Вавилов А. И. (Москва)

Великое переселение народов в Европу: где выход?

Одним из тяжелейших последствий непродуманных действий западных стратегов и политиков в регионе Ближнего Востока, а также в Африке для европейской, да и всей мировой политики стал наплыв мигрантов, достигший своего пика в 2015–2016 годах. Многие аналитики назвали его гуманитарной катастрофой современности, сравнимой по своим масштабам и страданиям обездоленных людей с великими катаклизмами человеческой истории.

Истоки этой сложной и животрепещущей проблемы следует искать в растущем и углубляющемся разрыве в уровнях жизни и развития между «золотым миллиардом» людей, живущих в развитых странах и владеющих половиной ресурсов и богатств нашей планеты, и остальным человечеством. В поисках лучшей доли и счастливого будущего для себя и своих детей многие жители Азии, Африки и Латинской Америки издавна направлялись в Европу и Северную Америку, пополняя и без того многочисленные ряды трудовых или экономических мигрантов.

В наши дни к ним прибавились многие тысячи беженцев с Ближнего Востока, Азии и Африки, ищущих спасения для себя и своих многодетных семей от смертельных опасностей и страданий, вызванных многочисленными кровопролитными и разрушительными конфликтами, к разжиганию и сохранению которых оказались напрямую причастны страны Запада.

Наряду с экономическим бременем содержания и обустройства незваных гостей на европейские страны, как свидетельствует недавний печальный опыт многих из них, навалилась грозная опасность активизации террористов, многие из которых под личиной беженцев просачиваются на континент.

Они наращивают уже накопленный взрывоопасный потенциал доморощенных молодых, слабо образованных натурализовавшихся в прошлом инородцев, которые уже «на месте» и готовы к бою, движимые обидой и социальным протестом. Для развертывания подрывной деятельности им не требуются паспорта и визы, а также транспортные расходы. Им нужно лишь, да и то не всегда, посоветовать, куда побольнее ударить этих «зажравшихся богачей». Именно такие «одинокие волки», получившие ускоренную террористическую подготовку и инструкции по Интернету, осуществили смертоносные удары в Мадриде (2004), Лондоне (2005) и Глазго (2007). Дальше еще опаснее: в середине октября 2009 г. спецслужбы засекли в Интернете сотрудника (алжирского происхождения) Европейского центра ядерных исследований в Швейцарии, который признался в связях с «Аль-Каидой», планировавшей диверсию на одном из ядерных объектов.

Как наглядно показывает опыт западноевропейских государств, ряды экстремистов ежедневно и ежечасно пополняются за счет плохо устроившейся и потому недовольной иммигрантской молодежи. Она не находит себе желаемого и достойного места в благополучном и закрытом для чужаков западном обществе, заинтересованном в ней лишь как в рабочей силе и вынужденном (в силу низкой рождаемости среди европейского населения) привлекать пришлых лишь на непрестижную, неквалифицированную, а следовательно, и малооплачиваемую работу. В последние годы страны ЕС пытались как-то ограничить и поставить под контроль захлестывавшую Запад иммигрантскую волну, однако потребности экономики оказывались сильнее.

По данным главы МВД Италии, к апрелю 2014 г. в Северной Африке скопилось от 300 до 600 тысяч нелегальных мигрантов, поджидавших удобного случая, чтобы перебраться через Средиземное море в Европу. Как рассказывал автору в Тунисе представитель ЕС по проблемам миграции, африканскому гастарбайтеру стоит лишь улизнуть от береговой охраны самого близкого (всего около 70 км) от Африки о. Лампедуза, как после полугода нелегальной работы в Италии он получает вид на жительство, а через год привозит всю семью.

Бедственное социально-экономическое положение во многих странах африканского континента, а в последние годы во многом в результате катаклизмов «арабской весны», и в Северной Африке и на Ближнем Востоке, преумножало число мигрантов и беженцев, готовых в поисках лучшей доли для себя и своих близких рисковать жизнью. По оценке, приведенной в докладе ООН, к концу 2014 г. рекордное число — 59,5 миллиона человек или каждый 122-й житель планеты был насильственно перемещен, оказался беженцем или мигрантом. Из-за неурегулированности внутренних и региональных конфликтов и возгорания новых за последние 4 года этот показатель беспрецедентно вырос — в 4 раза. В результате число беженцев из неспокойных зон ежедневно увеличивалось почти на 43 тысячи человек.

