Кауров Я. В. (г. Нижний Новгород)

«Россия — драгоценный сплав...»

* * *

По весенним перекатам
Ветер гнал меня в ночи.
И врачом был, и солдатом,
И калечил, и лечил.
 
Все рвалось и возрождалось
Что-то главное во мне,
Но не страсть в душе, а жалость
Родилась в ночном огне.
 
В сердце жалость мне милее!
И во всей моей судьбе
Сердце жалось, горько млея,
К неприкаянной тебе.
 
Кто-то скажет веселее,
Но страданья разделя,
Я люблю тебя, жалею,
Кроткая моя земля.

 

 

 

* * *

В степях, оставленных когда-то,
Поют остывшие ветра,
Ковыль колышется крылато,
Свирели слышится игра.
И там, присутствуя незримо,
И до сих пор блуждаем мы,
И шепчут тайны Аркаима
Волнами вереска холмы.
Там круг семейный собирался,
И там встречали вы меня,
И вечный Агни вырывался
Из печи крыльями огня.
И там, присутствуя незримо,
И до сих пор блуждаем мы,
И шепчут тайны Аркаима
Волнами вереска холмы.
Когда-то в вечность заглянули
Планет и солнечных систем
Круги магические улиц
И неприступность темных стен.
И там, присутствуя незримо,
И до сих пор блуждаем мы,
И шепчут тайны Аркаима
Волнами вереска холмы.

 

* * *

Хранятся в памяти виденья
Родных, давно забытых сцен:
В них Аркаим — волхвов творенье —
Вздымал круги священных стен.
День солнца, будь благословен ты!
И степь возрадовалась вся,
И шла процессия до центра,
Дары великие неся.
И круг чертили колесницы
По деревянным мостовым,
Как колеса большого спицы,
Вздымался к небу серый дым.
Играли блики пряжек медных
В спокойных воинских рядах.
И я там шел, и блеск победный
Лучился в голубых глазах.
Там гордо всадники скакали
Арийских избранных родов,
И колесницы измеряли
Страну великих городов.
Век золотой забылся скоро,
Нашлись друзья, нашлись враги,
Но от арийского простора
С тех пор расходятся круги.

 

* * *

Тысячелетья эти горы
Внимали говор городов,
Что возвышались над простором
Заволжских заливных лугов.
 
В руке у Бога мы как глина,
И сколько раз уж несть числа
Русь то сжималась как пружина,
То вновь, как дерево, росла.
 
Здесь жили арии и угры,
Варились нации в котле,
И как рассыпанные угли
Костры пылали по земле.
 
Полны подземными ходами
Холмы древнее пирамид,
И ропот родников годами
В пещерах карстовых гремит.
 
Но вот Георгий, князь Великий,
Пришел на древние холмы
И город основал на стыке
Культур, пленяющих умы.
 
Объединенные христианством,
Народы разные слились,
И русским стало постоянство
Бескрайней пахотной земли.

 

* * *

Славяне двигались к востоку,
Основывались города,
И в вулканическом потоке
Кипела талая вода.
 
Булгары с Камы, чудь и меря,
И эрзя гордые, смутясь,
Попятились, еще не веря,
Что к ним пришел Великий князь.
 
Георгий славен верой отчей
В сраженья вел богатырей,
Но основанье новых вотчин
Он начинал с монастырей.
 
Росла Российская держава,
Охватывая Волги ширь,
И Благовещенским по праву
Был назван новый монастырь.
 
Над Стрелкой, над бескрайней Волгой,
Храня великие мечты,
Стояли Князь с Владыкой долго,
На реку глядя с высоты.
 
Они несли не только силу,
Но веру вечную свою,
И с нею не страшна могила,
Не победить ее в бою.
 
Когда дружина ликовала,
Когда никто не ждал беды,
Совсем немного оставалось
До воцарения Орды.
 
Но Нижний пережил все орды,
Христианский, русский, как тогда,
Когда пророчески и гордо
Основывались города.
 
Мы прославляем нашу веру,
И русский ликовал народ
В тысяча двести двадцать первый
Предроковой, но светлый год.

 

* * *

Пепел словно снега хлопья,
Пламя вечных сцен,
Снова скрещивают копья
Рим и Карфаген!
 
Торгашей лютует стая,
Всюду слышен стон.
Вновь к патрициям взывает
Яростный Катон:
 
«Словно язва землю душит
Колыбель измен!
Нами должен быть разрушен
Старый Карфаген!»
 
