Гуськова Е. Ю. (Москва)

Косовский театр дипломатических действий и Россия

   Русское «нет» в Совете Безопасности

2007 год стал переломным в череде кризисных явлений на Балканах, в русско-сербских и российско-европейских отношениях. Связано это было с тем, что Россия в предыдущие годы не имела своей самостоятельной политики на балканском направлении, а тут неожиданно в Совете Безопасности воспротивилась независимости Косова, не поддержала план Марти Ахтисаари, фактически готовивший край к независимости, сорвала голосование по резолюции, предложенной США.

Весь мир с вниманием следил за неожиданным для многих противостоянием России и ведущих стран по, казалось, уже решенному вопросу независимости южного сербского края. Только чувства у всех были разными. У россиян — гордость за свою страну, которая начала отстаивать объективность в международных отношениях, у сербов — надежда, что прекратится, наконец, семнадцатилетняя травля, а у иных — горестные: впервые за последние два десятилетия в балканском театре роли читаются не по написанному в Вашингтоне сценарию. Пришлось прервать спектакль, начать уговаривать строптивых русских актеров, а затем задуматься, как по-другому сыграть концовку.

Что именно так раздражало Запад в сложившейся ситуации? Для тех, кто внимательно следил за событиями на территории бывшей Югославии, ответить на этот вопрос не трудно. Все годы кризиса принципы международного права в регионе нарушались постоянно, достижение компромисса носило односторонний характер и предполагало уступки только одной, сербской, стороны. Причем все, кто урегулировал кризис, решали вопросы единодушно: как правило, единогласно голосовали за предложения по предоставлению независимости республикам СФРЮ, введению санкций против Сербии и Черногории, их наказанию вплоть до нанесения бомбовых ударов (1994, 1995, 1999), по разделу Боснии и Герцеговины, по очернению и осуждению сербов, по участию НАТО в урегулировании и т. д. В 2007 г. Россия нашла в себе силы понять, что решение косовской проблемы, предложенное международными организациями и НАТО, продолжает традиции предшествующего периода, когда резолюции навязывались, выдвигались ультиматумы, отвергалась возможность доработать текст соглашения, имитировалась отчаянная нехватка времени или ставились жесткие сроки принятия решений (как при введении санкций, при переговорах в Дейтоне, Рамбуйе и т. д.). Если уступить в Косове, то такая практика вскоре станет нормой. Именно поэтому Россия заняла более жесткую позицию, возражая против навязывания решения и выступая за продолжение переговорного процесса.

 

В чем суть проблемы в Косове?

Обратим внимание на то, что косовская проблема — многослойная, вбирающая в себя несколько сложных составляющих, каждая из которых требует теоретического и практического разрешения. Но одновременно косовский узел отражает противоречие интересов международных субъектов, приобщенных к этому конфликту.

Во-первых, по проблеме Косова на пост-югославском пространстве столкнулись две линии возможного решения этнополитических конфликтов: путем мирных переговоров и путем применения военной силы.

Во-вторых, Косово отразило колебание мирового сообщества между невозможностью вмешательства во внутренние дела суверенных стран и политическими установками США на беспрепятственное употребление силы в любой точке планеты.

В-третьих, косовская проблема отразила тянущийся из БиГ и Хорватии шлейф необъективного отношения к конфликтующим сторонам, политики двойных стандартов, когда всегда и во всем, независимо от обстоятельств, виновной объявлялась только одна сторона.

В-четвертых, именно в Косове в очередной раз проявляется противоречие, заложенное в международном праве, между правом нации на самоопределение и нерушимостью государственных границ.

Как историк не могу не напомнить исторической подоплеки проблемы, которая во многом разъясняет суть происходящего в этой горячей точке. Конфликт в Косове и Метохии является самым длительным очагом напряженности в современном кризисе на территории бывшей Югославии. В 2000 г. в результате выступлений албанских экстремистов он перекинулся на юг Сербии, в 2001 г. — на Македонию. Предсказуемы столкновения на национальной почве и в Черногории. В центре этих конфликтов стоит длительная борьба албанцев за самостоятельность и территориальную независимость, за объединение всех территорий с большинством албанского населения.

Почему бы Сербии не отдать Косово? Ведь большинство населения края составляют албанцы, которые уже больше века стремятся создать единое албанское государство, вечно доставляют сербам проблемы, а последние двадцать лет не расстаются с оружием? Попробуем объяснить.

