист из Нью Йорка.

Слова как крокодильи слезы. Италия. США. Германия. Россия. — Только недавно расписывались в своей дружбе...

И еще одна деталь поразила меня. 21 октября здесь, в «Спомэн парке», были представители разных стран. Венки, один пышнее другого, возлагали они у памятников. На могилу расстрелянных детей немецкая делегация принесла свой венок. Мне понравился один немец. Высокий. Красивый. Синие глаза. А волосы белые-белые, как у ангела. Я зачарованно смотрела на него и думала: «Может быть, он стрелял в моего деда? Этот до безобразия красивый ангел смерти?»

Мне очень хотелось отбросить его венок подальше. Мне хотелось сказать — не нужны тут ваши венки. Вы же наши братья по крови! По вере изначальной! Вы просто не делайте так, чтобы их приносить. Потом не делайте! Никогда. И детям своим закажите. И детям детей своих...

Так случилось, что там, в Крагуеваце, у братских могил, я поняла в первый раз в жизни, как мне не хватает своего деда. Как не хватало мне его всю мою жизнь! И я решила найти следы тех, кто отдал жизни свои за сербскую землю. И я их нашла.

 

ОТКРЫТИЕ ШЕСТОЕ

Звонки в Россию не дали особенных результатов. «Сербия-Телеком» — грабительский тариф — 500 рублей две минуты! А их было не мало. Баланс «сдох» сразу. Пришлось просить срочной помощи у друзей из Москвы, чтобы дали подкрепление на связь. Но и это мало помогло.

Бабушка давно умерла. А отец был тогда совсем маленьким, и уже не помнил ни номер армии, тем более батальона, где воевал дед. Петр вернулся в Сибирь буквально на честном слове. Весь изрешеченный ранами, полученными на Курской Дуге, в Сталинграде, в Югославии и Чехословакии, он нашел в себе силы добраться до дома. Он подолгу рассказывал сыну Василию, моему отцу, о войне. Бывало так, что разворачивал он свое артиллеристское оружие один, когда уже никого не оставалось в живых. Дважды немецкие танки закапывали его заживо в окопе. Силой он обладал необыкновенной. До войны один ставил дом, сам поднимал бревна на венец крыши. В одиночку ходил на медведя. Кулаком быка-трехлетку мог сшибить с ног. Звали его за глаза Полтора Ивана.

Так случилось. Один Иван на войне погиб. А половинка домой вернулась, на руках у жены умереть. Валентина раньше веселая была. Но сорок лет потом бабушка не улыбалась вовсе. Улыбнулась лишь в преддверии смерти. Наверное, увидела его и к нему ушла. Так любить до гроба могут, наверное, только русские женщины.

Неожиданно на помощь пришла Сербия, предоставив материалы Белградского музея ВОВ. Петр Стефанович — тезка моего деда Петра — очень близко воспринял мою историю. Помог найти очевидцев.

Один из них отец Владимира Ягличича. Второй — Миломир Минич. И хотя живут они в разных местах, рассказы совпадают. Они оба утверждали, что помнят, как русские отвоевывали деревню за деревней у немцев. Глаза у русских были очень добрые, с сибирской лукавинкой. Артиллеристы угощали сербских детей круглым шоколадом. (Круглым?! Возможно, его выдавали артиллеристам на «доппаек».) В первый раз они пробовали шоколад! Разве такое забудешь??!!

Оба утверждают, что политика Югославии после войны была направлена на PR югославской освободительной армии. Вся слава и все почести достались им. Армия Тито. Это звучало гордо. Останки русских воинов собрали из разных могил и перезахоронили под одним памятником вблизи деревни Яблонево.

Но местное население вспоминает о русских, прошедших победным маршем через Крагуевац, с большим теплом и благодарностью. Владимир Ягличич показал в деревне Драча дом, где находился штаб русских войск. Через Крагуевац прошли не только артиллеристы, но и пехота, и «Катюши».

Мы вместе поехали в цветочную мастерскую. При поддержке «Школы Мира» Петра Стефановича, с Миломиром Миничем возложили венок из белых хризантем на могилу советских воинов, защищавших Сербию.

