Скоробогачева Е. А. (Москва)

Россия Ильи Глазунова

«Я служу России», — эти слова Ильи Сергеевича Глазунова точно определяют его творчество и мировоззрение, в чем можно убедиться, посетив галерею художника в центре Москвы, на Волхонке.

31 августа 2004 года в столице открылась Картинная галерея Ильи Сергеевича Глазунова, ставшая в наше время выражением не только самосознания русского народа, но и демонстрацией высокого реалистического искусства. Здесь представлено более 700 его картин с 1940-х годов до наших дней, которые художник подарил городу, а также произведения его собрания древнерусского и народного искусства с XV до начала ХХ века. Залы галереи никогда не бывают пусты, ибо уже более 50 лет не утихает интерес к творчеству Ильи Глазунова. Нередко вызывая полярные оценки, оно никого не оставляет равнодушным. Так было, начиная с его первой персональной выставки, которая состоялась в Москве в 1957 году и имела резонанс взрыва атомной бомбы. Картины, отражающие тревоги жизни и исполненные лиризма, принесли 26-летнему художнику мировое признание.

Уже тогда в жизнь Ильи Глазунова вошли события, неотрывно связанные с историей России, и он дал им глубокое осмысление в творчестве. История их создания — отражение жизни художника. Он родился в Санкт-Петербурге (Ленинграде) 10 июня 1930 года. С детских лет его поражала строгая, величественная красота северной столицы. Здесь он впервые прикоснулся к сокровищнице русского и мирового искусства, благодаря собраниям Эрмитажа и Русского музея, но в Ленинграде ему было суждено пережить трагедию Великой Отечественной войны и блокады, что позднее нашло отражение в цикле его произведений «Ленинградская блокада». «Те дни постоянным непроходящим кошмаром стоят в моей памяти», — напишет И. С. Глазунов в своей книге-исповеди «Россия распятая» много лет спустя. На глазах одиннадцатилетнего мальчика в нетопленной квартире под равнодушно-отстраненные звуки метронома уходили из жизни близкие, от голода погибли родители Сергей Федорович Глазунов и Ольга Константиновна Глазунова (в девичестве Флуг).

Илья Глазунов был спасен. По Дороге Жизни, льду Ладожского озера, его вывезли в деревню Гребло под Новгородом. После снятия блокады, в 1944 году, он вернулся в Ленинград, но уже не нашел многих близких, да и сам город, искалеченный войной, сложно было узнать. Боль войны выковывала личность художника-борца. Уже тогда он вступил на путь служения искусству, понимая свою жизнь как миссию художника и гражданина.

Глядя на его произведения конца 1940-х годов трудно поверить, что они выполнены учеником художественной школы: например, портрет «Старик с топором», многими оцененный как образец русской школы живописи конца XIX века. В 1951 году Илья Глазунов становится студентом института имени Репина, бывшей Императорской Академии художеств. Его студенческие работы свидетельствуют о высоком профессионализме автора: о виртуозном построении композиции, уверенном рисунке, тонких цветовых сочетаниях, знании техники классической живописи. Художник поднимался по лестнице мастерства, поражая сверстников своей целеустремленностью и трудолюбием. Пренебрегая требованиями соцреализма, он расширял учебную программу. Образцом для него являлись произведения В. Васнецова, В. Сурикова, М. Нестерова, И. Левитана, что подтвердила первая персональная выставка Ильи Глазунова.

Тогда, в 1957 году, имя молодого художника приобрело европейскую известность, но вместе с тем, на него обрушились гонения: студента едва не исключили из института, по распределению Илья Глазунов был направлен сначала в Ижевск, затем в Иваново. Он решил уехать в столицу, скитался, работал грузчиком, но создавал все новые и новые картины.

Ныне многие из произведений, показанных на выставке 1957 года и созданных в период конца 1950 — начала 1960-х годов, представлены в галерее на Волхонке, экспозиция которой позволяет судить о всей многогранности личности и деятельности Ильи Сергеевича Глазунова — всемирно известного художника, основателя и ректора Российской Академии живописи, ваяния и зодчества, ныне получившей название Российской Академии живописи, ваяния и зодчества Ильи Глазунова, действительного члена Академии Художеств РФ, почетного члена испанских Королевских Академий изящных искусств Мадрида и Барселоны. Он — выдающийся живописец и график, художник интерьеров, автор театральных декораций, писатель и публицист, общественный деятель, историк, ученый, педагог. В какой бы области не работал Илья Глазунов, он продолжает традиции высокого духовного реализма, являясь и классиком, и новатором.