В конце XII — начале XIII вв. эти земли входили в состав сербского государства династии Неманичей, были заселены исключительно сербами и являлись колыбелью сербской государственности. Название этих областей произошло от сербских слов «кос» — «дрозд» и «метох» — «церковное имение». И именно здесь, на Косово-поле (Поле дроздов), в 1389 г. произошел бой сербов с турками, бой, который ученые считают одной из важных вех европейской истории. Он открыл Османскому царству дорогу в Европу, положил начало многовековому завоеванию Балкан и рабству славянских народов. Сербы понесли огромные потери, но сражались стойко. Их героизм и мужество помнит история.

Идеалы Косова воспитывали героев, поддерживали дух независимости, ратоборства. Сербы первые на Балканах в начале позапрошлого века подняли восстание против турок и добились с помощью России независимости. Американцам, которые сегодня заявляют о своих интересах на Балканах, трудно понять, что сербский народ оказался воспитанным на исторических традициях, которые приобрели облик мифологической доминанты в сознании многих поколений сербов. Среди них: гордость, героизм, патриотизм, понимаемый как необходимость умереть за Родину, чувство славянского и православного братства, сознание жертвенности сербского народа, готового на все ради других славянских соплеменников. И в центре этих ценностей — Косово-поле.

Нашествие турок на Балканы в XV в. заставляло сербов бежать из родных мест. Спасаясь от массовых злодеяний турецкого войска и албанских чет, часть сербов покидала родные места, другая принимала ислам. Укрепляя завоеванные территории, турецкие правители заселяли районы Косова мусульманским населением, преимущественно турками и албанцами из горных областей. К концу XIX в. уже половину населения Косова и Метохии составляли албанцы.

Вторая половина Х1Х в. отмечена ростом албанского национального движения и распространением идеи о создании организации, которая бы боролась за объединение всех албанских земель в одно автономное образование. Летом 1878 г. в знак протеста против намерений Берлинского конгресса передать ряд областей, населенных албанцами, Болгарии, Сербии, Черногории и Греции, возникла «Албанская лига за защиту прав албанского народа». Она получила название «Призренская» по косовскому городу, в котором 10 июня собрались делегаты-албанцы из разных краев, чтобы принять программу национальных целей албанского населения Османской империи. Организаторы Лиги стремились к тому, чтобы из всех территорий, на которых живут албанцы, в рамках Турецкого царства был создан один албанский вилайет, имеющий территориально-административную автономию. В документе было записано, что цель Лиги — «с оружием в руках бороться за защиту всей территории», выдворение иностранных войск с албанских земель. На собраниях Призренской лиги говорилось о существующей угрозе территориям, которые считались албанскими, принимались решения о сопротивлении возможному их расчленению, вторжению черногорских, сербских или греческих войск. Сформированные Лигой вооруженные отряды были призваны бороться за достижение поставленных целей вооруженным путем. В то время Европа считала, что албанская нация не существует, и использовала понятие «албанские земли» исключительно как географическое. Вскоре Лига порывает с турецким правительством и выдвигает требование автономии. Ее борьба за автономию в начале 80-х гг. XIX в. носила форму вооруженного сопротивления — активные боевые действия против турецких войск велись в Косовском, Дибрском вилайетах и в Македонии.

28 ноября 1912 г. на Национальной ассамблее представителей всех районов страны была провозглашена независимость Албании и сформировано временное правительство. Великие державы не могли обойти молчанием этот вопрос. Автономия Албании обсуждалась на специально созванном в середине декабря в Лондоне совещании послов и в конечном итоге была признана Лондонским мирным договором, заключенным 29 июля 1913 г. Согласно договору территория Косова и Метохии была поделена между Черногорией и Сербией. Факт передачи Сербии ряда областей, населенных албанцами, дал повод Албании предъявить территориальные претензии к Сербии, самим косовским албанцам Косова говорить об оккупации края Сербией, а всем вместе после 1918 г. начать борьбу за присоединение этих областей к Албании. Вопрос о воссоединении албанских земель всегда составлял важнейшее направление политики Албании.

С началом Второй мировой войны в результате расчленения югославского государства бóльшая часть Косова и Метохии, а также Западной Македонии вошли в созданную фашистской Италией Великую Албанию. Немецкие и итальянские войска население встречало как освободителей, так как надеялось с их помощью осуществить мечту о едином независимом албанском государстве.

