Вавилов А. И. (Москва)

Новые лики терроризма

ТЯЖКОЕ НАСЛЕДИЕ ПРОШЛОГО

К приходу в начале 2009 г. в Белый дом Б. Обамы со «всемирной антитеррористической борьбой», поднятой на щит его предшественником, явно не ладилось. На волне всеобщего неприятия терроризма после чудовищных терактов 11 сентября 2001 г. администрация Дж. Буша присвоила себе право по собственному разумению решать, «кого казнить, а кого миловать» на мировой арене. Под флагом борьбы с международным терроризмом были нанесены удары по талибам в Афганистане и режиму С. Хусейна в Ираке.

Их результаты общеизвестны: влияние талибов не только сохранилось, но и расширилось, а вместо диктаторского режима ненавистного С. Хусейна в Ираке началась война «всех против всех», конца которой не видно. Кроме того, в страну «для защиты суннитов от шиитов» и борьбы с господством «великого шайтана» — Америки пожаловала «Аль-Каида». Как отмечал посол России в Афганистане З. Кабулов, действия боевиков в Ираке, наносившие серьезный урон оккупационным войскам, в свою очередь воодушевили талибов на наращивание своей подрывной активности («Независимая газета», 28.07.08).

Впопыхах начатая США «всемирная антитеррористическая кампания» после авиатаранов 2001 г. привела к серьезному разладу в их отношениях с исламским миром. Неслучайно под занавес администрация Дж. Буша приняла решение воздерживаться от официального употребления в отношении экстремистов таких поначалу не до конца осознанных и продуманных ею терминов, как «шагид» и «муджахид», имеющих для мусульман сакральное значение (The Washington Post, 12.05.08).

Уходя на покой, Дж. Буш в качестве своего едва ли не единственного «достижения» привел отсутствие прямых террористических атак на Америку после 11 сентября 2001 г. (Arab News, 17.01.09). Выходит, все жертвы и разрушения, понесенные «демократизируемым» миром, в том числе и арабскими странами, за восемь лет его правления были подчинены достижению этой по сути эгоистической цели одного единственного государства — Соединенных Штатов.

Да и достигнута ли она на самом деле? Террористическая угроза, как признают и новые, и старые руководители США, далеко не снята с повестки дня международной жизни. Напротив, силовые действия Вашингтона под командой Буша привели к появлению новых террористических очагов, о чем неоднократно предупреждала Россия.

Американские методы унилатерализма и силового давления, продиктованные политическим эгоизмом и опробованные прежде всего на Ближнем Востоке, принесли без преувеличения плачевные результаты.

По данным госдепа США, в 2005 г. в мире произошло 11 157 терактов, жертвами которых стали 74 280 человек, в 2008 г. их было уже 11 770, когда пострадало 54 747 человек. Расширяется их география, совершенствуются методы и способы осуществления. Сбывается устрашающее предсказание Усамы бен Ладена о том, что противоборство Востока и Запада будет длиться десятилетия (www.mgimo.ru, 17.09.09).

Опыт показывает: ближневосточные проблемы, как и общемировые, требуют коллективных подходов и усилий всех заинтересованных сторон, за что с принципиальной твердостью и выступает Россия.

Как констатировал, выступая в марте 2010 г. в одном из подкомитетов палаты представителей конгресса США, директор ФБР Р. Мюллер, если до сентябрьских атак 2001 г. «угроза «Аль-Каиды» в основном исходила из Афганистана и близлежащих к нему районов, то теперь сотрудники спецслужб США отмечают ее рост в Сомали и Йемене, а также в других местах» (The Christian Science Monitor, 17.03.10).

Саудовские власти, к примеру, в том же марте 2010 г. объявили о задержании в результате пятимесячной операции 113 боевиков «Аль-Каиды» (в том числе двух групп смертников), планировавших диверсии на объектах нефтяной промышленности и служб безопасности в Восточной провинции королевства. В ходе расследований были выявлены их связи по Интернету с филиалами этой организации в Йемене, Сомали, Эритрее и даже Бангладеш (The New York Times, 25.03.10). К середине 2010 г. в королевстве было предотвращено 220 покушений на теракты, при этом вдохновительницей и организатором многих из них была арестованная активистка «Аль-Каиды» Х. Аль Кусейир, получившая известность своими проповедями еще в период обучения в одном из саудовских университетов (Arab News, 07.06.10).

Тревоги добавил и опубликованный в апреле текущего года доклад «Института Т. Мора для европейских исследований», согласно которому действия филиалов «Аль-Каиды» все более явственно имели тенденцию к распространению на юг Африканского континента, охватывая Сенегал, Нигер, Мали и другие «проблемные» государства (Asharq Alawsat, далее: А. А, 12.04.10).