В галерее представлены четыре основные цикла его произведений: «Образы России», «Портреты», «Иллюстрации к русской классической литературе», «Город», в которых Илья Сергеевич отвечает на важнейшие для художника вопросы: «что?» и «как?». Поражает широчайший диапазон творчества: он работает в жанрах многофигурной исторической картины, портрета, пейзажа, иллюстрации, натюрморта. Для Ильи Глазунова, художника и историка, отличающегося поистине энциклопедическими знаниями, по-своему важна каждая эпоха, о чем свидетельствуют картины, а также его книга, столь известная сегодня, «Россия распятая».

Уникальными по сложности замысла являются монументальные композиции: «Вечная Россия» (1988), «Мистерия ХХ века (1977, 1999), «Великий эксперимент» (1990), «Разгром храма в Пасхальную ночь» (1999), «Рынок нашей демократии» (1999), «Раскулачивание» — полотно, над которым художник работает в настоящее время.

Одно из центральных мест в его творчестве, а также в экспозиции галереи, занимает знаменитая картина «Вечная Россия» или «Сто веков». Набатным колоколом звучит она, пробуждая историческую память русского народа. Именно «Вечная Россия» многим помогла иначе взглянуть на историю нашей страны и современность. В сложнейшей композиции И. С. Глазунов раскрывает историю многовековой державы с древнейших протославянских времен до событий 1980-х годов.

В левом верхнем углу картины предстает известная еще в IV тысячелетии до Р. Х. священная гора Хараити, которая служит напоминанием о древнейших корнях русского народа, уходящих в седую древность. Образ Руси языческой — статуя бога-громовержца Перуна. Но на смену язычеству приходит христианская вера. О принятии Русью христианства, близкого духу народа и верованиям его древних предков, свидетельствуют образы Андрея Первозванного, прошедшего с проповедью святой веры наши земли в I веке по Р. Х., равноапостольной княгини Ольги, многочисленных подвижников.

Свершается грандиозный крестный ход Руси, начинаясь у стен Московского Кремля, приближается к нам, словно каждый становится его участником. Его торжество воплощают и изысканные сочетания светлых насыщенных цветов, и размеренно-певучий линейный ритм. В рядах процессии предстают великие подвижники, цари и императоры, полководцы и политические деятели, ученые, писатели, поэты, художники, композиторы России. Бесконечны их ряды, как бесконечно можно перечислять имена великих сынов нашего Отечества, деяния которых во славу Руси остаются в веках, жизнь которых явилась подвигом.

В первом ряду крестного хода предстает князь Владимир Великий, крестивший Русь в 988 году, заложивший основы нашего самосознания, недаром в народе его называли «Владимир Красно Солнышко». Значимой эпохой в истории Руси следует назвать деяния святого Сергия Радонежского, «радетеля и печальника о русской земле», как пишет о нем летопись. От истории нашей державы неотделимы имена страстотерпцев князей Бориса и Глеба, святых Иосифа Волоцкого, патриарха Гермогена, Серафима Саровского, Иоанна Кронштадтского. Православные храмы Древней Руси, святые иконы, столь поэтично названные князем Е. Н. Трубецким «умозрением в красках», дополняют образы картины, свидетельствуют о крепости веры, сохраняющейся в народе, о его неиссякающей духовной силе. Через портреты участников крестного хода отображена история Отечества. Перед зрителями предстает образ Екатерины II, «немки с русской душою», столь много сделавшей для просвещения России, глядя на портреты А. С. Грибоедова, П. И. Чайковского, И. А. Бунина, вспоминаем их непревзойденные создания. О расцвете национальной живописи напоминает зрителям образ В. М. Васнецова, называвшего свое искусство «лампадой, зажженной перед ликом Божьим». Научная мысль России достигла вершин благодаря трудам М. В. Ломоносова, Д. И. Менделеева, философская — в работах А. С. Хомякова, И. В. Киреевского, И. А. Ильина, образы которых также показаны в композиции.