Такой наплыв искателей лучшей жизни вызвал в Евросоюзе настоящий, хотя и запоздалый переполох. Однако согласовать экстренные коллективные меры по противодействию контрабанде людей для европейских руководителей было непросто, в том числе из-за нараставшей потребности стран ЕС в притоке рабочей силы, так как Западная Европа стремительно старела. Тратиться и возиться с приемом и обустройством пришлых также не хотелось, а ведь среди них было немало подозрительных лиц с криминальным прошлым. Так, в Дании уровень преступности среди беженцев-мужчин на 73 % превышал средний. В местах заключения для молодежи семеро из десяти были иммигрантами, из них примерно 40 % — беженцами. В Германии преступность среди мигрантов примерно в 5 раз превышала аналогичный показатель среди местных жителей. В Швеции и Испании около трети преступлений совершали иммигранты. 

Европу сотрясали массовые демонстрации и митинги с требованиями прекратить приток на континент «гостей» из неблагополучных регионов. Противники приема чужаков сталкивались со сторонниками их обустройства и обеспечения предметами первой необходимости. В результате руководители Великобритании и Франции, а затем и Испании отвергли задуманное было руководством ЕС квотирование приема мигрантов.

Глава МВД Словакии Р. Калиняк сравнил «с черпанием воды из реки» то, как Европа пыталась решить проблему нелегальной миграции. Чешский премьер Б. Соботка был еще более мрачен в своих оценках: «Европа просто не в силах справиться с растущим числом нелегальных беженцев из стран третьего мира. Если нынешняя волна мигрантов не спадет в последующие месяцы, социальные системы в европейских государствах могут потерпеть крах». А перспективы сокращения притока вынужденных переселенцев из охваченных конфликтами стран Ближнего Востока и Северной Африки выглядели весьма туманными. Сбывались угрозы покойного М. Каддафи, который грозил открыть пограничные шлюзы, затопить Европу мигрантами и «сделать ее юг черным», если она не перестанет бездумно подыгрывать США в давлении на «ливийскую джамахирию».

Так Европа, поддержав, с подачи США, антиправительственные выступления в Ливии, а затем и в Сирии, вызвав резкое увеличение потока беженцев, создала для себя самой, по оценке ООН, тяжелейшую со времен Второй мировой войны гуманитарную проблему и оказалась для ее решения совершенно не подготовленной.

«Посмотрите, — отметил Президент РФ В. В. Путин в интервью швейцарским СМИ в конце июля 2015 г., — сейчас Европа сталкивается с конкретной проблемой, с проблемой наплыва эмигрантов. А что, разве Европа принимала решения, которые в конечном итоге привели к этой ситуации? Надо быть откровенным и честным: эти решения принимались за океаном, а с проблемой сталкивается Европа»1.

В итоге экстренных совещаний и саммитов страны ЕС договорились лишь о сотрудничестве (операции «Тритон» и «Посейдон», позднее — Frontex) в отлавливании судов контрабандистов человеческим товаром, оставив в стороне глубинную причину нарастания иммиграционной волны — бедственное социально-экономическое положение в регионах Ближнего Востока и Африки, порождавшее все новые и новые кровопролитные конфликты, с которым они ничего поделать не могли, а многие и не стремились. Поверхностность подхода европейских руководителей к поискам решений животрепещущих проблем иммигрантов и беженцев вызвала резкое неприятие международных правозащитников. The Amnesty International, к примеру, назвала апрельский саммит 2015 г. лидеров ЕС по проблеме мигрантов «пусканием пыли в глаза».

Узнав о волюнтаристском решении ЕС хозяйничать близ берегов разрушенной теми же европейцами Ливии, международно признанное правительство этой страны заняло в отношении европейских замыслов резко отрицательную позицию. «Любые корабли, которые появятся в ливийских водах без предварительного разрешения, станут целями для наших военно-воздушных сил», — заявил агентству Рейтер командующий оперативным штабом ВВС Ливии С. аль-Джеруши. Такой вполне оправданный с точки зрения международного права подход серьезно осложнял реализацию европейских планов.

К лету 2015 г. ситуация с нелегальной миграцией через южные границы Европы все более осложнялась. По сведениям Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев (УВКБ), только за первое полугодие 2015 г. в Европу прибыли 340 тысяч беженцев и ловцов счастья на чужбине — на 83 % больше, чем за тот же период 2014 года. К концу сентября минувшего года их число перевалило за 488 тысяч.

