Ганичев В. Н. (Москва)

Молитва о народе Русском

Не дать отлучить народ от классики

Падение русского языка и литературы — «бедствие хуже, чем война или голод»

Ну и еще одно из главного. Это отлучение русского человека от отечественной культуры и языка. Государство (а кто еще?) на культуру махнуло рукой. Наши люди, наше общество опускается все ниже и ниже в культурных запросах. От самой читающей страны в мире, от выдающегося кино, живописи, от гениев Шолохова, Свиридова, Бондарчука мы опустились в разряд невежественных и безразличных к своей культуре стран, к массовой шоукультуре, часто ниже пояса. Большинство наших вузов оканчивают люди, не знающие и не понимающие историю, литературу, искусство. Образование, с его ЕГЭ и программой вузов, готовит невежественных людей, которым не нужна культура и которые не способны мыслить широко, панорамно, всеохватно, ибо для этого не хватает знания. Надо снова вернуть духовную силу настоящему искусству, подлинной культуре, глубокой науке.

Ну и одно из самых главных богатств, которое выкачивают из нации, не вкладывая никаких инвестиций в его пополнение. Это русский язык. Конечно, он и сегодня остается великим и могучим, но скорее в виде могучих гор и возвышенностей, грохочущих водопадов и разливистых рек классики. А его сегодняшние чистые истоки пытаются замутить, отвернуть от тех, кого они могут напоить живительной влагой.

На язык идет не меньшая, если не большая, атака извне. Силы тьмы понимают его первородность и созидательность. Ведь «Вначале было Слово» (!), и далее не менее высветляются его истоки: «И Слово было у Бога» (!). И предопределяющее его смысл и высоту «И Слово было Бог»! Поэтому, когда ныне покушаются на язык, коверкают, портят его, подменяют чужеродным туманом, покрывают его скверной, цинизмом и пошлостью, то это покушение на Бога, на Его высоту. Это действие демона и князя тьмы против смысла жизни человека.

Когда несколько лет назад мне вручали Орден Дружбы в Кремле, я поблагодарил за то, что была отмечена неустанная борьба нашего Союза писателей в защиту русского языка и сказал в общем-то известные слова: «Если изменяется экономическая система, но у народа остается его язык, то и народ остается. Если изменяется политический строй и даже исчезает государство, но у народа остается его язык, то и народ остается. Если разрушается, деформируется, исчезает язык народа, то и народ исчезает, остается народонаселение».

Я далек от мысли, что именно это выступление в Кремле привело власть к объявлению следующего года Годом русского языка. Однако положение с русским языком не только не улучшилось, но ухудшилось. Фактически отказано в праве уметь излагать свои мысли по-русски в сочинениях. Его знание не стало главным для ученика, выпускника школы. А уж для заезжего гастарбайтера или нашего соотечественника с Кавказа такая задача даже и не ставится, а шуму о необходимости «мультинационального котла», соединяющего народы, в наших либеральных СМИ полно.

Добейтесь, господа хорошие, помогите им, чтобы они знали русский язык, и масса нерешаемых проблем общения и понимания уйдет на задний план. Нужно создавать бастионы по изучению и защите русского языка, иначе мы перейдем в разряд народонаселения.

Вот одно предостерегающее нас, народ наш, страну нашу высказывание:

«...Язык — воплощение народного духа; вот почему падение русского языка и литературы есть в то же время падение русского духа. Это воистину — самое тяжелое бедствие, какое может поразить великую страну. Я употребляю слово бедствие вовсе не для метафоры, а вполне искренне и точно... Для всех нас падение русского сознания, русской литературы, может быть, и менее заметное, но нисколько не менее действенное страшное бедствие, чем война, больше, чем голод...»1

Многие годы бьется за распространение и защиту русского языка великий подвижник профессор Всеволод Троицкий. Проводит встречи, круглые столы, он боролся вместе с нами за возвращение буквы «ё».

Надо находить силы, средства для поддержки преподавателей русского, вырывать время и место у телевидения, в журналах, газетах. Надо возвращать русскую литературу, ее классику и продолжающих традиции современников. За это борется и профессор Иван Гончаров из Санкт-Петербурга, продолжающий со своими коллегами разрабатывать программу обучения «Русская национальная школа».

Надо, чтобы в клубе, дворце культуры, на вечерах молодых появились чтецы, не пошлые сегодняшние юмористы-забавники телешоу, а те, кто внятно, с точными человеческими интонациями, верными фонетическими ударениями читает лучшие стихи и прозу русской литературы.