Илья Сергеевич рассуждает в картине и о противоречивой роли интеллигенции в политической и культурной жизни России на рубеже XIX–XX веков. Ярким примером тому служит личность С. П. Дягилева, одного из ведущих деятелей объединения «Мир искусства», который, как истинный представитель серебряного века, говорил о поиске красоты в добре и зле. Раскрывая многовековой путь великой державы, Илья Глазунов и через художественную манеру отражает опыт веков: в реалистической трактовке образов звучат отголоски древнерусской иконописи.

Создавая образы ушедших столетий, художник помогает понять нам Россию сегодня. Современно звучат слова пламенного послания патриарха Гермогена: «Посмотрите, как Отечество наше расхищается и разоряется чужими, какому поруганию предаются святые иконы и церкви, как проливается кровь неповинных!». Россия всегда возрождалась из пепла, подобно птице Феникс. Такова основная идея картины, которую подтверждают и ее отдельные образы, в том числе портреты великих классиков русской литературы, показанные на переднем плане: А. С. Пушкина, Ф. М. Достоевского,
М. Ю. Лермонтова, Н. В. Гоголя. Достоевский, как никто другой, выразил всю глубину трагедии России и неизбывную способность ее к обновлению. Рядом с ним показаны образы детей: по православной традиции они предшествуют крестному ходу. С мольбой и вопросом устремлены на нас широко распахнутые глаза маленькой крестьянской девочки, а рядом предстает царевич Алексей, убиенный сын последнего русского императора.

В композиции «Вечной России» Илья Глазунов обращается к величайшим испытаниям татаро-монгольского ига. Художник напоминает о поражении русских в битве на Калке в 1224 году: хан пирует на бревнах, которыми раздавлены русский князь и его сын, поругана и выставлена на посмеяние молодая княжна, связана пожилая княгиня, в огне гибнут грады и храмы. Каждое столетие несло свои испытания. Художник отражает в единой композиции и смутное время, и разгул пугачевского бунта. Плененный Пугачев предстает в клетке, подобный лютому зверю. Противоречия эпохи XIX века блестяще выражены в портрете Л. Н. Толстого. Бесспорно, являясь классиком отечественной литературы, в то же время Толстой, в 1901 году отлученный от православной церкви — автор губительной теории непротивления злу силой. За его фигурой показан хаос ХХ века. Бесчисленны невинные жертвы, тысячи заключенных изображены за колючей проволокой концлагеря, и среди них — мулла, раввин, православный священник. Безграничной болью художника наполнены созданные им образы. Уничтожены православные храмы. Но что заменяет их? Как разительно отличаются величественные памятники прошлого от примитивных однообразных построек ХХ столетия. Зловеще отражение храма Христа Спасителя в кровавом озере, над которым возвышаются башня Татлина и здание гостиницы «Россия» — попрана историческая память, забыта вера. Нельзя не вспомнить, что И. С. Глазунов первым призывал к необходимости воссоздания храма, стоял у истоков основания Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры в 1965 году.

И все же, главное место в картине занимает крестный ход, а венчает композицию православный восьмиконечный крест, восходящий к русским меднолитым крестам XVII века. Его титлы, соответствующие древнейшей христианской традиции, гласят «Иисус Христос Сын Божий». Склоненная голова Спасителя обращена к людям, его раскинутые руки словно обнимают святую русскую землю, наш народ. Свою веру Илья Глазунов передает зрителям, воплощает в зримых вневременных образах. За Распятием Христа следовало Воскресение, также возможно воскресение России.

Эту идею художник раскрывает не только в данной композиции, но во всем творчестве. Картины Ильи Сергеевича Глазунова, при всем многообразии звучания и глубине трактовок, прежде всего, утверждают веру в Возрождение Отечества. Об этом свидетельствуют произведения, посвященные Древней Руси, изысканно строгие, величественные образы XIX века — времени расцвета русской классической культуры, полотна и графические композиции, отражающие контрасты и противоречия ХХ столетия и современности. Многие из них представлены в галерее художника.