По данным из того же источника, только в первом квартале 2015 г. около тысячи человек погибли или пропали без вести в Средиземном море при попытке добраться до Европы. В ночь на 19 апреля 2015 г., к примеру, у ливийских берегов затонуло судно с 800 нелегальными иммигрантами и беженцами, в том числе 200 женщинами и 50 детьми на борту. Спасти удалось лишь 28 человек. Они и рассказали спасателям, что во время дрейфа к их лодке приблизилось крупное торговое судно. Нелегалы испугались и ринулись на один борт, возник крен, и набитая людьми лодка длиной всего в 20 метров перевернулась. За этой трагедией через день последовала еще одна, близ о. Родос, где, нарвавшись на рифы, пошло на дно утлое суденышко с запертыми в трюме двумя сотнями беженцев.

К началу ноября 2015 г. число незваных «гостей», прибывших в Европу, приблизилось к 800 тысячам. По прогнозам, в 2016 г. европейский континент ожидал наплыв трех миллионов человек.

Италия, ставшая одним из транзитных коридоров (500 мигрантов ежедневно), тщетно взывала о помощи, а Франция и Швейцария отошли от положений Шенгена и закрыли с ней свои границы. Венгрия стала отгораживаться от потока нелегалов из Сербии, а затем Хорватии и Словении пограничной стеной. Такие же преграды возводились в Болгарии и Греции на границах с Турцией.

Для снижения прессинга мигрантов Россия оказала Сербии помощь в развертывании лагерей для временного пребывания до тысячи беженцев (палатки, цистерны для питьевой воды и одеяла, а также печи для отопления). Москва была готова к сотрудничеству с европейскими государствами в решении резко обострившейся проблемы нелегальных мигрантов в Совбезе ООН и за его пределами. При этом российское руководство исходило из того, что наряду с решением насущных гуманитарных задач по приему и обустройству вынужденных переселенцев было настоятельно необходимо искоренять причины, породившие это тяжелое явление в международной жизни — восстанавливать стабильность и государственное управление в регионах Ближнего Востока и Северной Африки, а также на африканском континенте, нарушенные волюнтаристской политикой США и их западных партнеров.

Не легче было и свалившейся в глубокую долговую яму Греции: на о. Лесбос — основном перевалочном пункте для беженцев (25 тысяч на 80 тысяч местного населения) начались межэтнические и межконфессиональные столкновения среди выходцев из различных стран, мигранты пошли на протестные выступления, требуя от местных властей создания человеческих условий для своего пребывания. Такие же беспорядки в августе 2015 г. случились и на о. Кос (7 тысяч мигрантов на 30 тысяч населения). Стадиона, на котором разместили прибывших, не хватило, властям пришлось устраивать их на вместительном пароме, а те требовали их скорейшей отправки на материк.

В конце августа 2015 г. полиция Македонии была вынуждена применить слезоточивый газ и светошумовые гранаты против 5 тысяч нелегальных мигрантов, пытавшихся проникнуть на ее территорию из Греции. Правительство Македонии объявило о введении чрезвычайного положения на границе с Грецией и развертывании там дополнительных воинских подразделений. Но это не помогло: полторы тысячи мигрантов прорвали кордоны и стали искать пути для своего дальнейшего следования в «богатые европейские страны», в том числе штурмуя поезда. На нейтральной территории между Македонией и Грецией были блокированы еще несколько тысяч человек, которые не оставляли попыток прорыва на территорию Македонии, чтобы отправиться транзитом на север. В конце концов, Евросоюз «расщедрился» и выделил Македонии на гуманитарные нужды аж 90 тысяч евро, которые, конечно же, не спасали положения.

В Германии к середине лета 2015 г. на рассмотрении властей находилось свыше четверти миллиона заявок на получение вида на жительство. Немцы подумывали даже о том, чтобы приплачивать мигрантам (полторы тысячи евро на семью из трех человек), чтобы те убрались восвояси. Как сообщил в конце августа 2015 г. министр внутренних дел ФРГ Т. де Мезьер, поток беженцев в Германию вырос в четыре раза. Министр иностранных дел ФРГ Ф.-В. Штайнмайер признал, что страна не справится с таким наплывом беженцев. В немецком руководстве заговорили об отказе от Шенгенских соглашений или их модификации в сторону ужесточения пограничного контроля. К сентябрю 2015 г. ФРГ фактически отошла от Шенгена, введя погранконтроль для ограничения вала переселенцев.