Зал ведь замирает, когда Василий Лановой, великий подвижник русской речи на сцене (он возглавляет кафедру художественного слова), читает Пушкина, Тютчева, Маяковского. Недавно взял у нас книгу стихов раннего Василия Белова и поразил им аудиторию. В Китае, два года назад, на встрече с делегацией наших писателей в Шанхайском университете студенты читали нам параллельно куски прозы на русском и китайском языках из книг Валентина Распутина о Сибири, о Байкале. Как искусны были они в чтении, какие точные акценты ставили в словах, как улавливали не только смысл, но и интонацию автора, но и его внутреннее отношение к написанному! Аудитория то замирала, то смеялась, то взрывалась аплодисментами. Звучала русская речь! Валентин Григорьевич только покачивал головой.

Недавно я был поражен: из Санкт-Петербурга, из одного из цехов Кировского завода, где сидели работники завода на стульях, передавали замечательный по духу и совсем неожиданный для нашего шоу-времени вечер Николая Рубцова. Как слушали люди стихи, песни, письма Николая, работавшего в свое время на Кировском. Можем же, когда сердце не остыло, когда душа вслушивается, когда память встрепенется, дойти русским словом до многих.

Память, традиция — компас поколений

Память, традиция — это основные духовные оси России, на этом она держится, и это составляет ее образ.

Те писатели, которые придерживаются нравственной, державной ориентации, а это наш Союз писателей России, и выстраивают свое творчество по этой линии, ибо этот ее духовно-культурный ряд возведен в веках.

Поэтому Союз писателей России стал соучредителем Всемирного Русского Народного Собора вместе с Русской Православной Церковью, поэтому создан Клуб православных писателей, это и наш Центр духовно-нравственного, патриотического воспитания им. Святого Праведного адмирала Федора Ушакова, в связи с этим в таких двух выдающихся премиях Союза писателей, как премии имени Александра Невского и «Имперская культура», центральное место занимают книги о духовных подвижниках, о державниках, о подлинных героях, которых массовая информационная машина игнорирует, забывает, не культивирует.

Мне хотелось бы еще раз подчеркнуть великую миссию нашей литературы, русской литературы, литературы всех народов России в Великой Победе, способствовавшей сплочению всех сил перед лицом злейшего врага, показавшей высочайшие образцы публицистики, прозы, поэзии, драматургии. Мы должны отдать должное нашим предшественникам, которые в годы войны в воинском стане воспевали подвиг и мужество воина и труд работников тыла, а в послевоенное время осознавали и художественно воплощали в своих произведениях драму и героизм войны, склоняли голову перед жертвами и славили героев. «Высокое слово правды — такой была повестка последнего пленума Союза писателей, которое помогло выстоять нашим воинам.

Наши высшие власти добились, чтобы творчество А. И. Солженицына обязательно изучалось в школе. Уверен, что надо добиться, чтобы литературу военной поры обязательно изучали в школе, если мы хотим, чтобы молодое поколение знало истину, знало героев, следовало им. Думаю, что за это надо бороться.

Литература об Отечественной — это великая литература, это золотые страницы нашей отечественной словесности. Ведь без этой свидетельницы времени нашей страны нашим людям навязывается статус безвольного, расслабленного человека, комплекс вины.

Удивительно, но чем дальше мы удаляемся от мая 1945 года, тем больше у нашей победы оппонентов и врагов.

Те, кто с благодарностью говорили тогда и еще десятки лет назад о решающем вкладе Советского Союза, советского русского и других народов нашей страны в победу, стали вначале умалчивать, а потом и отрицать это. Они забыли, что 600 тысяч наших воинов полегли на территории Польши, сотни тысяч — на полях сражений на Украине, в Белоруссии, в Прибалтике, Венгрии, Румынии, Чехословакии, Германии.

Стали ли известны вопиющие факты, отрицающие этот вклад? Нет. Отменен ли Нюрнбергский приговор? Нет, его пока что не отрицают.

И этот зловещий, махровый антисоветизм привел к распаду страны-победителя, к той исторической драме, о которой сказал Владимир Путин. Этот антиисторизм, антисоветизм привели к тому, что:

— эсэсовцы шествуют по улицам Риги;

— убирается памятник советского солдата в Таллине;

— Бандера становится героем Украины;

— Власов выдается за борца с коммунизмом, за пламенного предшественника Беловежской тройки.

Отсюда война не Отечественная, не Священная, а как это продекларировано в организации ОБСЕ, куда мы так трепетно рвемся. Была «война двух хищников», война Германии и России (обратите внимание, не СССР), это была схватка Гитлера и Сталина. Ну и отсюда нужно громить, как они говорят, «победоманию» в нынешней России.