Контрастен цикл «Город», подобен летописи, раскрывающей тревоги и радости человека, живущего в городе ХХ столетия. Работа над циклом началась в середине 1950-х годов в Ленинграде, была продолжена в Москве. В книге «Россия распятая» Илья Сергеевич пишет о послевоенном времени: «Фоном моей жизни был мир Петербурга, воспетый Достоевским, где жили униженные и оскорбленные души его героев». Первые произведения цикла: «Метель на Петроградской», «Вечерний Ленинград», «На скамейке» созданы им в студенческие годы. Через настроение пейзажа отражены переживания человека, его частная жизнь, его внутренний мир.

Язык художника то поэтичен и утончен, то напряжен и сумрачен, но всегда самобытен. Трепетно переданы ранимость и беззащитность людей в душащих их оковах городских стен. Отражена жизнь, привычная, знакомая каждому, но в обыденности раскрыта суть современности, философски осмыслена эпоха. И. С. Глазунов исключительно остро передает образы каждого исторического периода, наполняя их музыкой времени. Они тревожны и дисгармоничны в ХХ веке. Суть столетия отражают бледное лицо девушки, словно всматривающейся в себя на фоне безрадостных ночных громад, выброшенная за ворота кукла, шаржированные маски-лица, зловещие в своей духовной пустоте. Человек обречен идти по улицам города через трагедии и парадоксы ХХ столетия, где черное и белое порой меняются местами, где попраны история и вера, но в культ возведено бездушие. Художник словно раскрывает борьбу ищущего свой путь человека и города, не давая однозначного ответа об ее итоге. И, несомненно, что произведения Ильи Глазунова, посвященные прошлому веку, не менее актуальны сегодня.

Свои исторические, философские рассуждения, обращенные к эпохе ХХ столетия и настоящему времени, Илья Сергеевич продолжает в цикле «Портреты», находит острые психологические характеристики. Истинными портретистами возможно назвать немногих художников, хотя в истории мирового искусства большинство из них обращались к этому жанру.
В портрете необходимо выразить суть человека через внешние черты — исключительно сложная задача, которую, бесспорно, решает И. С. Глазунов. Жанр портрета является одним из ведущих на протяжении всего его творчества, а о значимости произведений свидетельствуют объективные отзывы зрителей: «это сама жизнь», «поразительно портретное сходство», «Вы создали образ России в портретах».

Классическая школа мастерства, пройденная художником в ученические и студенческие годы, явилась прочным фундаментом его произведений, отличающихся точным рисунком, тонкостью деталировки, глубиной раскрытия образа. Еще будучи учеником художественной школы, а затем института имени И. Е. Репина, он создает профессиональные, очень острые по психологическим характеристикам живописные и графические портреты. Слава портретиста приходит к молодому автору уже в 1956 году, когда он создает образы Моник Шометт, пианистки Марины Дранишниковой, поэтессы Ксении Некрасовой и многие другие.

Уникален дар Ильи Глазунова: выражение эпохи в портретном жанре. В галерее представлены исторические портреты, посвященные эпохам Древней Руси, имперской России. Его образы к произведениям классической русской литературы — также собирательные портреты, воплощающие идеи писателей. В портретах современников художник, с присущей ему многогранностью, дает заключения о наших днях.

Сколь разные люди позируют ему. Для Глазунова-портретиста каждый интересен своей неповторимой индивидуальностью. Перед зрителями в галерее художника предстают портреты сибирского старожила и утонченной дамы, сурового монаха и девочки, безвестного крестьянина и Ю. А. Гагарина, В. В. Шульгина, человека-легенды, принимавшего отречение императора Николая II, и министра внутренних дел СССР Н. А. Щелокова, С. В. Михалкова, и И. С. Козловского, Антониони и Джины Лоллобриджиды, а также многих других.

И. С. Глазунова справедливо называют в прессе: «художник королей и король художников». Ему позировали короли Швеции, Вьетнама, Лаоса, Испании, многие великие личности ХХ века: премьер-министр Индии Индира Ганди, президент Италии Пертини, кубинский лидер Кастро, президент Чили Альенде, Патриарх Алексий I, папа римский Иоанн Павел II. Нельзя не согласиться с высказыванием Фредерика Майора об Илье Глазунове: «Его сила, разнообразие при отображении действительности и эмоциональность воплощены в его картинах, которые делают из этого великого художника символ современного искусства».