Когда я была маленькой, мир казался мне таким большим! Наверное, и этим ребятам, которые были моложе меня, он казался большим, а уместился в братской могиле, одной на сотню, на тысячу...

По приезду в Москву я выяснила, что за круглый шоколад такой. Как сообщил Народный артист Михаил Ножкин, ссылаясь на материалы Государственного архива, партия круглого шоколада в виде бубликов была специально выпущена для детей освобожденных стран.

 

ОТКРЫТИЕ СЕДЬМОЕ

Крагуевац назван именами птиц. Птицы Крагуйи — существа из древних славянских легенд. Мощные, сильные, с лицами людей, Крагуйи знали все. По какой-то причине они покинули этот город навсегда.

Население Сербии очень набожное. Православные христиане, они не углубляются в язычество. Но оно осталось в песнях. В именах.

Европа сохранила, не понятно как, живые славянские имена. Они благотворно действуют на слух. И окружали меня, вы только послушайте, кто! Я записывала имена, как будто собирала небесный дар по капле и пила его пригоршнями счастья! Вслушайтесь в музыку этих имен! Так называли не только богов, но и наших предков. Отворите генетическую память поколений! Так называют славяне дочерей и сыновей до сих пор. И ходят по планете:

Бажена, Белослава, Белоснежа, Беляна, Благолюба, Благомила, Бояна, Братислава, Братомила, Верослава, Весела, Веселина, Весняна, Влада, Голуба, Греза, Дана, Дарена, Добринка, Добруша, Драгомира, Елица, Желана, Забава, Загляда, Звана, Звенислава, Злата, Златовласка, Златоцвета, Искра, Истома, Касатка, Краса, Красимира, Купава, Лада, Ладислава, Леля, Любава, Любомира, Любомудра, Люборада, Любослава, Милада, Миловзора, Милослава, Надия, Неждана, Ненагляда, Полеля, Прекраса, Рада, Радосвета, Радослава, Радостина, Светана, Светислава, Светла, Светлана, Светогора, Светозара, Светолика, Светослава, Святослава, Синеока, Сияна, Смеяна, Смирена, Снежана, Слава, Славина, Славолюба, Славомила, Славомира, Славяна, Тайна, Творимира, Умила, Улада, Улита, Улыба, Услада, Утеха, Хорошава, Цвета, Цветава, Цветана, Чара, Чаяна, Яра, Ярина.

Бажен, Баян, Белогор, Белояр, Благовест, Благодар, Благолюб, Благомил, Благомир, Благород, Благослав, Богун, Валигора, Вас, Ведислав, Велигор, Велимир, Велимудр, Велимысл, Велинег, Велислав, Велко, Венд, Венцеслав, Волот, Дал, Далимир, Далимысл, Дан, Девясил, Добробуд, Добровест, Добровит, Добродей, Добромысл, Жалимир, Зореслав, Златовлас, Златодан, Златосвет, Златояр, Зорян, Искр, Красимир, Крутослав, Ладимир, Любозар, Любомил, Любомир, Любомудр Любомысл, Милош, Миролюб, Мирослав, Надей, Найден, Нарышка, Нежен, Незван, Нечай, Огневед, Огнедар, Огнезар, Огнеслав, Олель, Олен, Отрад, Первослав, Радован, Радолюб, Ростислав, Свентояр, Светибог, Светилюб, Светослав, Светодар, Светолик, Святолик, Светомир, Светозар, Святополк, Святорад, Святояр, Тихомир, Утеш, Юрас, Юрий, Ян, Яробор, Яролик, Яромир , Яросвет, Ярослав.

Крагуевац очень красивый город. В большинстве своем постройки, как и по всей Сербии, составляют коттеджи. Белые с черепичными крышами. Город утопает в розах! Несколько высотных зданий в центре. Дороги свободные от машин. Водители вежливо останавливаются перед пешеходами.

Сербский язык на первый слух не очень похож на русский.

Но вот мы вслушиваемся и понимаем, что практически все слова имеют общий корень.

Но ведь мы и состоим из слов.

Вначале было Слово!

В каждом слове схоронена великая тайна!

О них знают только Крагуи-птицы, давно покинувшие эти места.