Но ведь полный исторический идиотизм говорить, что войну выиграли вопреки Верховному главнокомандующему. Несмотря на всю идеологизацию, все-таки надо пытаться исторически объективно оценивать роль. Кесарю — кесарево. Богу — богово.

Может, и тем, кто затевает свалки в нашем обществе, не следует раскалывать общество. Вот я не раз встречался, в том числе и по вопросу Верховного. Все прославленные писатели, Герои Советского Союза Владимир Карпов, Михаил Борисов, известные всей стране Юрий Бондарев, Михаил Годенко, Семен Борзунов, Семен Шуртаков, Михаил Лобанов могли бы высказать свое мнение. А на телевидении показывают только тех, кто поддерживает организованную провокационную кампанию. Ведь это и есть фальсификация.

Михаил Годенко — автор великой книги «Минное поле», сказал еще недавно: «Нет, мы — моряки, когда шли в атаку, не кричали «За Сталина!» Но скажи нам тогда, что Верховный — трус и предатель, мы бы посчитали, что это геббельсовская пропаганда, и застрелили бы того, кто это говорил».

Забытый геноцид

И еще, мы почти не говорим о гражданских потерях — жертвах войны, о великих жертвах нашего народа, принесенных для Победы. Из за ложной толерантности мы не говорим о своих жертвах, и это вроде бы притупляет нашу боль, хотя снимает вину тех, кто с мечом пришел в нашу страну.

Вполне по-человечески мы сочувствуем:

— погибшим при бомбардировке Дрездена;

— сожженным в Хиросиме после атомного взрыва;

— исчезнувшим из жизни в Холокосте.

И это правильно, ибо русский человек, как говорил Достоевский, — всечеловек, ему доступны страдания всего человечества. Но почему мы в стране стали забывать о жертвах войны, не вспоминаем соотечественников, уничтоженных этой войной? Не от комплекса ли, который нам прививают в отношениях с Европой и Западом. Немецко-фашистские захватчики разрушили или сожгли 1710 городов, более 70 тысяч сел и деревень (!), было уничтожено 6 миллионов зданий. Лишились крова около 25 миллионов человек. Были уничтожены и разрушены 31 850 промышленных предприятий. Почти 17 миллионов наших граждан погибли от бомбардировок городов и сел, на дорогах эвакуации, мирные люди были уничтожены в концлагерях, в немецком плену, погибли от рабского труда на территории Германии. Это был самый массовый геноцид в истории, большинство погибших были русские люди.

Гитлер был зловещий русофоб, он и его клика приговорили славян к уничтожению. Он патологически ненавидел Россию и русских. «Кто может оспаривать мое право уничтожать людей низшей расы, которые размножаются, как насекомые... Надо взять у России все, что нам нужно». Эти слова Гитлера взяты на вооружение всеми сегодняшними антирусскими течениями, какими бы цивилизаторскими, общечеловеческими, геополитическими словами они не прикрывались.

Мы создали при Союзе писателей России и Всемирном Русском Народном Соборе Совет по возрождению российской деревни. Один из разделов его деятельности — память о погибших деревнях и в годы войны. Белорусская Хатынь — всем нам напоминание о жертвах, в России такого нет, а между тем, в одной Смоленской области уничтожены войной и оккупантами сотни сел, свыше 530 тысяч жителей уничтожены или исчезли из этих деревень. Это ведь 19(!) Бухенвальдов. Мы помним Бухенвальд, но кто вспомнит русские Ивановки, Николаевки, Петровки, погибшие от рук врага.

Итак, «Вера. Культура. Патриотизм. Память» — наши духовные оси, держащие здание России.

Самочувствие нации

От давления всех социальных, информационных антидуховных причин русский народ теряет уверенность, не так давно у него попытались отобрать Великую Победу. Он стал грудью на защиту своих героев. Но зато атака на его историю поистине масштабна. Низведение ее на уровень пороков, убийств, варварства и бескультурья в немалой степени удалась.

Соцопросы показывают тяжелое самочувствие нации. То, что Россия — великая нация, обозначили лишь 46 % опрошенных, не верящих в это — 31 %.

Лишь 12 % назвали Россию Сверхдержавой. 13 % — Францию, 21 % — Англию, 23 % — КНР, 27 % — ЕЭС, 25 % — Германию, 37 % — Японию, 61 % — США.

Можно было бы отнести это к сверхкритическому отношению русских к себе, но сплошь и рядом повторяется: «Россия теряет пассионарность», «свою витальность».