В экспозиции галереи одно из значимых мест занимают образы Ильи Сергеевича, обращенные к произведениям русской классической литературы: А. С. Пушкина, М. Ю. Лермонтова, А. А. Блока, П. И. Мельникова-Печерского, Н. С. Лескова, А. И. Куприна. Среди них центральными являются иллюстрации к произведениям Ф. М. Достоевского — «писателя-пророка», мировоззрение которого особенно близко И. С. Глазунову. Художник ставит перед собой сложнейшие задачи, изображает «философские мыслеобразы», находит убедительные портретные характеристики героев, а фоном для них нередко является Петербург. Таковы иллюстрации к произведениям «Белые ночи», «Неточка Незванова», «Униженные и оскорбленные», «Преступление и наказание», «Идиот». И. С. Глазунов оценивает Ф. М. Достоевского как «самого оптимистичного писателя», поясняя свои слова: «Достоевский из бездны падения выводит героев к свету, показывает, что возрождение человека возможно всегда».

В иллюстрациях Илья Глазунов раскрывает философию писателя, в том числе обращается к идее всемирной отзывчивости, которая является одной из основных в мировоззрении Ф. М. Достоевского. Развитие этой идеи писатель и художник прослеживают в характеристике различных, во многом контрастных, персонажей, то есть выявляют прежде всего божескую, а не демоническую сторону людей. В понимании Достоевского человек — это всегда образ и подобие Божие, как бы ни было сложно увидеть это подобие. Способность человека к отзывчивости позволяет оценить его близость к духовным идеалам, к тому духовному свету, к которому так мучительно стремятся его многие герои.

О значимости идеи всемирной отзывчивости в национальном самосознании позволяют судить заключения Ф. М. Достоевского в «Дневнике писателя», словно продолженные в искусстве И. С. Глазунова. В частности, в разделе «О любви к народу. Необходимый контракт с народом» Достоевский пишет: «...Судите русский народ не по тем мерзостям, которые он так часто делает, а по тем великим и святым вещам, по которым он и в самой мерзости своей постоянно воздыхает. А ведь не все же и в народе — мерзавцы, есть прямо святые, да еще какие: сами светят и всем нам путь освещают!»

О таких святых с наивысшей силой пишет Достоевский в романе «Братья Карамазовы». Образы Алеши Карамазова и старца Зосимы — свидетельства неискаженной Христовой веры, уникальные, редчайшие характеры и в произведениях Ф. М. Достоевского и в реальном обществе современного писателю XIX в. Напряжение их поиска христианских истин раскрывает Ф. М. Достоевский. Зримое выражение его идей находит в своих образах И. С. Глазунов, давая им и более обобщенное философское осмысление.

«Идея всемирной отзывчивости» для нас связано присутствует во многих центральных памятниках религиозно-философской мысли Руси и России. Возможно обратиться к заключениям митрополита Иллариона XI в., св. Сергия Радонежского XIV столетия, протопопа Аввакума XVII в. и многих других религиозных мыслителей Древней Руси, а также к трудам русских религиозных философов конца XIX-начала ХХ вв.: И. А. Ильина, Е. Н. Трубецкого. Не противореча их выводам, Ф. М. Достоевский писал: «Не ослаблением, не затушевыванием заповедей Божьих облегчается нравственное спасение человека, а наоборот, выявлением высоты Божьего совершенства в мире».

Образы Святой Руси занимают одно из важнейших мест в творчестве И. С. Глазунова не только в цикле иллюстраций к произведениям Ф. М. Достоевского, но и во многих других широко известных картинах: «Господин Великий Новгород», «Русская земля», «Кирилло-Белозерский монастырь», «Юность Андрея Рублева», «Сергий Радонежский и Андрей Рублев», «Канун», «Храни Бог Россию!», в которых провозглашена идея сохранения в веках православной веры, исторической памяти народа, возрождения Святой Руси, и картины художника, обращенные к конкретным личностям, событиям, эпохам, приобретают вневременное звучание.

Закономерно, что Илья Сергеевич Глазунов признан самым выдающимся художником ХХ века, что его нередко называют «Достоевским в живописи», поскольку в своем творчестве он дает точную, емкую историко-философскую оценку пути России, выражает русское национальное самосознание, отражающее борьбу добра и зла с древнейших времен до современности.

 

 

 

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Искусство Россия Ильи Глазунова


культурно-просветительский
общественно-политический
литературно-художественный
электронный журнал
г. Санкт-Петербург
г. Москва