 

ОТКРЫТИЕ ВОСЬМОЕ

От Кельна до Берлина — поднялся и сел. Авиалайнер красивый. Современный. Удобный. Кресла из натуральной серой кожи. Летит в облаках — хорошо ему. Хорошо тебе!

Только зуб болит. Так болит, что сил нет, чтобы терпеть эту боль. И вот незадача — некому в жилетку поплакаться!

Под крылом то, что видели летчики во время войн. Бомбили дома, мосты, коммуникации, заводы...

Невольно глядишь на соседей. Немецкая речь заставляет постоянно быть в напряжении. Но они так приветливы и беззаботны. И жалость рождается к порушенной чужой жизни, тогда, от бомб, несмотря на..., на..., на...

Как много причин, на которые теперь несмотря, ты понимаешь вдруг, что любишь эту землю.

В Европе рушатся стереотипы. Оказывается, все, что делал ты до сих пор, ты делал не так. Думал не так. И говорил не так. Слушал не тех. Не видел ничего, кроме собственного носа. Но раздвигаются границы сознания, и ты меняешь наводки бинокля на более дальнее расстояние. Мир, где не было тебя до сегодняшнего дня, оказывается, так прекрасен! Хорошо! Как же хорошо там, где ты есть, сегодня!

И лишь одна мысль терзает и бьется у виска: Любовь! Не благодаря политикам и лозунгам разных времен, а вопреки. Любовь не прикрытая, ранимая и беззащитная. Любовь к Родине, если ты далеко от нее, приносит боль и страдания.

А что есть Родина? Кремль? Собор Василия Блаженного? МКАД? Да нет. Глупости все это.

Родина — это тысячи теплых сердец и тысячи рук: подрагивающие руки отца, когда, смущаясь, читал он на радио первую свою поэму о целине. Руки бабушки, вяжущей вечное вязание, пахнущие... молоком. Руки мамы, терпеливо и настойчиво включающие ежеминутно мобильник в ожидании твоих звонков, и доверчивые руки твоих собственных детей, вцепившихся впервые в руль велосипеда, когда у тебя просто нет шансов сделать неверный шаг. Руки любимого, гладящего косы. Ручки внука, делающего надпись под рисунком с феей: «Бабочка Сета». Это простертые к небу лепестки тюльпанов, цветение которых в этом году пройдет без тебя. Это рабочие руки друзей, ожидающих возвращения «в обойму», посылающие письмо за письмом тебе вслед...

Родина — это тысячи надежных крыл, потому что это не лайнер баюкает звенящей песней полета. Это белые ангелы — все твои предки от рождения земли и до настоящей минуты, подставляют крылья, чтобы поддержать тебя. Ты летишь. А они, те, кто ушли до тебя, прикрывают ладонями свечу любви к Родине. Ведь Родина — это они. И ты. И все, кто тебя любит и ждет.

Не плачь. При чем тут зуб. Любовь больнее. Ее притяжение победит все!

Берлинские друзья мои заказали пропуск в Рейхстаг.

Это было крайне важно!

В центре Берлина, бывшей столицы ГДР, а ныне столицы Германии, все оказалось, как я себе и представляла в детстве, когда мы изучали немецкий язык. Бранденбургские ворота с гордостью подчеркивают величие немецкой нации. Им есть чем гордиться. Вот, к примеру, стоит стела победы над французами. Это как во Франции стоит стела победы над немцами.

Но и мы «не лыком шиты». Остались следы нашей Победы. Вот артиллеристские пушки, на которых воевал мой дед. Вот танки. Вот обелиски и памятники воинам-освободителям. Надписи славы на русском и немецком. Причем не в одном каком-то месте, а повсюду! Удивительно, что немцы содержат их, как и во времена социализма, с той же тщательностью и чистотой!

Рейхстаг, естественно, затерли от автографов. Но я нашла один на втором этаже под флагом! Здание Рейхстага вобрало в себя тысячи смертей. Может, от этого оно почернело. Как ключ, волшебный ключ, с которого невозможно стереть кровь в сказке о Синей бороде...

«Рейхстаг взят!» — отправляю я СМС в Москву.

«Ура!» — отвечает Москва.