Конечно, на самом деле это не так, великие резервы таятся в душах и сердцах русских, надо только вывести на первый ряд в обществе подвижников, дела делателей, милосердцев, новаторов, работников нивы и станка, бескорыстных и вдохновенных ученых, праведных священников, учителей, библиотекарей, тех, кто торгует плодами своего труда, честных юристов, тягловых военных. Надо найти способ одухотворить и наполнить созидательным духом нации ТВ и СМИ. Пора остановить это гламурное, желтопрессное море пустых звезд, красивых экранных пустышек.

Пришел и продолжает находиться в обществе многогранный кризис. На кого может опереться держава в его преодолении?

Если она исключает из этого русский народ или относится к нему с подозрением, то вряд ли возможно преодоление нашего отставания без его национально осознанной деятельности.

С русским народом все можно преодолеть, без его участия в любых акциях, национальных проектах, модернизации все это обречено на безжизненность, неудачу и даже провал.

Что делаем?

Специально не озаглавил этот раздел вечным русским вопросом, обращенным куда-то вдаль: «Что делать?» Обозначаю его множественным:

«Что делаем?» Ибо без такой постановки есть некая философская неопределенность, перемещение вектора дела к кому-то, а не к себе, не к своему кругу сотоварищей, не к коллективу, не к народу, а к призрачным вождям. Эту программу предстоит вырабатывать, все время насыщать, прочерчивать генеральные линии и полезные тропинки. Я внутри размышлений наметил некие тропинки, теперь думаем вместе, делаем вместе.

Ну и какими же путями выходить на укрепление духа, самосознания, созидательности русского народа? Вычленяются главные и не менее важные второстепенные задачи.

I. Мы уже сказали: главное — это укрепление Веры, Православия в жизни русских людей.

Можно сколько угодно придумывать политических, общественных платформ, но ни одна из них не способна воссоединить народ, нацию, как это делала христианская вера, Православие.

И по этому пути, пути самопожертвования и служения высшим идеалам, тем общечеловеческим (которые утвердились как русские), нравственным ценностям надо идти и искать уже в новое время опору для русского народа, для других народов страны.

В этом разделе ценно то межрелигиозное сотрудничество, которое установилось у нас в стране за многие годы и даже века. Особенно с исламом. Ведь недаром при Екатерине II был учрежден муфтият в Уфе. И у нас никогда не было религиозных войн.

II. Наша русская культура, наша классика, производные христианства. Наш Язык — одна из фундаментальных основ существования, развития русской нации.

Это должна быть одна из главных задач — не дать уйти с этой основы, не дать разрушить нашу культуру, не дать изменить, исказить наш язык и сделать нашу нацию вульгарной, дикой, немой.

III. Великая традиция — память народная. Помнить победы, помнить жертвы.

IV. Великая цель рождает великую энергию. Надо сделать понятным, доступным, а главное, высоким представление о том, во имя чего, как мы живем. Мало говорить об абстрактной модернизации, надо обозначить это как конкретные программы для человека, общества, России. Надо не дать погасить дух созидания, поддерживать эти очаги созидания в семье, поселке, в городе, в коллективе.

Один пример: В. В. Путин проехал по трассе «Хабаровск–Чита». Газеты представили это событие как некую интересную, даже забавную информацию. А ведь на самом деле строительство дороги и введение ее в строй — это великое событие: инженерное, экономическое, транспортное, государственное, геополитическое. Ведь по сути дела открывается державная дорога, автотрасса «Москва–Владивосток». Возможно, и ряд других осуществляемых проектов представить обществу как пунктир важных, одухотворяющих дел. Мы предложили Министерству транспорта проект «Дорога», в котором расскажем об инженерах, строителях, проектировщиках, транспортниках. Это же подвиг.

V. Ну и, конечно, нужно высокое ободряющее слово, обращенное к русскому народу, русской культуре, русскому языку.

VI. Еще и еще раз надо подчеркнуть, что русский человек, как говорил Достоевский, — «всечеловек», то есть ему близки и понятны все боли и радости мира, окружающих его людей и народов. Мы, Россия, — великое многонационалие. Мы, русские, — в единой семье народов России, да и мира, не собираемся возвышаться над ними, ни падать ниц, унижаться ни перед какой цивилизацией, ни перед какой-либо страной.

Но гордость национальная, самоуважение, высшее знание и мудрость должны быть нашими национальными чертами.

И, как писал Игорь Северянин, намаявшись за границей:

Что толку плакать и тужить,
Россию надо заслужить.