Таким образом, слухи о смерти этой организации, появившиеся было в западных СМИ, оказались, как по М. Твену, «сильно преувеличенными» (The Washington Post, 22.03.10). Подтверждая это суждение, глава объединенного комитета начальников штабов адмирал М. Маллен откровенно признался в июне 2010 г., что в ходе поездки по региону «был поражен степенью слияния «Аль-Каиды» с талибами и другими террористическими группировками». Такую оценку разделил и руководитель национального антитеррористического центра США полковник М. Лейтер (The New York Times, 01.07.10).

Администрация Б. Обамы отдает себе отчет в этом тревожном феномене и считает борьбу с международным терроризмом и транснациональной преступностью с привлечением местных сил одним из главных своих приоритетов в сфере обеспечения национальной безопасности.

Такое взаимодействие можно было бы прогнозировать при установлении между США и их союзниками в исламском мире достаточно высокой степени доверия. А вот его-то на фоне предвзятой и однобокой политики Вашингтона, прежде всего на ближневосточной арене, добиться было весьма непросто.

Поэтому разведсообщество США реалистично оценивает результативность антитеррористической борьбы на ближайшие 20 лет как весьма скептические. Основанием для безрадостного прогноза служат весьма неясные перспективы экономического и политического развития ближневосточных стран, которые стали еще более туманными после вмешательства в дела региона американцев и их союзников. Это позволило главному разведчику США сделать тревожный вывод о том, что условия жизни там «будут и дальше способствовать росту радикализма и вербовке молодежи в террористические группировки». По его предположению, через 15–20 лет известные террористические организации сменятся новыми, которые, однако, «унаследуют организационные структуры ныне существующих, механизмы управления и координации действий, а также систему подготовки, необходимые для осуществления тщательно разработанных терактов» (ИТАР-ТАСС, 01.11.08).

Добавим к этому обоснованному заключению: как мы увидим ниже, террористические ячейки не только «наследуют» уже имеющиеся наработки своих предшественников, но и весьма существенно совершенствуют и модернизируют их, приспосабливаясь к динамично развивающейся обстановке в отдельных странах и по всему миру. «Аль-Каида» все в большей мере оправдывает свое арабское название, выступая лишь в качестве базы для разработки идеологических основ и направлений главных ударов по уязвимым местам Запада, а исполнители получают все больший простор для своей инициативы и творчества в осуществлении полученных через Интернет директив в виде фетв и проповедей. Дробление террористических сетей, их «фрагментация» делает распознание замыслов экстремистов все более трудным делом.

Поучительно в этой связи заявление недавнего главы Центрального командования (Сентком) США (охватывает 20 стран Большого Ближнего Востока), командующего коалиционных войск в Афганистане генерала Д. Петреуса, который на основе своего многотрудного опыта заявил в интервью компании MSNBC, что одними контртеррористическими операциями терроризм победить нельзя. Нужны целенаправленные и многовекторные действия целых государств (MSNBC, 07.05.09). Как справедливо отмечалось в том же докладе «Института Т. Мора», для снижения уровня террористической опасности в странах третьего мира было необходимо «вселить в его молодое поколение веру и надежду на социальную справедливость и успех» (А. А., 12.04.10). А вот этого как раз американцы из-за своего унилатерализма и чрезмерной самонадеянности не могли, да и не хотели добиваться.

К началу 2010 г. прогнозы национальной разведки США приобрели еще более тревожный характер: по ее данным, «Аль-Каида» с союзниками готовились к осуществлению новых крупномасштабных терактов на американской материковой территории в течение предстоявших шести месяцев. Директор ЦРУ Л. Панетта указал на изменение тактики террористов, которые стали все больше привлекать к сотрудничеству лиц, ранее не замешанных в подрывной деятельности и имевших «чистые» документы, в том числе и оформленные в США. В одном Йемене, к примеру, «для изучения арабского языка» находилось около 3 тыс. натурализованных граждан США, многие из которых, по признанию директора ФБР, вполне «могли быть использованы для засылки в Соединенные Штаты для осуществления терактов» (The Christian Science Monitor, 17.03.10).

Такая модернизация имела для террористов и их пособников немалые экономические преимущества, позволяя меньше тратиться на подрывные акции.

 

НОВАЯ ПОРОСЛЬ

К началу президентства Б. Обамы относится появление на мировом террористическом поле новых ядовитых всходов — террористов-одиночек, часто действующих самостийно, хотя и не без влияния экстремистской пропаганды. Радикальный ислам становится лишь идеологическим прикрытием для их разнонаправленной подрывной деятельности.

Нередко являясь неплохо образованными и обеспеченными гражданами западных государств и хорошо зная «правила игры» в них, эти элементы практически не различимы для соответствующих спецслужб.