Миграционный наплыв еще в большей степени расколол общество Старого Света. Его захлестывали бурные демонстрации «за» и «против» приема чужеземцев. Он рассорил и страны Европы, в частности, Хорватию и Венгрию, обвинявших друг друга в несоблюдении правил миграции. Кроме того, страны «Балканского пути» были недовольны государствами Западной Европы, вызвавшими своими подрывными действиями в Ливии и других странах ближневосточного и североафриканского регионов наплыв беженцев, которых принимать в своих краях не торопились. Раскол наблюдался не только по линии Восток — Запад, но и Север — Юг. Южные члены ЕС выказывали недовольство медлительностью более состоятельных северян в приеме на свое обеспечение не спадавшей волны мигрантов.

Проведение летом 2015 г. ряда министерских совещаний ЕС по проблемам миграции не дало результатов: их участники договорились лишь о приеме свыше 40 тысяч человек, в основном с Ближнего Востока и из Северной Африки, однако о том, где, как и главное — на какие средства их размещать, окончательного согласия достигнуто не было. США, громко потребовав от ЕС помочь беженцам и обеспечить их безопасность, скромно обещали принять лишь 2 тысячи мигрантов. Позднее эта цифра под давлением европейцев была увеличена до 10 тысяч, однако 28 штатов принимать чужестранцев наотрез отказались. Во второй половине ноября 2015 г. палата представителей Конгресса США проголосовала против приема беженцев и мигрантов.

На прошедшей в Женеве в середине июня 2015 г. сессии Совета ООН по правам человека российские представители выступили с критикой безответственного силового вмешательства Запада в дела суверенных государств, которое вызвало резкое увеличение потоков мигрантов и беженцев. По оценке российской стороны, ни одно государство было не в силах «самостоятельно дать ответ современным миграционным вызовам». По мнению РФ, задуманное уничтожение судов, перевозивших беженцев, или выведение их из строя было бы чрезмерным шагом, не способствовавшим решению проблемы и противоречившим Дублинской конвенции 1990 г., предполагавшей прием беженцев после пересечения ими границы того или иного государства. В связи с этим действия стран ЕС не должны были идти дальше ареста судов, осуществлявших перевозку нелегальных мигрантов. А усиление пограничного контроля привело бы лишь к локализации взрывоопасных по своему потенциалу проблем.

Тем временем потоки незваных «гостей» из разоренных войнами и междоусобными конфликтами регионов не ослабевали. В третьей декаде июля 2015 г., к примеру, три итальянских корабля спасли в рамках операции «Тритон» в 56 км от побережья Ливии более 400 мигрантов, а в конце августа уже в десять раз больше — 4,4 тысячи.

Тогда же в Сицилийском проливе корабли береговой охраны поставили своеобразный рекорд — спасли сразу 3000 незаконных мигрантов из Ливии. В трюме одной из переполненных посудин были обнаружены 50 тел, в основном женщин и детей, отравившихся угарным газом из-за неисправности мотора.

Человеческие трагедии и страдания продолжались и в дальнейшем. В конце ноября 2015 г., к примеру, в районе курортного турецкого г. Бодрум в Эгейском море перевернулись сразу две лодки с беженцами, погибло шестеро детей.

В самом конце июля 2015 г. более 2 тысяч мигрантов под покровом ночи в очередной раз предприняли массовую попытку силой прорваться в тоннель под Ла-Маншем со стороны французского порта Кале, надеясь нелегально пробраться на Британские острова. Эта атака вновь окончилась неудачей, в ходе ожесточенных столкновений с полицией были задержаны 200 человек, шестеро получили ранения. На другой день попытка штурма повторилась с тем же результатом и 300 арестованными.

Несмотря на человеческие жертвы, искатели лучшей жизни ежедневно и еженощно продолжали высматривать лазейки для просачивания через границу. Пришельцы, в основном из Эфиопии и Судана, а также из Афганистана, не оставляли надежд на вольготную жизнь в Туманном Альбионе и, ожидая удобного случая пробраться туда, еще в марте 2015 г. разбили близ Кале лагерь, который местные жители тут же окрестили «джунглями», где обитало около 10 тысяч скитальцев и даже была открыта школа для обучения азам английского и французского языков. В местных СМИ с тревогой заговорили об опасности превращения Кале во вторую Лампедузу. Для предотвращения дальнейшего усугубления ситуации французские власти прибегли к старому «доброму» способу — стали возводить в неспокойном районе тоннеля 600-метровую заградительную стену, надеясь хоть как-то обуздать миграционный натиск. Однако этот шаг не облегчил положение, и попытки штурмовать тоннель продолжались. Тогда в феврале 2016 г. после долгих тяжб с правозащитниками было утверждено судебное решение снести постройки в «джунглях», а их обитателей (около 5 тысяч человек) переселить в переделанные под жилье грузовые контейнеры, расставленные подальше от тоннеля. Осуществление этого решения на практике натолкнулось на ожесточенное сопротивление перемещаемых лиц.