Давайте будем пытаться заслужить Россию.

Вспомним слова: Великая Россия

У нас как-то отвыкли считать под градом обвинений России в цивилизационных, исторических, этических грехах, что Россия — страна великая, каким бы ВВП не измеряли ее. Когда в годовщину вторжения Грузии в Южную Осетию туда высадился наш десант, десант писателей России, мы провели там во всех школах «Урок мира», мы выступили на пограничных заставах и везде ощутили любовь и благодарность.

Все осетины, от школьника, учительницы, продавца на базаре и Президента Кокойту, говорили о Великой России, о Святой Руси. Да как-то сразу это требовало и от нас самых высоких усилий в служении ей. Но это показывает и то, что за Россию молятся и переживают многие люди на земле, отнюдь не русские по национальности.

Лет пятнадцать назад в Государственной Думе ко мне подошел один депутат и сказал: «Дорогие русские братья, боритесь за Россию, ведь если она исчезнет, то исчезнем, как индейцы, и мы, ваши младшие братья, тувинцы и хакасы, нас поглотят или американцы, или китайцы. Мы молимся за вас». Да, за Россию молится немало добрых и честных людей.

Молитва о народе русском

Не хочу заканчивать эти размышления и вопросы никакими большими и четкими выводами. Это сделают многие собрания, конференции, соборные встречи, митинги, марши. Надо и надо семь раз отмерять. И придет время, когда один раз будет отрезано в нашем представлении о Русском Деле.

Я хочу обратиться к великой мистической и загадочной молитве. Конечно, не случайно, что она появилась не у нас в России. Россия в то время открыто не молилась. Ее чада сражались друг с другом. И только в далекой, отделенной стеной гражданской войны от России Югославии прозвучала эта великая молитва святителя Николая Сербского — молитва о русском народе: «Всемудрый Боже... внемли и услыши молитву нашу за Твой русский православный народ!»

Понимая причины бед, обрушившихся на Россию, святитель Николай страстно молился: «Ты допустил, чтобы самый верный Твой слуга подвергся тяжелым мучениям, как допустил мучения для первых апостолов Твоих, пророков и праведников. Весь обнажен и изранен, брошен слуга Твой на гноище... Мучения лютые, а человек слаб: Господи, помоги! Воздвигни слугу Твоего и уврачуй раны его...».

Святитель Николай знал, сколько страданий обрушивалось на русских людей независимо от того, в каком стане они находились. Он объяснял себе и другим, что страдания не напрасны.

«Знаем, Господи, Боже наш, что Ты по всемудрому промыслу Своему допускаешь страдания избранных Твоих, чтобы, как золото на огне и через огонь страданий очистились от земли и еще больше засияли».

Зная предел в страданиях простых людей, святитель умоляет: «Но не допусти, Боже милости и любви, чтобы сатана долго насмехался, лицемеры долго издевались над Твоим крестоносным народом русским...».

«Православные знают, — молится святитель Николай, — что и Твое славное Воскресение, Христе, совершилось после поруганий, крестных мук и смерти...».

И далее в молитве, исходя из этого, возвышающаяся и великая надежда: «Поэтому мы в свете Твоего страдания воспринимаем мрак русского страдания и ожидаем воскресную его славу».

Святитель молится о главном: «Сегодня для великого русского народа нет человека в мире, который мог бы помочь ему без Тебя, Боже наш и Спаситель наш! — Святитель Николай взывает: — Не отложи, Господи Благий, Твою помощь».

Думаю, что окончание молитвы укрепляет дух русских людей, прочерчивает наше служение.

«Ты Скоропоспешный на помощь. Не отложи и не откажи, но как милосердный самарянин обратись к народу русскому, подвергшемуся нападению от разбойников, всему избитому, и подай ему руку, и исцели ему раны, и возврати ему здравие, сияние славы, чтобы самый верный слуга Твой прославлял Тебя в будущем еще больше, чем славил Тебя в прошлом — Тебя, Спасителя своего, со Отцем и Духом Святым во веки веков. Аминь».

Мы видим, как в сиянии многочисленных храмов восходит Божие милосердие на русский народ, но рядом еще царят страдание и муки. И от усилий, молитв, созидания православных, всех соотечественников зависит возвращение здравия и сияние славы русскому народу.

1 О причинах упадка и о новых течениях современной русской литературы / Мережковский Д. С. Эстетика. Критика. Т. 1. М., 1994.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Мировоззрение Молитва о народе Русском


культурно-просветительский
общественно-политический
литературно-художественный
электронный журнал
г. Санкт-Петербург
г. Москва