Албанцы-экстремисты, работая на эту идею, активно осуществляли выдворение с территории края неалбанского населения. Мустафа Кроя, премьер-министр албанского марионеточного правительства, в июне 1942 г. открыто заявил, что «необходимо приложить усилия к тому, чтобы всех сербов-старожилов из Косова выгнать.., сослать в концентрационные лагеря в Албанию. А сербов-переселенцев надо убить». По данным американских спецслужб, с апреля 1941 до августа 1942 г. албанцы убили около 10 тыс. сербов. В Призрене в сентябре 1943 г. в присутствии представителей албанцев из Косова, Черногории, западной части Македонии и Новопазарского санджака под патронатом фашистской Германии была возрождена Призренская лига (Вторая). Эта патриотическая организация, приняв воззвание, ставила задачу объединения всех балканских территорий с большинством албанского населения.

За время войны территорию Косова, по разным данным, покинули от 100 до 200 тыс. сербов и черногорцев, а населили около 70–100 тыс. албанцев из Албании, которые так и остались в этих краях, используя благоприятную политическую обстановку в Югославии в 1944–1948 гг. Многочисленные манифестации албанского населения Косова, проходившие в 1945 г., выражали нежелание находиться в составе Сербии. И. Броз Тито пытался успокоить ситуацию, с одной стороны, заявлением о предполагаемом вхождении Косова в состав Албании, а, с другой — освобождением албанцев от ответственности за преступления против сербского населения, совершенные во время войны. Весной 1945 г. он говорил албанцам Косова: «Мы знаем, что вы пошли в немецкую армию, что вы боролись против нас, но это не значит, что мы призываем вас к ответственности. Мы знаем, что вы были обмануты, что не все из вас убийцы и преступники, что 90 % из вас заблуждались, и что сейчас настало наше время вам помочь, объяснить, чего мы хотим. Мы не хотим, чтобы албанцы в Косове были людьми второго или третьего сорта. Мы хотим, чтобы у вас были свои права, равноправие, был свой язык, свои учителя, чтобы вы ощущали себя в своей стране».

После образования ФНРЮ Косово и Метохия получили статус территориальной политической единицы. Каждое послевоенное десятилетие повышало статус Косова и приносило существенное расширение автономии — от Автономной области в составе Сербии в 1945 г. до Автономного края с широчайшими полномочиями, практически равноправного с республиками субъекта федерации, в 1974 г. Несмотря на это сепаратистская деятельность радикально настроенной части албанских группировок в Автономном крае Косово началась сразу после войны и не прекращалась ни на один день. Объединение с Албанией оставалось их главной целью. Они шли к этой цели все годы, шли упорно и настойчиво. Менялись средства и тактика, но цель была неизменной, и она не зависела от статуса края, от количества вкладываемых в его развитие денег, от уровня межнациональных отношений во всей федерации. Так и действовали по этапам: пропаганда национализма — в 50-е, демонстрации и провокации — в 60-е, вооруженная борьба — в 70-е, восстание — в начале 80-х, война за независимость — в конце 90-х. Подпольные организации в крае поддерживали албанские организации по всему миру

Пути поиска выхода из ситуации привели руководство Сербии к убеждению, что только централизация власти и упразднение ряда полномочий краевой администрации смогут нормализовать ситуацию. Скупщина Сербии в сентябре 1990 г. приняла новую Конституцию Сербии, которая была встречена «в штыки» в Косове, поскольку понижала (но не уничтожала) уровень автономии края. Албанцы же посчитали, что автономия края уничтожена. Это вызвало широкие демонстрации и стычки с полицией. В январе 1990 г. в демонстрациях уже участвовали около 40 тыс. албанцев. С этого времени выступления албанцев приобрели массовый характер. Распущенная скупщина на тайном заседании решила создавать «параллельные структуры власти» — подпольные парламент и правительство. Край фактически разделился на два общества — албанское и сербское. Каждое имело свою власть, свою экономику, свои просвещение и культуру. Постепенно создавались и вооруженные албанские формирования — Освободительная армия Косова (ОАК).

Суть проблемы в Косове состоит в столкновении интересов большинства албанского населения края, которые выражаются в стремлении отделиться от Сербии, создать свое национальное государство на Балканах, объединившись с Албанией, и интересов Республики Сербии, отстаивающей целостность своей территории.