Много шума, к примеру, в марте 2010 г. наделало судебное разбирательство с коренной американкой К. Лароуз, ставшей под влиянием исламистской пропаганды мусульманкой и взявшей боевой псевдоним Джейн Джихад (Священная война). С пятью сообщниками она вербовала через Интернет потенциальных шагидов для участия в джихаде. В августе 2009 г. «шагидка» выезжала в Западную Европу, чтобы подготовить отмщение шведскому художнику — автору разошедшейся по миру и вызвавшей вселенский скандал карикатуры, оскорблявшей пророка Мухаммеда. Большие надежды в плане конспирации она возлагала не только на американский паспорт, но и на свою «немусульманскую внешность» — светлые волосы и голубые глаза («Независимая газета», 19.03.10).

К разряду «весьма опасных индивидуальных инициатив» министр внутренней безопасности США Дж. Наполитано отнесла попытку этнического пакистанца, получившего годом ранее гражданство США, финансового аналитика (!) Ф. Шахзада (кстати, как выяснилось в ходе следствия, активного завсегдатая исламистских сайтов в Интернете) взорвать в начале мая 2010 г. начиненный примитивной взрывчаткой внедорожник на одной из самых оживленных улиц Нью-Йорка — Таймс-сквер (The Times, 03.05.10). Взрыв не произошел по счастливой случайности: уличный торговец майками вовремя углядел дым из автомашины. Свою роль сыграла и спешная (всего за 5 дней) подготовка пакистанскими талибами новоявленного террориста. Самого его удалось задержать только на борту самолета, готовившегося взять курс на Дубай. Хотя его имя уже фигурировало в списке пассажиров, подозревавшихся в связях с террористами, ему преспокойно удалось пройти паспортный контроль (The New York Times, 23.06.10).

О нарастании угрозы индивидуального террора в США свидетельствовала и статистика: если в 2002–2008 гг. обвинения в такой подрывной деятельности были предъявлены 81 американцу, то только в одном 2009 г. — 42 (The Washington Post, 24.06.10).

Да и в Европе накапливается все больший взрывоопасный потенциал из доморощенных молодых, слабо образованных и во многом далеких от религиозных высот радикалов, которые уже «на месте» и готовы к бою, движимые обидой и социальным протестом. Для развертывания подрывной деятельности им не нужны паспорта и визы, а также транспортные расходы. Им нужно лишь, да и то не всегда, посоветовать, куда побольнее ударить этих «зажравшихся богачей». Именно эти «одинокие волки», получившие ускоренную подготовку и инструкции по Интернету, осуществили смертоносные удары в Мадриде (2004 г.), Лондоне (2005 г.) и Глазго (2007 г.) (The Washington Post, 08.06.08). Дальше еще опаснее: в середине октября 2009 г. спецслужбы засекли в Интернете сотрудника (алжирского происхождения) Европейского центра ядерных исследований в Швейцарии, который признался в связях с «Аль-Каидой», планировавшей диверсию на одном из ядерных объектов (РТР, 12.10.09).

Как наглядно показывает опыт Великобритании, Нидерландов, Франции и многих других западноевропейских стран, ряды экстремистов ежедневно и ежечасно пополняются за счет плохо устроившейся и потому недовольной иммигрантской молодежи, которая не находит себе желаемого и достойного места в благополучном и закрытом для чужаков западном обществе, заинтересованном в ней  и вынужденном (в силу низкой рождаемости среди европейского населения) привлекать ее лишь на непрестижную, неквалифицированную, а следовательно, и малооплачиваемую работу. В последние годы страны ЕС пытаются как-то ограничить и поставить под контроль захлестывающую Запад иммигрантскую волну, однако потребности экономики оказываются сильнее.

В поисках смысла жизни, славы, романтики и приключений молодые люди из бедных иммигрантских семей легко поддаются на демагогические призывы «отомстить Западу за притеснения мусульман, дать достойный ответ на крестовый поход неверных против Ислама и пр.». А СМИ ежедневно в режиме on line подкрепляют подобные призывы богатым и часто визуальным, а следовательно, и наиболее убедительным фактическим материалом.

В силу такой опасной эволюции пополнение рядов «муджахедов» в Ираке, Афганистане, Пакистане и других горячих точках в последние годы все в большей мере идет и за счет притока добровольцев и часто смертников из западноевропейских стран, да и самих США, которые ради «борьбы за веру и справедливость» готовы платить посредникам немалые средства за нелегальный переход границ (The Philadelphia Inquirer, 29.10.08). Не иссякает и встречный поток добровольцев-«интернационалистов», прошедших «боевое крещение» в «горячих точках», в Западную Европу и по всему миру.