Удерживать слезы в Берлине оказалось задачей сложной. Причин для них хватало. Здесь бросили на прорыв наших ребят в 45-том. На не подавленные артиллерией точки противника. И 7 тысяч русских ребят не дождались матери в последний день войны.

Великий Сталин!

Что жизнь человеческая для главнокомандующего? Даже не строчка — цифра, третья или четвертая цифра справа. Больно. Жутко. Несправедливо.

Мой дед Петр израненный вернулся с войны. Вернулся? Можно считать вернулся, если через месяц умер от ран на руках жены Валентины?

Берлин награждал его Победой. Его тогда. И меня сейчас за роман о нем. Роман «Распутай время» — лучший роман 2011 года. Гран-при тебе, дед! Ты слышишь меня? Я принесла к твоим ногам свою крошечную победу...

Но вот он Трептов парк. Удивительно. Наши русские там, в России, не берегут так могилы фронтовиков, как немцы здесь!

И ноет ветер. И ноет зуб. И ноет сердце. Куда-то вдруг убрались с горизонта тучи. Солнце осветило Родину-мать, склонившуюся пред аллеей памяти. Памятник женщины в русском платке с кистями. Огромный. Черный памятник.

Вокруг плакучие березы. Кто это придумал — склонить их, отрезав верхушки, чтобы березы вечно плакали у могил наших ребят?

Вперед! Туда, где замерли два русских воина, держась за автоматы, направленные в небо. Могилы за ними. Большие. Совсем не страшные с виду.

Огромные площади общих могил покрыты аккуратной стриженной травкой. На ней — бронзовые громадные венки.

Под нею 7 тысяч солдат. А сколько тех, кто не дошел до этого страшного места?!

У подножия последней могилы — белые ступеньки, ведущие в небо. Нет конца этим ступенькам. Они всегда белые. Почему белые? Почему они белые?

Не лейтесь, слезы! Возрадуйся сердце! Там, над ступеньками в небе — громадный бронзовый символ непобедимости русской души...

Вот оно таинство.

Солдат в Трептовом парке очень красив. Я никогда не думала, что памятник на могиле может так волновать! Славянское мужественное лицо без злобы и горя, без угроз — смотрит вдаль, туда, где его Родина. Он хочет домой! Левой сильной жилистой рукой у сердца солдат держит немецкую девочку, защищенную от выстрелов. Правой рукой прижимает к земле побежденный черный символ войны.

Но как победить войну во всем мире? Ее споры прорастают в сердце мальчишек. И они снова и снова играют в войну. Играют на улицах, играют на компьютерах.

Большие выросшие мальчишки играют в политику стран. О! Где бы найти такой остров, чтобы поместить туда всех, кто развязывает войны руками политиков? И поместить их на этот остров. Изолировать от нормального созидаемого добро мира! И дать им оружие, то самое оружие, на продаже которого они жируют. Пусть перекусают друг друга, как пауки в банке, и сдохнут!

 

ОТКРЫТИЕ ДЕВЯТОЕ

Приятно оказаться в Сербии после того, как проедешь всю Европу, и есть с чем сравнивать.

Пятнадцатилетняя экономическаыя блокада НАТО оставила множественные плюсы для этой страны. Представляете: на всей территории до сих пор в хлеб не добавляют химических разрыхлителей «круасанного Парижа», в соки не попадает немецкий модификатор, на столах колбаса из натурального мяса, а масло из коровьих сливок, а не из нефти?! Местная «Сливовица» гонится из фруктов без добавления красителей, загустителей, подсластителей и консервантов. А свинина не вымачивается потом в китайских морозильных растворах по тысячу раз. Утверждение, что «Бог создал Землю, а все остальное сделали китайцы», здесь не работает.

В противовес влюбленной в себя Европе, красивых девушек и юношей на улицах сербских населенных пунктов так много, что кажется, они собраны со всего света. И, кстати, даже деревенские женщины одеты изящнее, чем во Франции, Бельгии, Германии, Дании и Австрии, вместе взятых. Ходят на каблуках. Как москвички, в меру и со вкусом пользуются косметикой.