Процесс интернационализации косовского вопроса начался в середине 90-х годов, когда в Дейтоне (ноябрь 1995 г.) снятие санкций с Югославии было обусловлено решением «вопроса Косова» и сотрудничеством с Гаагским трибуналом. В 1997 г. к решению «проблемы Косова» активно подключилось мировое сообщество в лице ООН, ОБСЕ, Контактной группы, руководства отдельных стран. Заявку на свое участие в урегулировании в Косове сделала и НАТО. Проводя акцию «принуждения к миру» в Боснии и Герцеговине, НАТО не встретила возражений ни от одной страны, и это дало ей уверенность в том, что изменение концепции ее роли в мире проходит успешно. Агрессия НАТО против Югославии в марте-июне 1999 г. оправдывалась заботой об обиженном албанском населении Косова и Метохии.

В результате бомбежек территории Югославии погибли 2 тыс. гражданских лиц, около 7 тыс. получили ранения, 30 % из них — дети. Бомбовые удары вызвали лавину беженцев из Косова, главным образом женщин и детей. По данным Управления верховного комиссара ООН по делам беженцев, 790 тыс. этнических албанцев, 100 тыс. сербов, а также цыгане, адыгейцы, мусульмане стали беженцами. 10 июня Совет Безопасности проголосовал за Резолюцию 1244, которая постановила, что в Косове будут развертываться международное гражданское присутствие и присутствие по безопасности с необходимым персоналом и снаряжением. Однако для неалбанского населения мира не настало. Боевики, не желавшие разоружаться, начали преследование сербов, вновь напомнили свою главную цель — создание этнически чистого края и отделение от Сербии.

В последующие месяцы ситуацию в Косове характеризовали повседневный террор, преступления, массовые нарушения прав человека и этническая чистка сербов, мусульман, цыган, горанцев, турок, египтян. Так называемая ОАК и другие вооруженные албанские банды не были разоружены и расформированы. Край был превращен в рекрутский центр террористов, базу организованной международной преступности, контрабанды наркотиков, оружия, работорговли и отмывания денег. За год присутствия миротворцев в Косове совершено 5 тыс. терактов, более чем 1 тыс. человек убиты и более 960 похищены, разрушены более 85 средневековых религиозных объектов и памятников истории и культуры.

В марте 2004 г. в Косове и Метохии произошло широкомасштабное выступление албанцев против сербского населения, в результате которого имелись убитые и сотни раненых. Именно так албанцы хотели поторопить международные организации с предоставлением краю независимости.

И международные организации поспешили. Они сделали все, чтобы в Косове и Метохии существовали самостоятельные, независимые от центра, то есть от Сербии, политические, судебные и административные системы. Были созданы своя визовая служба, новые косовские паспорта, номера на автомобилях. Оставалось только такое положение дел юридически закрепить.

 

«Независимое» Косово в борьбе за свой статус

Наши западные партнеры пытались найти другие способы признания независимости Косова в обход Совета Безопасности. Собственно, вариантов у них было не так уж много: попытаться уговорить Россию и Китай поддержать в Совете Безопасности решение о независимости края или сломить сопротивление Белграда, для чего использовать экономическое и политическое давление. Но Москва и Белград держались стойко, вопрос оставался открытым, процесс затягивался и грозил перерасти в долгоиграющую европейскую проблему. Тогда США решились поддержать самопровозглашение независимости Косова.

17 февраля 2008 г. Косово объявило свою независимость. США ожидали, что лавина признания нового государства странами мира сама по себе решит вопрос статуса края. Но этого не произошло.

Сербия осудила действия косовских властей и США, правительство приняло Постановление об аннулировании противоправных актов временных органов самоуправления в Косове и Метохии о провозглашении односторонней независимости. События в Косове разделили мировое сообщество на сторонников и противников этой акции. Россия была среди противников, США — среди сторонников. Ситуация осложнялась тем, что Генеральный Секретарь ООН занял невыразительную позицию, что видно из его выступлений в ООН. Точка зрения России обозначилась четко. Документы 2009 г. показывают, что Министерство иностранных дел РФ и министр С. В. Лавров поддержали Сербию в ее решении бороться против отделения края. По мнению С. В. Лаврова, «одностороннее провозглашение независимости этого сербского края создает все новые проблемы как в самом Косове, так и вокруг него. Сегодня мы наблюдаем, как искусственно нагнетается отчужденность между косовскими албанцами и сербами, которые категорически не приемлют насильственной интеграции в это квазинезависимое государство. В результате установление доверия между сторонами становится все более и более сложной задачей. И Россия, и Сербия озабочены попытками разрушить форматы международного присутствия в Косове, поскольку якобы эти форматы не отвечают современным реалиям. Мы видим за этими попытками стремление легализовать структуру, которая... содействовала бы суверенизации незаконно провозглашенного образования».