 

ПРОКОЛЫ СПЕЦСЛУЖБ

В ноябре 2009 г. вся Америка была потрясена бойней (13 убитых и более 40 раненых), устроенной не где-нибудь, а на техасской военной базе Форт-Худ, и не кем-нибудь, а психотерапевтом (!) палестинского происхождения М. Н. Хасаном 39 лет от роду, незадолго до того произведенным в майоры. Прокричав исламский клич «Аллах наивелик» («Аллагуль Акбар»), он в течение семи минут палил из пистолета по застигнутым врасплох и потому остолбеневшим сослуживцам, проходившим вакцинацию перед тем, как убыть к месту боевых действий (The New York Times, 16.11.09). Как установило следствие, такой импульсивный поступок до того вполне уравновешенного и законопослушного медика во многом объяснялся его нараставшим неприятием военных действий США в Ираке и Афганистане, умело направленным в нужное экстремистское русло видным проповедником «Аль-Каиды» 38-летним А. аль-Аулаки, американским гражданином, сыном бывшего министра сельского хозяйства Йемена.

Свою провоцирующую роль для М. Н. Хасана сыграли и откровенные (с врачом все-таки) беседы с прибывавшими из Ирака и Афганистана военнослужащими, направленными к нему на психиатрическую реабилитацию. Дело в том, что база Форт-Худ — крупнейший (53 тыс. военнослужащих) перевалочный пункт, через который проходят направляющиеся в Ирак и Афганистан подразделения и возвращающиеся оттуда (многие «тронувшиеся умом») ветераны. С 2003 г. на ней было совершено самое большое число самоубийств — более 75 (The Washington Post, 06.11.09). В целом 2009 г. стал печально рекордным по количеству суицидов в армейских рядах (свыше 140), совершенных, по мнению адмирала М. Маллена, главным образом из-за синдрома вовлеченности США в две войны — в Ираке и Афганистане (А. А., 19.11.09).

О воздействии этих бесед на нравы американских солдат красноречиво свидетельствовала вброшенная в апреле 2010 г. в Интернет военным разведчиком-аналитиком ВС США (!) Б. Мэннингом и наделавшая много шума по всему миру 38-минутная видеозапись. Она была сделана еще летом 2007 г. из кабины боевого американского вертолета «Апач» над одной из пригородных улиц Багдада (Die Welt, 12.04.10). На ней была запечатлена «боевая операция» двух вертолетов, гонявшихся за прохожими, у одного из которых пилоты углядели нечто похожее на гранатомет. В действительности подозрительный предмет оказался видеокамерой, а среди дюжины погибших — журналист агентства Рейтер и его помощник. Уложив и добив прохожих, экипажи, «на всякий случай», по согласованию с командным пунктом обрушили шквал огня бортовых пушек и на микроавтобус, подъехавший, чтобы забрать убитых и раненых. Особо шокирующее воздействие на зрителей оказали циничные реплики, издевательские смешки и замечания, которые отпускали нажимавшие на пусковые кнопки вертолетчики в адрес своих жертв, среди которых якобы «по вине кокнутых негодяев боевиков» оказалось и двое малолетних детей. Пилоты также злорадно смеялись, когда увидели, как прибывший на место «боестолкновения» американский броневик умышленно или ненароком раздавил оставшийся на улице труп (The New York Times, 06, 08.04.10).

Горькая правда резко контрастировала с героизированными образами американских «освободителей» в Ираке, выведенными в оскароносном фильме с претенциозным названием «Повелитель бури».

А за этой записью с помощью того же специалиста-разведчика в Интернете появились новые секретные документы и видео-зарисовки, касавшиеся теневых сторон войн в Ираке и Афганистане, которые вызвали шок в Пентагоне и госдепе и серьезные осложнения в отношениях США с зарубежными партнерами, в Пакистане и Афганистане в частности.

В случае с Н. Хасаном его начальники в свое время обратили внимание на возраставшую приверженность палестинца мусульманскому вероучению, за что тот подвергался насмешкам и издевательствам со стороны сослуживцев, особенно после терактов 11 сентября 2001 г. Для охлаждения его религиозного пыла ему вменили в обязанность посещать лекции по исламу и антитерроризму. Однако жуткие воспоминания побывавших в «горячих точках» не стыковывались с теоретическими построениями его наставников. Войны США в Ираке и Афганистане (куда ему в скором времени предстояло направиться) он стал воспринимать как «неправедные войны» не против терроризма, а против мусульман и еще больше укрепился в таком мнении в ходе общения со своим «духовником», все тем же А. аль-Аулаки. Спецслужбы своевременно засекли его подозрительные контакты и частые посещения исламистских сайтов, однако должного внимания им не уделили (The Washington Post, 16.11.09).

К еще одному серьезному проколу американских специалистов по антитеррору можно отнести симптоматичный случай с 23-летним нигерийцем У. Ф. Абд аль-Муталлабом — выпускником университетского колледжа в Лондоне, где он и был завербован «Аль-Каидой». Еще в студенческие годы он возглавил исламское общество в своем учебном заведении, организовывал конференции и семинары, в ходе которых весьма критически высказывался об американской «войне с террором», пытках в Гуантанамо и прочих эксцессах (London Times, 30.12.10).