Однако, если верить сербам, наши девушки им тоже нравятся. Меня позабавил анекдот, услышанный на форуме в Белграде: «Если Россия когда-нибудь пойдет войной на Сербию, и в армии будут одни русские женщины, мы моментально сдадимся в плен!»

Я не заметила, что произошло с участниками 48-го съезда писателей в Белграде. На каком-то этапе мы стали мыслить шире и выше. Глядеть дальше.

Мне рассказывали, во время Великой Отечественной наши деды, освобождая Европу от фашизма, понимали языки польский и сербский, венгерский, чешский и словацкий. Я раньше не понимала — как?

Но вот представьте. Вы специально никогда не учили сербский. И закорючки на бумаге вам совершенно не знакомы. День-другой — и расширяются границы сознания. Вы открываете текст и читаете, не вникая в буквы, а как бы сквозь них, без гласных, согласных и «несогласных»... Земля предстает вне границ. На ней единый язык.

Не только текст, но и речь становится понятной без переводчика. И, если серб говорит вам: «Я не знаю русского», вы тут же отвечаете: «Ты знаешь! Только говори медленнее. Я буду медленнее говорить. Мы поймем друг друга, брат!» И все получается.

Пару дней — и даже быстрая речь становится понятной. Более того, стихи поэтов не только балканских, но и других стран, в переводе уже не нуждаются. Почему? А в этом и весь парадокс! Поэт в России бельше, чем поэт. Да и не в России тоже! Поэты пишут о великом. О вечном. О жизни, любви, дружбе, надежде, нежности, счастье. Ключевые слова эти есть в наших братских языках.

Поэты истинные пишут о вечном.

Интересно, что в Сербии нет тостов. Есть здравица. Звучит она так: «Живели!» Что это значит? Да не смотрите в словарь! Включите воображение! Живели — значит — будьте здоровы, живите богато долго и счастливо, здравствуйте!

Но более всего в поездке поразила одна маленькая деталь.

Я поняла, наконец, почему.

Почему НАТО бомбило Сербию.

В одном из древнейших монастырей есть уникальная роспись. Строгий и прекрасный ангел с синими крыльями облачен в белые одежды, он указывает на кудель белой шерсти. Сербы считают этот памятник живописи православным. Но корни его идут в глубочайшее язычество.

По преданию Матерь Макошь плетет наши судьбы. Ей помогают Доля и Недоля. По-сербски Среча и Несреча. Изображение известно всему православному миру. Эта, одна из самых древних и популярных икон Сербии, в народе названа «Белый ангел» или «Милосердный ангел».

Именно так была обозначена странами НАТО операция бомбардировки Сербии — БЕЛЫЙ АНГЕЛ! Догадываетесь теперь, что бомбили они на самом деле?

Общий стержень, схороненный в балканских монастырях, как меч-кладенец, не дает покоя мировому империализму. Сербия — сердце непокорного славянства. Сердце мира, в самом широком значении этого слова. В древних монастырях лучатся со стен неземным светом священные лики БОГА. Лепо! Глубинные тайны прошлого, настоящего и будущего хранит в себе, объединенная кириллицей, фонетика и лексика славянских преданий.

Вот этого и боятся те, кто бомбил Сербию. Страх породил агрессию.

Слово и Слава так похожи! Они боятся и нашей Славы, и нашего Слова. Нашего менталитета. Наших обычаев. Нашей доброты. Нашей любви к миру, если хотите. Благородства! Справедливости! Золотые тельцы стран НАТО под эгидой знака доллара, сея смерть на Балканах, на самом деле бомбили Россию в самое сердце. А мы до конца не понимали, почему мы вздрагиваем здесь в Москве, когда там рушатся дома и горят села...

Они бомбили нашу славу. Ведь недаром так тщательно в Австрии и Америке, в Израиле и Германии в учебниках истории переписываются исторические факты! Затирая победы автографов на Рейхстаге, они не могут понять одного, что на ошибках своих поражений надо учиться. Что снова и снова добро будет побеждать зло. Это неизбежно.

Вы уже взяли Россию экономически? Нет, господа! Вы договорились с нашим чиновничьим аппаратом? Да, сколько угодно. Если в России остался хоть один партизан, увязнете вы в нашем русском снегу!