Без санкции Совета Безопасности 9 декабря 2008 г. Миссия по установлению законности и порядка в Косове (EULEX) начала развертывание своих структур на всей территории Косова и Метохии. К EULEX переходила бóльшая часть функций Миссии ООН в Косове (МООНК), которая управляла этой южной сербской провинцией с 1999 г. Сотрудники EULEX — 1900 международных чиновников и 1100 местных специалистов — должны были установить контроль над косовской полицией, судами и таможенной службой. Задача миссии — готовить край к независимости, научить албанцев европейским нормам функционирования юридической, экономической и политической систем, помочь создавать министерства, ведомства и административные службы. Белград активно возражал против этого шага, исходя из того, что одобрение планов развертывания EULEX «означало бы согласие с независимостью Косова». Знаком протеста Белграда стал сбор подписей под петицией против развертывания миссии.

Генеральный секретарь ООН поддержал развертывание миссии ЕС, даже нашел этому серьезные оправдания. Выступая в Совете Безопасности, Пан Ги Мун подчеркивал, что после принятия Приштиной Конституции в июне 2008 г. «новые власти стремятся взять на себя полномочия, возложенные на Специального представителя Генерального секретаря». Россия такую позицию ГС не поддержала. В. И. Чуркин обратил внимание членов СБ на то, что резолюция 1244 (1999) «сохраняет свою силу в полном объеме. В соответствии с ней Специальный представитель Генерального секретаря и возглавляемая им миссия Организации Объединенных Наций в Косове должны продолжать осуществлять возложенные на них функции и обязанности по временному управлению Косовом...». А развертывание Миссии Евросоюза в области верховенства закона и учреждение Международной руководящей группы Москва посчитала противоправными, поскольку они начаты без требуемой санкции со стороны Совета Безопасности Организации Объединенных Наций. Это идет вразрез с резолюцией 1244 (1999) и согласованными принципами косовского урегулирования.

В. И. Чуркин был тверд, критиковал деятельность международных чиновников, однако на этот раз Белград уступил международному давлению. Стремясь присоединиться к ЕС, руководство страны готово было идти на любые уступки, в том числе и по Косову. И в середине октября 2008 г. официальный Белград согласился одобрить размещение Миссии EULEX в крае. Россия, поддерживая решения Белграда, не стала возражать против нового европейского плана.

 

Закулисье мировой дипломатии

Депеши американских посольских чинов, опубликованные на сайте Викиликс, позволили узнать тайны американской дипломатии и их скрытую работу по давлению на президента Сербии с целью узаконить независимость Косова и Метохии.

Недавно в Белграде появилась книга Николы Врзича «Тайны белградских депеш»1, в которой собраны опубликованные на Викиликсе документы американской дипломатии 2006–2010 гг., касающиеся Сербии. Вывод автора печален: материалы показывают, что руководство страны (исключение составляет тогдашний премьер-министр Воислав Коштуница) и дипломатия лгали своему народу годами. Он называет свою книгу «сагой о лжи, предательстве и бесчестии».

Из депеш видно, что план независимости Косова уже давно был начертан в Вашингтоне, и во всех приватных разговорах американцы подчеркивали, что Косово все равно будет независимым, а «от сербов ожидают, чтобы они это как можно легче проглотили, не мешали и были бы конструктивны».

Видя, что сербы с трудом продвигаются в направлении полного отказа от Косова, американцы разработали план под скучным названием «Стратегия К-1». О нем ничего не было известно, пока депеши американских дипломатов не стали достоянием общественности. Цель плана — заставить Белград признать Косово и сделать это мирно без потрясений и серьезных последствий. Стратегия включала в себя четыре этапа.

На первом США должны были помочь прийти к власти в Сербии «демократическому» руководству (на выборах в январе 2007 г.), которое признает независимость края. Вашингтон рекомендовал в предвыборной кампании упирать на реалистическую политику в отношении Косова.Ставка делалась также на молодежь: для них проводились концерты, дискуссии, семинары, интернет-презентации. Их звали голосовать за будущее, за демократию. Деньги на поддержку Демократической партии шли из неправительственных организаций, гуманитарных фондов, западных посольств и т. д.