Копья остры словно бритвы,
И, впадая в раж,
Бешено вступают в битву
Воин и торгаш.
 
Ныне снова гибнут страны
И лютует бес,
Карфаген за океаном
Вырос до небес.

Города и государства
В прейскуранте цен.
Ложь, предательство, коварство
Любит Карфаген.
 
И взывают мертвых души,
Разрывая тлен:
«Нами должен быть разрушен
Новый Карфаген!»

 

* * *

Как сердце разорвать на части,
Как руку отрубить свою,
Безумно так же ради власти
Разрушить дружную семью!
 
Нельзя от века и доныне,
Помилуй Боже и спаси,
России жить без Украины
И Украине без Руси!
 
Сбываются, как в страшной сказке,
Адольфа Гитлера мечты,
И тут же сбрасывают маски
Гаранты лжи и клеветы!
 
Где ваши милые улыбки,
Благоразумный мягкий тон?
Где демократий голос зыбкий?
Где роль продажная ООН?
 
Оскалы, окрики, угрозы!
Из Франции, из США!
Поляков вычурные позы!
Ганзейцев наглые слова! 

Нас разорвать не удается?
Не верите? Докажем вновь!
Во мне самом на четверть льется
Малороссийских предков кровь!
 
Не злите нас! Побойтесь Бога!
Святых не трогайте границ!
На свете есть еще немного
Не взятых русскими столиц!

 

* * *

Провалится фашизм американский,
Россия и сильна, и велика,
И подвиг гордых жителей Славянска
Прославлен будет нами на века.
 
В нас всех кипит славянская отвага,
Любого побеждали мы врага.
И помнят трепет поднятого флага
Орел, Смоленск и Курская дуга.
 
Не испугать нас грохотом орудий.
Славянская особенная стать.
Но кровь родных мы проливать не будем
И дружбу нашу вам не разорвать.
 
Нас стравливать — опасная работа.
Мы покорим любую высоту.
Вы просто не заложите в расчеты
Любовь и верность, честность и мечту.
 
К победе наша воля непреклонна,
Ни пяди мы земли не отдадим.
Спасибо вам, отцы из Вашингтона
За возвращенный нам прекрасный Крым!
 

 

* * *

Как бесконечен этот спор,
Ведущийся по воле рока,
И кто подпишет приговор,
Мы, Азия или Европа?
 
Как колоколу верный тон
Дает металлов многих слава,
Из всех народов и племен
Россия оказалась сплавом.
 
И Украина, и Кавказ,
Камчатка и Байкала чаша —
Все это воплотилось в нас,
Все это мы, все это наше!
 
Жестоких много в ней забав,
Но только здесь живется вольно.
Россия — драгоценный сплав
Для чистых звонов колокольных.

 

* * *

Мой путь не важен по земле —
И только образ остается.
Не важно, как иду во мгле,
Как дышится и как поется,
И все законы бытия,
И даже то, что змей бумажный,
И только мысль важна моя
И то, что выгляжу отважным.
И одиночество вершин
Встречает первый луч рассвета...
Колокола моей души
Зовут меня к немому свету.
И пусть забудется мой лик,
И пусть забудется мой голос,
Но крепче мыслей, выше книг
Не создавал никто престола.
Забвенье краткое мое
Предвечным сменится прозреньем,
И я познаю бытие,
Что дарит только воскресенье.
И одиночество вершин
Встречает первый луч рассвета...
Колокола моей души
Зовут меня к живому свету.

 

* * *

Я шел на церковь сквозь туман.
Звон колокольный плыл, меняясь,
И колокольни стройный стан
Мне мнился, будто удаляясь.
Я напрягал свои глаза,
Пытаясь контуры заметить.
Катилась по щеке слеза,
Сливалось все в неровном свете.
Воображение и быль
Сплетались, искажая мысли,
Свет будто превратился в пыль
Воды, что в воздухе повисла.
Я знал, что это где-то там,
Но плавилось воображенье,
Туман стелился по пятам
И растворял мои движенья.
И вмиг все обрело черты
Совсем не там, где церковь снилась.
И колокольня, и кресты,
Сверкая золотом, явились.
Вот так когда-то, умерев,
Я побреду на звон в тумане,
И новый мир, меня согрев,
Подарит Бог из щедрой длани.

 

 

 

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Поэзия «Россия — драгоценный сплав...»


культурно-просветительский
общественно-политический
литературно-художественный
электронный журнал
г. Санкт-Петербург
г. Москва