Я. Маленькая русская женщина. С древним языческим именем Светлана. Я и есть тот партизан. Мое оружие против холодного расчета — горячая любовь к древним обычаям. Древним Богам. Священным словам и тайнам. К Земле. К миру. К белому свету.

Я думала раньше — зачем люди пишут заметки в газетах и журналах? Ведь и так все ясно! Оказывается, не ясно. Информация — дело сложное. Поди распознай в ребусе современных СМИ — что главное, а что второстепенное!

А что главное?

А главное — любовь. Это так просто!

 

ОТКРЫТИЕ ДЕСЯТОЕ

Вот песня. Прислушайтесь. Центральная Сербия. В ней говорится о том, что сидит на склоне горного леса старуха. Шьет кафтан. А на кафтане том — звезды. Старинная поминальная песня. Поди разбери — свадебная или упокойная? Какую судьбу прядет нам Матерь Макошь?

Следующая песня. «Три девойки сбор сборили. Между собом говорили». Дальше так и хочется продолжить: «Кабы я была царица, говорит одна девица...» Так и получается в древней песне: «А наймлада гойворила, я бы милого любила...» Не отсюда ли Пушкин взял сюжет?

Что во времена смены политических режимов уничтожается в первую очередь? Правильно! Остатки культуры! Так во времена Гитлера сжигались книги. Физически уничтожалась интеллигенция. Так во время революции в России в первую очередь преследовалось дворянство. На алтарь легли миллионы...

По аналогии делаем срез на наши дни. Народ становится очень легко управляем, если им правит безграмотность и бездуховность.

Перестройка. В самую первую очередь закрываются Мосфильм и Союзмультфильм. В театры выползает разврат. С телеэкрана убирается детская сказка, детская песня, литературные чтения, лишается финансирования Союз писателей России и никаким образом не поддерживается до сих пор! Воин и пахарь становится посмешищем! Человек труда дискредитирован. Закрываются учебные заведения. В первую очередь сокращается количество ПТУ, чтобы уменьшить количество специалистов. Куда же направляются деньги государства? Прямо анекдот! На восстановление Чечни! Ну и так, по мелочи, вот клуб Челси купили... часовые пояса сдвинули, чтобы обалдеть от темноты и потерять ориентацию!

Экономическая война оказывается гораздо эффективнее физической.

Вопрос следующий. Зачем, к примеру, разбомбили Крагуевацкий автомобильный завод? Да затем, господа, чтобы, используя его территорию, в наши дни выпускать там итальянский автомобиль типа «Фиат». И если рабочий в Италии получает 1500 евро в месяц, то за такую же работу зарплата серба составляет 100 евро.

Что, возвращаем рабовладельческий строй?

Ура, товарищи!

Да я не против Италии. Я люблю Италию. И итальянцев. И французов. И греков! И немцев! Я ничего не имею против болгар; кроме того, конечно, что они бомбили по указанию НАТО Сербию! Я люблю русских и «русское правительство», когда оно бывает русским в своем действии или бездействии, что по большому счету одно и то же! Но давайте же, наконец, жить дружно!

Почему я так часто употребляю прилагательное «русский», не боясь нарваться на зубастых интернационалистов. Многие наши соотечественники рассеяны за рубежом. Это бывшие жители республик Советского Союза: немцы, казахи, украинцы и другие, знающие русский язык, думающие на нем, работающие на нем. Уезжая в Германию или там в Израиль, они продолжают быть русскими. Иврит они не знали никогда, немецкий, английский, французский, испанский — они также никогда не сумеют освоить настолько, чтобы творить на нем и думать. Все равно, русский менталитет, эта въедливая русскость никуда от них не денется, ничем не излечится. Ностальгией прорастет и заставит вздыхать о мифе, о сказке, о вере, о том, в чем Россию не понять. Душу я имею в виду.

И не в национальности дело. А в менталитете нации, к которой относятся и русские, и украинцы, и немцы, да! немцы, и шведы, и народы скандинавских стран, поляки, чехи, словаки... греки, потомки единого Бога... Наказ одних богов — поклонение Золотому тельцу. Наказ других богов — соблюдение законов любви и справедливости. Недаром сказано Вергилием: «Выбирая Богов, мы выбираем судьбу».