Его активности спецслужбы Великобритании и США в свое время не уделили должного внимания. В Йемене, куда он отправился «изучать арабский язык», У. Ф. Абд аль-Муталлаб прошел ускоренную подготовку по минно-взрывному делу на одной из тренировочных баз «Аль-Каиды». При этом его наставниками были недавние узники американской тюрьмы в Гуантанамо, отправленные в Саудовскую Аравию на «перевоспитание» и затем беспрепятственно перекочевавшие в Йемен, чтобы опять взяться за свое (The New York Post, 30.12.2009). 25 декабря 2009 г. (день католического Рождества, видимо, был выбран намеренно) новоявленный «воин Аллаха» с американской визой в кармане и спрятанной в трусах взрывчаткой без труда прошел наземный контроль и оказался на борту переполненного аэробуса, следовавшего по маршруту Амстердам — Детройт. Когда лайнер пошел на посадку, он к вящему ужасу трех сотен пассажиров попытался активировать припасенную взрывчатку, которая, к счастью, из-за неисправности детонатора лишь загорелась.

После пленения изрядно обгоревшего горе-шагида «Аль-Каида» объявила, что попытка теракта была предпринята в отместку за удары американцев по ее базам в Йемене, и заявила «об успешном разрушении мифа о «непробиваемой безопасности» Америки» (на это, кстати, указывалось и после авиатаранов 11 сентября 2001 г.). В ходе следствия незадачливый террорист сообщил, что в Йемене была подготовлена целая группа смертников (около 20 человек) для атак на американские авиалайнеры (The London Times, 29.12.09). «Это лишь начало. Я преодолел ваши проверки, и вам нас не остановить», — самодовольно и угрожающе заявил А. аль-Муталлаб на одном из допросов (The Washington Times, 30.12.09). За такой поступок в своем очередном видеообращении сам У. бен Ладен назвал его «настоящим героем» («Независимая газета», 26.01.10).

Примечательно, что духовное напутствие на теракт аль-Муталлаб, по его горделивому признанию, получил от того же А. аль-Аулаки (The Washington Times, 30.12.09). Тот в свою очередь охотно признал факт их духовного общения и поддержал призыв йеменских богословов к правоверным Аравийского полуострова всеми силами противостоять нараставшему военному присутствию и вмешательству США.

Американцы попытались было через йеменские власти заполучить зловредного и, главное, весьма искусного проповедника, чтобы «поставить его на правеж». Ведь со своим прекрасным знанием английского он стал представлять все большую опасность и как «злобный агитатор и подстрекатель» для мусульман, живущих в США. Однако их попытка натолкнулась на категорический отказ вождей его племени Аулак в восточной провинции Шабва выдавать своих соплеменников чужеземцам, тем более «неверным» (The New York Times, 01.02.10). В ответ соплеменники проповедника поклялись защищать его «всеми возможными путями и средствами», а лидеры «Аль-Каиды» поспешили взять его под свою опеку (Le Monde, 16.05.10). Вскоре официальные власти Йемена, опасаясь обострения межплеменных отношений, объявили об удалении имени А. аль-Аулаки из списка разыскиваемых преступников (The Washington Times, 13.04.10), успокаивая американцев, что все равно его найдут и накажут, но за океан не отдадут (Arab News, 08.06.10).

 

ПОИСК КРАЙНИХ

В США и Западной Европе «рождественский подарок от «Аль-Каиды» вызвал настоящий переполох: удрученному Б. Обаме пришлось даже прервать семейный рождественский отпуск на Гавайях и дважды за три дня выступать с обращениями к населению, в которых он признал серьезные провалы спецслужб. Ведь имя несостоявшегося бомбиста было заблаговременно занесено в «черный список» ЦРУ (в нем и без него значилось более полумиллиона фигурантов!), хотя в более узком перечне «особо подозреваемых» из 9 тысяч потенциальных злоумышленников оно почему-то обнаружено не было. Позднее этому было найдено подходящее объяснение — он носил-де слишком длинное и трудное для латинской транскрипции имя, компьютер просто не смог его прочитать и дал сбой.

