Савостьянов В. Н. (г. Тула)

«Души моей столица»

ЗАМЕЛО ДЕРЕВНЮ

Замело деревню: избы, риги,
Света нет — лишь светлячок свечи.
Вынимала бабушка ковриги,
Круглые, большие, из печи.
Протирала тряпочкою влажной,
Ставила на стол их остывать.
И сидел я, внук любимый,
Важный,
Ждущий: ну когда же пировать?
Обрядили бабушку в обновы
Смертные,
Отпел ее собор —
И такого вкусного, ржаного
Не едал я хлебушка с тех пор… 

Замело поселок —
Лишь церквушки
Светятся высокие кресты.
Пироги румяные и плюшки
Вынимала мама из плиты.
Смазывала маслица кусочком,
Ставила на стол их остывать.
И сидел я
Дорогим сыночком,
Ждущим: ну когда же пировать?
Обрядили мать.
Душа — как пустынь,
Где спьяна куражился вандал.
Пирожков тех с рисом и капустой
Я уже, конечно, не едал...

Замело Заречье и Зарядье:
Город весь — как в праздничной парче.
Вынимает милая оладьи
Из печи волшебной СВЧ.
И хоть я с утра еще не евши,
Подожду, пока им остывать,
Посижу я мужем постаревшим,
Вспоминая бабушку и мать.
И жене скажу:
«Небесной манны —
Вкус твоих оладий и блинов!»
Учит жизнь без бабушки, без мамы —
И боюсь я траурных обнов...

НА СБОРЫ

Горел кипрей и пахла мята,
Кувшинка в озере цвела.
Повестку из военкомата
В деревню мама привезла.

И в отпускные, расписные
Окошки бабкиной избы
Проникли возгласы стальные
Солдат скликающей трубы.

Прощай, души моей столица —
Деревня милая моя!
В родные вглядываюсь лица,
Их не печалиться моля.

Но бабка лезет в дальний ящик,
Выкапывает из газет
И дарит мне
(Я ж не курящий!)
Расшитый дедовский кисет.

А мама плачет.
Столько боли
В глазах тревожных,
Что на миг
Представил: еду не на сборы —
В огонь и смерть сороковых!..

РЕКА ВОРОНКА

Собиралось воронье
Лютых орд над берегами —
Побережие твое
Осыпалось под ногами.

Выпивали всю до дна,
На Москву идя войною.
Стала мутной,
Вороною
Родниковая волна...

Но потом, храня Москву,
Били тульские пищали —
Русским рекам возвращали
Чистоту и синеву.

И уставшие в бою,
Утомившись от погони,
Пили витязи и кони
Воду сладкую твою.

БАБУШКАМИ КРЕЩЕНЫ

Дети канувшей страны,
Беспощадной и могучей,
Бабушками крещены
Тайно мы —
На всякий случай.

Но крещенью своему
Не придавшие значенья,
До сих пор идем сквозь тьму,
Роковые увлеченья.

И на минном поле мук —
Бесшабашно чистим перья...
Долго как нам сходит с рук
Наше гордое неверье!

Долго как вопрос ребром
Нам не ставят: либо — либо, —
Только чудом и добром
Наставляя терпеливо!

Не предъявлен счет еще
Страшной смерти неминучей:
Все же бабушкой крещен
Каждый был —
На всякий случай...

ПСАЛТЫРЬ

Над могилой ива и калина,
Грустные, склоняются в мольбе.
Бабушка моя, Екатерина,
Царствие Небесное тебе.

Скольких отчитала ты, отпела,
Так же вот, склоняясь и скорбя!
Твой псалтырь лежит теперь без дела —
Нету ученицы у тебя.

Горькое торжественное пенье
Непрерывно с ночи до утра
Требует особого терпенья —
Не смогли ни мама, ни сестра.

Видимо, не каждому по силам,
Чтя благословенья благодать,
Все равно: богатым или сирым —
Сопереживать и сострадать.

Ты ж слезу скупую вышибала,
Хрупкая, склоняясь к образам,
У такого грозного амбала,
Что давно не верит и слезам.

И с тобою пела и рыдала
Вся родня печальная подчас.
А ведь ты усопшего видала
В первый раз
Да и в последний раз... 

Избранные смотрят, как с вершины,
В наши души, полные страстей, —
Ведь не зря же ездили машины
За тобой из дальних областей.

До сих пор тебя не забывают
Люди и Природа:
До зимы
Над тобою птицы распевают
Нежные хвалебные псалмы.

Над могилой ива и калина,
Грустные, склоняются в мольбе.
Бабушка моя, Екатерина,
Царствие Небесное тебе!

СВЯТОГОРСКИЙ МОНАСТЫРЬ

Я будто бы распаханный пустырь,
Засеянный и гордостью, и горем, —
Михайловское, Пушкинские Горы,
Скорбящий Святогорский монастырь.

Не в мае — в середине января
Я чувствую живительные всходы,
И по сердцу мне долгие походы:
Хожу, хожу вблизи монастыря.

Наверное, такою же зимой,
Когда трещал морозище январский,
Поэта голос нежный и бунтарский
Умолк, шепнув предсмертное: «Домой...»

Домой! Домой — в сосновые края,
В озерные, в болотистые долы!
На свете нет желанней этой доли
С тобой быть вместе, родина моя. 

Земля — везде земля, но ведь не зря
Его сюда из Петербурга мчали,
Не зря весь мир склоняется в печали
У стен святых его монастыря.

 

 

 

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Поэзия «Души моей столица»


культурно-просветительский
общественно-политический
литературно-художественный
электронный журнал
г. Санкт-Петербург
г. Москва