На втором этапе задачей становилось «управление последствиями» отторжения Косова, что означало убедить общество в неизбежности потери. Для этого рекомендовалось активное использование СМИ, которые должны заполниться позитивными статьями о светлом будущем, о решении насущных жизненных вопросов. Поскольку США и их политика не очень популярны в Сербии, «Стратегия» предполагала, что убеждать сербов должны не иностранцы, а «прогрессивные» сербы, что и было сделано. О том, что Косово потеряно, говорили писательница Биляна Срблянович, политики Вук драшкович, Чедомир Йованович и др.

На третьем этапе предполагалось задобрить Сербию рядом денежных дотаций и широко обсудить в обществе, как улучшить жизнь с их помощью. В общей сложности планировалось Сербии предоставить около 60 млн долларов (из них более 20 млн — для Санджака и южных областей Сербии, 1 млн — для Дома молодежи).

Четвертый этап должен ориентировать Сербию на будущее (евроатлантические интеграции), а не на прошлое (Косово). Как пишет автор книги, «и отдали мы прошлое за будущее», причем бесперспективное. Судя по депешам, еще в начале 2006 г. и американцы, и европейцы знали, что ЕС не может в обозримом будущем предложить Сербии вступить в Евросоюз. Ангела Меркель открыто сказала Б. Тадичу еще в ноябре 2006 г., что Сербии придется ждать решения не меньше 10 лет. А Михаел Флугер из немецкого МИД извещал США, что Германия «не желает видеть» Сербию в ЕС.

Из депеш видно, как Б. Тадич постепенно от «нет» независимости Косову перешел к готовности признать сей факт. На этом пути были и его отчеты американскому посольству о совещаниях, и присоединение к программе НАТО, Партнерство во имя мира, и принятие миссии HULEX в Косове, и согласие с планом Пан Ги Муна по Косову из 6 пунктов, а также согласие на новый переговорный процесс. Депеши открывают, что президента крайне волновала собственная политическая карьера, ведь в случае признания Косова избиратель повернется к нему спиной. Более того, он боялся судьбы убитого премьер-министра З. Джинджича. Надеялся президент в такой ситуации только на западных партнеров, обещавших ему поддержку в ответ на отказ от Косова.

Складывалось впечатление, что президент затеял двойную игру: американцам обещал уступки в отношении Косова, а в стране и на международных трибунах отстаивал территориальную целостность своей страны. Более того, в Белграде был разработан даже тайный план действий сербского правительства в случае провозглашения Косовом независимости. Однако американская дипломатия работала в Сербии и с другими чиновниками. Будущий шеф переговорной группы по Косову, политический директор Министерства иностранных дел Борко Стефанович, как сообщает депеша от 10 декабря 2007 г., передал американцам детали того плана, о котором знал лишь узкий круг лиц.

Депеши показывают также, как американцы работали с политическими партиями, пытаясь влиять на выстраивание политической системы, с церковниками, имея среди них явных симпатизеров (Ириней Добриевич, епископ Теодосий), как открыто поддерживали муфтия Санджака Зукерлича.

Как отмечается в дипломатической переписке, после провозглашения независимости Косова в феврале 2008 г. Б. Тадич и его министры вынуждены были выразить свое негодование албанцам, американцам и тем странам, которые признали Косово самостоятельным государством. Однако американские чиновники расценили эти действия как спектакль, который разыгрывала сербская политическая элита, чтобы привлечь голоса избирателей на очередных выборах.

Американские дипломатические документы отражают недовольство США позицией Сербии, решение усилить давление на Белград, запугать отсрочкой европейских перспектив страны. Белграду рекомендуют предпринять дальнейшие шаги для нормализации отношений с Косовом. Откровенное «Сербия должна признать Косово, если хочет вступить в ЕС» уже стало главным лейтмотивом всех дипломатических разговоров с руководством Сербии. Судя по всему, Белград начал выполнять именно это указание ведущих европейских держав. Его позиция в последних событиях на границе Косова — это полная незаинтересованность решить конфликт в пользу сербов этого автономного сербского края.

Позиция Москвы по вопросу Косова твердая. И она останется таковой, пока не изменится точка зрения Белграда. Думается, Сербия сама вольна распоряжаться своими территориями — продавать, менять или... дарить. Однако делать это должны не власти, временно находящиеся у руля, а народ, веками боровшийся за единство сербских территорий.

2012 г.

 

1 Врзић Н. Викиликс: Тајне београдских депеша. Београд: Наш печат: Фонд Слободан Јовановић, 2011. С. 138.

 

 

Шаблоны joomla скачать здесь