Нигерийцу без особого труда и вопросов удалось получить в Лондоне двухгодичную визу в США и анонимно приобрести в Гане билет на самолет за наличные 2800 долларов, что само по себе уже должно было насторожить спецслужбы, которые якобы задолго до того отслеживали его подозрительные контакты и дискуссии по Интернету. Тем более его отец, преуспевающий банкир, заблаговременно предупредил посольство США в Абудже о подозрительном исчезновении своего заблудшего отпрыска. Несмотря на обилие настораживавшей информации, никаких профилактических мер из-за бюрократических проволочек, несостыковок, да и прямого внутриведомственного соперничества принято не было (The New York Times, 29.12.09). Отбиваясь от настырных журналистов, министр внутренней безопасности США Дж. Наполитано запуталась в комментариях, признав в итоге серьезные недоработки своего ведомства (The New York Times, 30.12.09). Среди полутора десятков спецслужб США согласованности и слаженности в достижении общих целей, видимо, не хватило. Главе национальной разведки США Д. Блэру на фоне нараставшего скандала в мае 2010 г. ничего не оставалось, как отправиться в отставку. Вместо него Б. Обама назначил ветерана разведслужб генерала в отставке Дж. Клэппера (http://inosmi.ru/usa/20100607/160429959.html). На этом фоне обострилось извечное соперничество ЦРУ и военной разведки за доступ к «уху президента» (http://inosmi.ru/usa/20100527/160202557.html). Пока суд да дело, командующий Сенткомом генерал Д. Петреус распорядился расширить зарубежную деятельность военной разведки США, мягко сославшись на то, что сведения, добываемые ЦРУ, носят «скорее политический, а не военный характер» и для оперативного планирования боевых действий по всему миру не всегда подходят (VoANews, 26.05.10).

Уже задним числом на авиарейсах, следовавших в США, спешно пришлось вводить дополнительные, нередко забавные, меры безопасности: пассажирам, к примеру, за час до приземления запрещалось уединяться в туалетах, укрываться пледами и интересоваться местонахождением воздушного судна над американской территорией. Кроме того, был составлен список стран — «возможных спонсоров терроризма» (в большинстве своем арабских), граждане или поданные которых подлежали особо тщательному предполетному контролю и досмотру с применением, несмотря на возражения правозащитных организаций, «раздевающих догола» рентгеновских и иных мониторов (The London Times, 29.12.09). Такая дискриминация, разумеется, не могла не вызвать решительные протесты внесенных в эти проскрипционные списки стран.

 

НОВЫЕ АКЦЕНТЫ

Кровавый инцидент с Н. Хасаном наглядно продемонстрировал усиливавшуюся активность экстремистов-идеологов в безбрежном виртуальном пространстве мировых электронных информационных сетей. Неся ощутимые потери на «поле брани», экстремистские группировки все больший упор делают на кибертерроризм, на подстрекательство к подрывной деятельности через Всемирную паутину.

Воздействие интернет-общения на «неустойчивых граждан» США директор ФБР Р. Мюллер выделил в качестве нового опасного и трудно распознаваемого канала пополнения рядов радикалов-боевиков (The Christian Science Monitor, 17.03.10). По мнению аналитиков разведсообщества США, основной упор в своей деятельности международные террористические сети переносят c масштабных и демонстративных акций на подобие 11 сентября 2001 г. с длительной подготовкой и задействованием многочисленных исполнителей на мобильные мини-теракты «одиноких волков» — наскоро подготовленных одиночек, отслеживать которых становится все труднее. Для сравнения приводились следующие данные: если смертоносные авиатараны в Нью-Йорке У. бен Ладен и его подручные готовили два с половиной года, то вычислить по Интернету и подготовить исполнителя пусть неудачной, но напугавшей «рождественской акции» аль-Муталлаба его вдохновители из «Аль-Каиды» смогли за шесть недель (The Christian Science Monitor, 10.03.10).

Вот почему центр тяжести в вербовочно-пропагандистской работе идеологов «всемирного джихада» все в большей степени переносится с личных контактов в мечетях, кофейнях и тренировочных лагерях в виртуальное и слабо поддающееся контролю спецслужб пространство Интернета, открывая перед ними поистине бескрайнее поле деятельности. Неслучайно поэтому специалисты по пропаганде отмечают резкую активизацию в последние годы таких рупоров экстремистов, как медийные центры с романтическими и одновременно весьма емкими названиями «Ас-Сахаб» («Облака»), «Аль-Фаджр» («Рассвет») и десятков других. А материалов для их работы, мягко говоря, не всегда продуманная деятельность американцев и их союзников в отношении мусульманских народов дает каждый день предостаточно.

Для пущей убедительности руководители террористических организаций не чураются открытого диалога со всеми интересующимися их взглядами и целями. Второй человек в «Аль-Каиде» и ее главный идеолог египтянин А. аз-Завахири создал свой форум в Интернете и пригласил желающих без стеснения задавать ему любые вопросы. С декабря 2007 г. по июнь 2008 г. он получил их около 2 тысяч, на одну пятую из которых весьма подробно и аргументированно ответил. Пропагандисты этой организации каждые 3–4 дня размещают на своих сайтах новые видео- и аудиоматериалы на злобу дня. Уже в 2007 г. их число приблизилось к сотне, в пять раз превысив показатель 2005 г.