И как написано в Библии: «Если Бог с нами, то кто против нас?»

Хотите возразить, что Сербия далеко, что название операции по бомбардировке старинных храмов «Белый ангел» дано по чистой случайности, и я тут напрасно сотрясаю воздух?

А вспомните времена перестройки. Заводы и фабрики по производству кур вокруг, ну, к примеру, Ленинграда! Вспомните горы испортившихся мясных изделий, которые никто не покупал. Почему не покупал? Да потому что американские стратегические запасы 50-летней давности были выброшены на питерские рынки по цене вдвое ниже! Кто руководил Питером и его экономикой? Известный мэр! Кто сейчас показывает нам, как молодежь должна вести себя в постели и в жизни? Безнравственные передачи его дочери. Откуда у нее средства выпускать на телеэкране эти передачи? Да от продажи куриных ножек «Буша» во времена перестройки, когда задушены были наши центры производства! И я, жаря их на сковороде, думала — а что же это они чернеют? Я кормила ими детей. Потому что меня вынудили это делать. Потому что не давали зарплату по три месяца. И мы экономили на всем! А в это время в Сберегательном банке сбережения семьи, на которые можно было в те времена приобрести три квартиры, благополучно превращались в замки олигархов. И мы купили в конечном итоге две пары обуви...

Планы Даллеса и Кондолизы Райз — не миф. Не сказка. Все документы свободно выставлены в Интернете.

Что же нам делать?

Да как в той сказке про Золушку!

Во-первых, научиться не только говорить правду, а находить ее среди «сотни врак». Во-вторых — петь! Русские песни. Украинские песни. Белорусские. Словацкие. Польские. Сербские! Песни пойте, братцы! Поэты не врут! Врут политики. А настоящие песни так похожи!

Ведь если песню заменяют безвкусицей на экране, значит, смысл там и живет! В песне! В сказке! В художественном произведении, которое не берут в печать! Не показывают по телевидению! Не финансируют! Почему не финансируют? Да потому что боятся!

Почему боятся? Нас ведь практически уже экономически уничтожили! Да потому что не удалось еще до конца уничтожить духовно!

К тому же снова снег выпал... И еще, потому что один партизан точно есть. Это я! И не надо обвинять меня в национализме, фашизме и в другом всяком ...изме. Все просто. Я русская. Живу в России. Люблю Россию. Думаю и пишу на русском языке. По этой по самой причине я люблю Сербию. Там живут мои братья и сестры.

И последнее: Сербия — единственная страна, которая ни разу исторически не воевала с Россией!!!

Как будете на Балканах, сорвите с ветки виноград. Почувствуйте на губах мощь славянской земли. В ней капли крови и пота пахаря и воина. Обязательно попробуйте джигирицу и каймак. Говорят, это любимые блюда Нополеона. Из-за них он долгое время позволял своим войскам насыщать сокровищницы Лувра сербскими редкостями. Почистите обувь у цыган чистильщиков обуви. Они из всей Европы сохранились, пожалуй, только в Белграде. Ощутите ненависть, ярость и бесстрашие маленького цыганенка, который отказался чистить сапоги гитлеровца, и его расстреляли за это. Посетите музей «Спомеэн парк 21 октября» в Крагуеваце. Взгляните на небо через стеклянные трубы мемориала как со дна колодца, и осознайте место, свое ли, России ли, Сербии... в этом мире.

Возложите венки нашим русским ребятам, отдавшим жизни во время войн. Все они похоронены у деревни Яблонево. Возможно, это ваши деды, пропавшие без вести или ушедшие дорогою храбрых.

Напомнить хотелось бы и слова с камня Алатыря: «Налево пойдешь — любиму быть, направо пойдешь — богату быть, прямо пойдешь — судьбу свою найдешь!» Обязательно посетите росстань в Шумадии, где умытый дождями и отполированный ветром старый камень скажет вам по-сербски: «Если любишь Сербию, ты пойдешь дальше!»

 

 

 

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Славянское братство Сербия — десять тайн и открытий


культурно-просветительский
общественно-политический
литературно-художественный
электронный журнал
г. Санкт-Петербург
г. Москва