В Великобритании наплыву незваных гостей, которых стали называть «оккупантами», также были не рады. Британский премьер Д. Кэмерон назвал их «роем надоедливых насекомых». К концу августа 2015 г. между МВД Франции и Великобритании было заключено специальное соглашение об усилении охраны силами британских полицейских доступа в «евротоннель», на что Лондон обязался выделить 10 млн евро. Кроме того, в Лондоне собрались сажать в тюрьму на полгода нелегальных мигрантов, которые, прибыв в Туманный Альбион, намеренно уничтожали свои документы.

Лишь к концу первой декады августа 2015 г. Брюссель принял программу по приему мигрантов, рассчитанную на 8 лет, и выделил на эти цели 2,4 млрд евро, 80 % из которых предназначались Греции и Италии, а также Франции. Венгрия тут же высказала свое неудовлетворение доставшимися ей «мизерными» отчислениями.

А напряжение с мигрантами продолжало нарастать: в день проведения саммита западно-балканских стран по этой проблеме 27 августа 2015 г. на автобане из Венгрии в Австрию в грузовике было обнаружено более 70 тел задохнувшихся нелегалов. Тогда же у берегов Ливии европейские и ливийские моряки провели спасательную операцию: 200 мигрантов были выловлены, столько же утонуло.

В самом начале 2016 г. у турецкого побережья перевернулись сразу две лодки с переселенцами, державшими курс на все тот же о. Лесбос. В итоге утонуло 27 человек, в том числе трое детей. Турецкие власти огульно обвинили в этой трагедии Россию, которая де «своей поддержкой режима Б. Асада гонит граждан Сирии из своей страны». Официальный представитель МИД РФ М. В. Захарова решительно отмела такие измышления, резонно заметив, что«именно проводимая нынешним турецким руководством политика попустительства и пособничества различным радикальным и террористическим группировкам в Сирии в немалой степени способствовала и продолжает способствовать разгулу там насилия и экстремизма на грани пещерного варварства»2.

Запустив во второй половине июня 2015 г. Европейскую военную миссию в Средиземном море, чтобы «разрушить бизнес-модель торговцев людьми», ее инициаторам приходилось думать скорее не об уничтожении судов контрабандистов, а о спасении и дальнейшем обустройстве их пассажиров. На другой же день, к примеру, норвежское судно Siem Pilot взяло на борт 600 нелегальных мигрантов. С риском для жизни они пытались добраться до берегов Италии на двух утлых деревянных лодках. Принять и разместить их желающих не нашлось.

К сентябрю 2015 г. все более очевидной становилась безрезультатность усилий государств — членов ЕС по разрешению миграционного кризиса. Ситуация из-за отсутствия согласия внутри Евросоюза относительно практических мер по решению этой непростой и давно назревавшей проблемы была, по сути, пущена на самотек. «Мы как европейцы, — был вынужден признать во второй половине сентября 2015 г. председатель Евросовета Д. Туск, — в настоящее время не в состоянии управлять нашими общими внешними границами, в результате некоторые государства решили защитить себя закрытием своих национальных границ. Тогда как защита Европейского сообщества — это наш первый долг и обязанность, мы не справились на этом фронте».

На внеочередном заседании Совета ЕС 22 сентября 2015 г. было принято решение о создании временного механизма перераспределения в течение 2-х лет 120 тысяч просителей убежища с территории Греции и Италии, а на внеочередном саммите Евросоюза 23 сентября были достигнуты договоренности о мерах по укреплению контроля на внешних границах ЕС, созданию до конца ноября в Италии и Греции центров приема и регистрации беженцев («hot spots»), оказанию содействия в решении миграционных проблем соседним с Сирией государствам и дополнительном выделении на нужды беженцев через УВКБ ООН и Всемирной продовольственной программы не менее 1 млрд евро.