Американские спецслужбисты были вынуждены признать свои упущения в противостоянии информационно-пропагандистскому наступлению «Аль-Каиды» и других радикальных исламистских группировок, уровень и техническое оснащение которого ушли далеко вперед и оказались вне контроля соответствующих служб США, недооценивших его убедительности. Им, к примеру, так и не удалось обнаружить источник, из которого во Всемирной сети регулярно появлялись видеосюжеты, расходящиеся в миллионах копий, с обращениями У. бен Ладена и других вожаков «Аль-Каиды».

Американские специалисты по контрпропаганде оказались не в состоянии нейтрализовать и идеологическую аргументацию радикальных исламистов. «Просто обескураживает, — расстроенно сокрушался министр обороны США Р. Гейтс в ноябре 2007 г., — что «Аль-Каида» лучше, чем Америка, доносит свой мессидж по Интернету» (The Washington Post, 24.06.08). Попытки США осуществлять контрпропагандистские мероприятия без хорошего лингвистического обеспечения и знания особенностей местной психологии на фоне реальных действий западных союзников в Ираке и на Ближнем Востоке в целом легко сводились на нет глубоко законспирированными и хорошо оснащенными медиа-сетями «Аль-Каиды» и других террористических группировок, а также вполне легальными СМИ.

В противовес весьма популярной катарской «Аль-Джазире» американцы, к примеру, в 2004 г. затеяли телеканал «Аль-Хурра» («Свободный»), вложив в него к 2008 г. около 350 млн долларов. Программы этого детища американской пропаганды оказались для арабского зрителя скучными, а в ряде случаев и просто возмутительными. Однажды во время Пасхи ведущий додумался обратиться к мусульманам с приветствием «Христос воскресе»! Как объяснял такие накладки бывший редактор «Аль-Хурры» Я. Табт, «многие попросту не знали, что им нужно делать. Если в эфире случалось что-то, они отшучивались: мол, все равно нас никто не смотрит».

К серьезным политическим промахам канала можно отнести и эпизод с ликвидацией основателя Хамаса шейха А. Ясина точечным ударом израильской ракеты весной 2004 г. В знак протеста все арабские телеканалы прервали вещание, один «Аль-Хурра» продолжал работать, как ни в чем не бывало. После ряда других серьезных промахов телеканал заслужил репутацию «телевизора Буша» и в рейтинге арабских видео СМИ скатился на последнее место (The Washington Post, 23.06.08).

Малый эффект имела и запущенная в 2006 г. программа «информационного контакта» с ближневосточными СМИ, в рамках которой в Лондоне, Брюсселе и Дубае были открыты специальные центры по распространению новостных и иных материалов из США и разъяснению внешнеполитических шагов Вашингтона (А. А., 26.11.09). Повседневная практика американской политики в регионе не оставляла камня на камне от таких «разъяснений», которые нередко использовались ее противниками для очернения информационного имиджа США.

Как справедливо отмечает российский исследователь Д. К. Шишкин, США проигрывают информационную кампанию. Он же вскрывает и основные причины такой неудачи: общий негативизм в отношении как «арабской улицы», так и политической элиты к политике американцев в регионе, симпатии населения к джихадистам, которые, по убеждению большинства в мусульманском мире, сражаются «против христианских захватчиков», пытающихся поставить под свой контроль местные природные ресурсы, претензии политических и бизнес-элит на равноправное место в современной модели мироустройства, подлежащей соответствующей перестройке. И наконец, еще один пункт, который никогда не позволит американцам одержать победу в информационной войне и изменить свой негативный имидж в мусульманском мире. Это устойчивое для всех мусульман убеждение в базовой поддержке США политики Израиля. С этим, прогнозирует автор, «ничего поделать нельзя, и изменить его можно (да и то не сразу), только если США вдруг объявят ультиматум Израилю, что больше имеет отношение к фантастике» (Шишкин Д. К. Изменит ли Б. Обама имидж США в мусульманском мире? \\ www.iimes.ru). 

 

ВЕРНЫ ЛИ АЗИМУТЫ?

Множившиеся день ото дня тревожные инциденты побуждают аналитиков задаваться вопросом о причинах не спадавшего антиамериканизма в мусульманской среде, да и не только в ней. Думается, журнал «The American Conservative» пусть несколько упрощенно, но близко к истине попытался найти ответ на этот ставший сакраментальным вопрос. «Хизбулла», — отмечал он в мае 2010 г., — не нападала на американских морских пехотинцев до тех пор, пока мы не направили этих пехотинцев в самую гущу гражданской войны в Ливане [1982 г.]. Ни один иракец не устраивал против нас терактов, пока мы не вторглись в Ирак... Усама бен Ладен объявил нам войну прежде всего затем, чтобы избавиться от массированного американского присутствия на священной саудовской земле, где располагаются Мекка и Медина... Глядя на войны Америки в Ираке, Афганистане и Пакистане, майор Хасан, Абд аль-Муталлаб и Шахзад решили, что то, что мы называем войной с террором, на самом деле является войной с исламом. Все они решили воспользоваться своим доступом, чтобы потребовать возмездия за наши убийства их собратьев-мусульман. Нас атакуют здесь, потому что мы находимся там» (http://inosmi.ru/usa/20100512/159866553.html).