Перераспределение в течение 2-х лет 120 тысяч искателей убежища (т. е. 5 тысяч человек в месяц) на фоне нараставшего миграционного потока в ЕС, когда ежедневно около 5 тысяч человек прибывали на территорию Евросоюза, не могло быть окончательным решением этой острой проблемы, порожденной непродуманными действиями в районе Ближнего Востока и Северной Африки европейских партнеров США. Если в октябре 2014 г. в Европу нелегально через Средиземное море перебралось 23 тысячи человек, то в том же месяце 2015 г. их число возросло в 10 раз — до 220 тысяч. К тому времени ЕС так и не смог выработать единую позицию по этой проблеме, у него не было ни соответствовавшего ее масштабам общего иммиграционного законодательства, ни учреждений для его применения. На горизонте замаячила угроза возможной дестабилизации обстановки на Балканах, где скапливалось все больше горючего материала для социально-политического взрыва.

Во второй половине октября 2015 г. стало известно, что ЕС смог распределить в рамках разработанной в сентябре квотной системы только одну тысячу мигрантов из прибывших 710 тысяч.

Тупиковую ситуацию с беженцами, сложившуюся ко второй половине октября 2015 г., реалистично оценил премьер-министр Болгарии Б. Борисов: «За десять дней мы собираемся в третий раз и по-прежнему не получаем ответа на основной вопрос: сколько беженцев Европа может принять и кто их хочет у себя видеть? Сегодня царит полный хаос, и страны начинают спасаться самостоятельно и перекидывать беженцев на других. Мы, те, кто находится на границе, подвержены огромному риску, если все начнут возвращать их обратно». Он напомнил, что у Болгарии и Турции не было соглашения о реадмиссии, и подтвердил готовность его страны закрыть границу, если аналогичные действия предпримут Германия, Австрия и Венгрия.

Финляндия к концу 2015 г. полностью перекрыла въезд на свою территорию из РФ на велосипедах, которыми активно пользовались путешественники поневоле, обходя установленный ранее запрет на пеший переход границы. Несколько десятков переселенцев в 30-градусный мороз были оставлены в лесу у пограничного поста.

Очередная попытка развязать «гордиев узел» миграции была предпринята в первой половине ноября 2015 г. на саммите ЕС–Африка, проведенном на Мальте. Его участники решили выделить африканским руководителям до 2 млрд евро на возвращение из Европы и обустройство беженцев и мигрантов. Однако собрать такие деньги оказалось непросто: Италия категорически отказалась вносить свою лепту, а Болгария заявила о готовности выделить всего 50 тысяч евро. Шенгенский режим под напором миграционного вала трещал по швам, каждая из его стран-участниц все больше ужесточала пограничные и транзитные ограничения.

В самом конце ноября в Брюсселе прошел саммит ЕС–Турция, на котором Анкаре было обещано выделить (по частям, по мере выполнения обязательств) 3 млрд евро на содержание более 2 млн беженцев, скопившихся на ее территории, и усиление пограничного контроля в обмен на облегчение визового режима для турецких граждан и возобновление переговоров о вступлении Турции в ЕС. Анкара потребовала почти вдвое больше — 5 млрд евро и всю сумму сразу, деньги собраны не были, и людской приток мигрантов через Турцию не спадал.

Кровавые теракты 13 ноября 2015 г. в Париже еще больше осложнили проблемы мигрантов и вынужденных переселенцев: многие европейские страны в панике закрыли границы. Ведь у некоторых ликвидированных во Франции боевиков были найдены документы сирийских беженцев, у других — французские и бельгийские паспорта. Позднее стало известно, что подозревавшийся и скрывшийся от преследования организатор бойни в Париже А. Абауд собирался провести новые нападения, а также нарушить работу транспорта и школ. В своем окружении он хвастался, насколько легко ему было вернуться во Францию после пребывания у экстремистов в Сирии: сначала он примкнул к беженцам, направлявшимся из Сирии в Грецию, затем, формально являясь бельгийским подданным, воспользовался свободой передвижения внутри шенгенской зоны.

Новый всплеск террористической активности произошел в марте 2016 г. в «столице ЕС» — Брюсселе. При этом экстремисты, как выяснилось, замышляли нападения и на атомные объекты Бельгии, что привело бы к ядерной катастрофе в самом сердце Европы. Эти трагические события наглядно высветили изъяны европейской интеграции: у стран — членов ЕС не было последовательной линии во внешней и оборонной политике, отсутствовало эффективное сотрудничество в сфере разведки и защиты внешних границ. Страны — члены Союза лишь одна за другой закрывали перед мигрантами и беженцами свои двери, Шенген умирал.

Миграционная проблема Европы вызывала серьезную озабоченность и в Москве. Выступая в феврале 2016 г. на Мюнхенской конференции по безопасности, Председатель Правительства РФ Д. А. Медведев отметил: «Появилась реальная угроза разрушения единого экономического пространства. А вслед за ним и культурного пространства, и даже самой европейской идентичности. Мы с сожалением видим подрыв нужных для России механизмов, имею в виду угрозу развала шенгенской зоны». Объясняя причины такого беспрецедентного по масштабам явления, как вал мигрантов, российский премьер указал на «безуспешные попытки пересадить модельные, “западные” образцы демократии в совершенно неподготовленную для нее социальную среду, которые привели к разрушению целых государств, превратили огромные территории в зоны военных действий». Он также отметил, что в странах, откуда уезжают люди, деградирует человеческий капитал, а вместе с ним тают перспективы развития3.

К концу 2015 г., по подсчетам европейских спецслужб и экспертов, в Старый Свет перебралось, преимущественно с Ближнего Востока и из Северной Африки, более 1,5 млн мигрантов, около 4 тысяч погибли в пути или пропали без вести. По данным ООН, только ссентября 2015 г. по февраль 2016 г. в Средиземном море утонули более 340 детей беженцев, направлявшихся в Европу. В 2016 г. году, по прогнозам экспертов, число мигрантов могло возрасти вдвое. А действенного ответа на все обострявшуюся проблему наплыва чужестранцев найдено так и не было.

Накануне 2016 г. массовые беспорядки, спровоцированные миграционным кризисом, вспыхнули сразу в нескольких европейских странах. В испанском городке Рокетас де Мар беженцы жгли мусорные баки и били витрины. Поводом для волнений стало убийство одного из приезжих. А на французской Корсике демонстрация в поддержку полицейского и двоих пожарных, на которых накануне напали и ранили переселенцы, переросла в погром. Несколько сотен местных жителей разгромили мечеть, выкрикивая антиисламские лозунги. А тем временем в Кале беженцы предприняли очередную попытку штурма «евротоннеля», чтобы попасть в Британию. Полиции удалось сдержать толпу и не допустить сбоя в движении поездов.

Напряженная ситуация в сфере безопасности побудила руководство Бельгии, Франции, ФРГ и ряда других европейских стран существенно сократить, а в ряде случаев и вовсе отменить, праздничные мероприятия по случаю Рождества и Нового 2016 года. В Мюнхене в новогоднюю ночь из-за угроз терактов пришлось эвакуировать вокзалы. Такие меры помогали мало: в Кельне и других немецких городах, а также в Австрии и Швейцарии, несмотря на усиленный полицейский режим, приезжие молодые люди в новогодие испражнялись прямо на улицах, активно участвовали в грабежах и сексуальных домогательствах в отношении местных жительниц, некоторые из которых подверглись насилию. К тому времени спецслужбы ФРГ предупредили, что более 400 исламистов, прибывших в Германию с Ближнего Востока в качестве беженцев, были готовы нанести удары в любой момент.

По опубликованным в Швеции под напором массовых протестов и явно заниженным данным, только за последние три месяца 2015 г. беженцами из стран Африки и Ближнего Востока было совершено свыше 5 тысяч преступлений.

В наступившем 2016 г. бесчинства молодчиков из числа мигрантов, прибывавших с Ближнего Востока, продолжались: в середине января в лагере для беженцев в Венгрии они устроили бунт после приставания к женщинам-полицейским.

В конце февраля глава полицейской службы ЕС с тревогой сообщил, что Европа столкнулась с самой высокой террористической угрозой за последние 10 лет. По его данным, на территории Евросоюза к тому времени скопилось около 5000 боевиков, прошедших подготовку в тренировочных лагерях ДАИШ. Нападений с большим числом жертв среди мирного населения можно было ожидать как от отрядов экстремистов, так и одиночек-смертников.

На волне правонарушений со стороны приезжих Австрия в середине января на время вышла из Шенгена и полностью закрыла свои границы, а Дания потребовала от эмигрантов оплаты пребывания на своей территории. Месяц спустя Вена ввела лимит на прием беженцев: в сутки в страну разрешалось въехать не более 3 тысячам человек, при этом убежище в ней могли получить лишь 80 из них. Для остальных республика, вторая по привлекательности для мигрантов после ФРГ, принявшая в минувшем году более 90 тысяч человек, могла стать лишь транзитным государством.