Важное значение для эффективности антитеррористической борьбы имеет и реакция самих мусульманских стран, руководители которых, по оценке американского политолога Т. Фридмана, стремятся сосуществовать с экстремистами, как бы говоря им: если вы будете действовать против нас, мы вас арестуем, а если оставите нас в покое и будете воевать где-либо подальше, то без проблем. Поэтому, делает вывод многоопытный обозреватель, только арабы и мусульмане могут вести идейную войну в исламе, в том числе и в «виртуальном Афганистане», состоящем из сотен джихадистских сайтов. А такого желания в исламском мире не наблюдалось. «Команда Б. Обамы, — весьма убедительно отмечает Т. Фридман, — любит рассуждать о том, сколь много у нас союзников в Афганистане. Простите, но нам не надо больше союзников из НАТО, чтобы убить больше талибов или каидовцев. Нам нужно больше арабских и мусульманских союзников, чтобы убить их экстремистские идеи, которые благодаря «виртуальному Афганистану» распространяются все шире, как никогда ранее». Укоренившееся в США, по мнению этого знающего специалиста, особенно после событий 11 сентября 2001 г., отношение к арабам и мусульманам как к объектам, а не субъектам борьбы против исламизма должно быть пересмотрено. «Иначе и они, и мы проиграем в реальном и виртуальном Афганистанах» (The New York Times, 16.12.09).

Осознание необходимости изменения прежних по большей части не оправдавших себя ориентиров американской политики в мусульманском мире на первых порах ощущалось и в Белом доме. Демонстрируя свое миролюбие в отношении исламских стран, администрация Б. Обамы к лету 2009 г. отказалась от использования в официальной риторике скомпрометировавшего себя бушевского термина «глобальная война против терроризма», так как, по словам Дж. Наполитано, «он неверно отражает сущность террористической угрозы для США, которая не обязательно исходит от государств, и воевать с ними незачем» (The Financial Times. 30.06.09).

В своей «исторической» речи в Каирском университете 4 июня 2009 г. Б. Обама также старательно избегал навешивания ярлыков «террорист» и «террористическая организация».

Эти перемены в акцентах нашли свое доктринальное отражение в обнародованной в конце мая 2010 г. стратегии национальной безопасности. В мировых СМИ она, на наш взгляд, была несколько преждевременно расценена как «отказ от эпохи Буша» и переход от «унилатерализма к мультилатерализму», к использованию в международных делах «скальпеля вместо молота» и привлечению к борьбе с внешними опасностями других влиятельных мировых акторов (НАТО, ООН, России, Китая и др.) (Le Temps, 28.05.10), чтобы «не перенапрягать свою военную мощь» (The Washington Post, 28.05.10).

Однако наряду с декларированными реалистичными подвижками в американских подходах к мировым кризисам в угоду «ястребам» сохранялись, по оценке МИД РФ, элементы, «привнесенные из прошлых времен» (www.mid.ru 28.05.10). В документе делался упор на военное превосходство США и использование, «хотя и как крайнего средства», превентивных ударов. Как высокопарно отмечалось в предисловии к этому программному документу, «мы должны следовать стратегии национального обновления и глобального лидерства — стратегии, которая восстанавливает основы американского могущества и влияния» (The Washington Post, 28.05.10). Такой великодержавный подход, по сути, не отличался от не оправдавших себя прежних бушевских установок на «перенос битвы на территорию врага и противостояние наихудшим угрозам еще до их появления» (The Washington Post, 05.06.10).

В качестве «пережитка прошлого» в новой стратегии, объявленной Б. Обамой, прозвучала и тема пресловутого «продвижения демократических идеалов и ценностей».

И самое главное — в этом стратегическом документе, как и во времена Буша, не проводилось различий между экстремизмом и национально-освободительными движениями, что позволяло под флагом «антитеррористической борьбы» идти на прямые нарушения международного права и прав человека.

Повседневная практика ближневосточной политики США отчетливо показывает, что широко разрекламированная «перестановка акцентов» пока не нашла своего реального воплощения в жизнь. Генезис и суть внешнеполитического курса США на сохранение и упрочение американской гегемонии в мире, несмотря на все «протянутые руки» Б. Обамы и его окружения к исламскому миру, остаются неизменными.

Такая ситуация побудила газету «Эрэб Ньюс» с разочарованием сообщить в середине текущего года своим читателям, что «возникший было у арабов оптимизм и радужные ожидания обещанных перемен в политике Вашингтона развеялись как дым» (Arab News, 17.06.10).

 

 

Шаблоны joomla скачать здесь