Во многих городах и весях европейских государств в социальных сетях раздались призывы сформировать «отряды гражданской самообороны» — народные дружины для защиты от преступных выходок чужаков. Власти эту идею не одобрили, опасаясь самосудов. Однако они шли своим ходом: только в 2015 г. в ФРГ произошло около тысячи нападений на лагеря беженцев. А в начале 2016 г. там участились поджоги приютов для мигрантов.

Рост насилия в результате наплыва беженцев и мигрантов вызвал дальнейшее обострение внутриполитической ситуации в Европе, многие руководители стран ЕС, и А. Меркель в частности, подверглись нападкам со стороны правых националистов из-за неспособности обуздать пришельцев. А тут еще выяснилось, что правоохранители получали от властей «рекомендации» не раздувать факты преступных деяний иностранцев, дабы не обострять и так непростую внутреннюю межэтническую ситуацию. По данным проведенного во Франции в марте 2016 г. соцопроса, почти 60 % жителей страны высказались против приема мигрантов, а более 70 % — за отмену Шенгенского соглашения.

Отбиваясь от наскоков правых националистов, западноевропейские руководители все чаще прибегали к излюбленному методу сваливания вины «с больной головы на здоровую», безосновательно перекладывая ответственность за миграционный бум на Россию. Отводя такие недобросовестные попытки, Д. А. Медведев призвал искать причины наплыва мигрантов не в политике России, а в событиях, «которые привели к детонации общей ситуации в целом ряде стран, и в Сирии, и в Ливии, и в некоторых других государствах»4.

Во второй половине марта 2016 г. между ЕС и Турцией было достигнуто соглашение о равновеликом обмене прибывших в Европу мигрантов на сирийских беженцев. Анкара, согласившаяся принять выдворяемых из Европы нелегалов, хотя и не сразу, должна была получить дополнительно 2 млрд евро. Вскоре западная пресса запестрела сообщениями правозащитных организаций о жестоком обращении турецких властей с сирийцами, спасавшимися от войны, об их насильственной депортации на родину и даже о расстреле некоторых из них. Да и сами депортируемые не горели желанием отправиться назад, из благополучной Европы в беспокойную Турцию, а затем, возможно, и в Сирию, и всячески сопротивлялись выполнению заключенного без их ведома соглашения. Таким образом, острота проблемы снята не была.

Все углублявшаяся поляризация европейского общества, нарастание исламофобии играли на руку исламистским идеологам, позиционировавшим «халифат» как единственно надежную опору мусульман, живших во враждебном окружении неверных и «новых крестоносцев». Их все большее отчуждение в европейских странах проживания, нарастание в политической и повседневной жизни на континенте правонационалистических тенденций также подпитывали потоки «туристов джихада», направлявшихся на Ближний Восток повоевать за веру.

 

* * *

Миграционный кризис стал серьезным испытанием на прочность для всего Евросоюза, не сумевшего мобилизовать свои ресурсы для его решения. Без подпитки гастарбайтерами западноевропейской экономике не обойтись, поэтому можно ожидать, что в обозримом будущем приток иностранной рабочей силы на континент будет продолжаться. Руководителям ЕС предстоит немало поработать, чтобы поставить его под надежный, прежде всего антитеррористический контроль, наладить в этих целях эффективное повседневное и разностороннее сотрудничество соответствующих спецслужб.

Не обойтись в этой связи и без создания международной антитеррористической коалиции, к чему неустанно призывала и призывает Россия. Западным странам стоило бы прекратить занятия «социально-политической инженерией» и отказаться от попыток навязать народам суверенных государств свои рецепты дальнейшего развития. Вся недавняя история свидетельствует об их полной контрпродуктивности, приводящей лишь к страданиям и лишениям миллионов людей, вынужденных искать приюта и хлеба насущного вдали от разрушенных родных очагов.


 


1 Официальный сайт Президента РФ [Электронный ресурс] // URL: http://www.kremlin.ru (дата обращения: 27.07.15).
  Интерфакс. 09.01.2016.
  Интерфакс. 13.02.2016.
  Телеканал ТВЦ. 30.01.2016.

 

 

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная На рубеже цивилизаций Великое переселение народов в Европу: где выход?


культурно-просветительский
общественно-политический
литературно-художественный
электронный журнал
г. Санкт-Петербург
г. Москва