Скоробогачева Е. А. (Москва)

«Сикстинская мадонна» Рафаэля

500 лет в истории и культуре

«Сикстинскую мадонну» Рафаэля Санти следует причислить к тем картинам, которые не только характеризуют конкретного автора, страну или эпоху, но занимают центральное место в мировой истории искусства на протяжении столетий. Создание знаменитого полотна и его жизнь в веках связаны с историческими процессами и событиями культуры. Его содержание приобретает вневременной философский смысл, что подтверждает и выставка «Сикстинская мадонна», посвященная 500-летию великой картины, открытая ныне в Дрезденской картинной галерее, известной также как Галерея старых мастеров.

Символично, что масштабная экспозиция представлена именно в Дрездене — городе, где столь многое свидетельствует об исторических и культурных взаимосвязях Европы: между Италией, Германией, Францией, Россией, Чехией. Можно обратиться к некоторым фактам. Первые упоминания о Дрездене в исторических хрониках относятся к 1206 году. Возникновение Картинной галереи в Дрездене связано с другой эпохой (начало XVIII века) и именем другого известного правителя — Августа II Сильного — курфюрста Саксонии, короля Польши, князя Литовского. Имя «Сильный» он получил за необыкновенную физическую силу, также его называли Геркулесом Саксонским и Аполлоном Саксонским. Курфюрст дружил с Царем России Петром I. Король Франции Людовик XIV был крестным отцом Августа Сильного. Как другие европейские монархи, так и глава Саксонии вел активное строительство, в утонченно-величественных архитектурных сооружениях создавая памятник своего времени.

Еще в молодости Август II, много путешествуя по Франции, Испании, Чехии, начал составлять свое собрание, в которое, наряду с драгоценностями, входили произведения изобразительного искусства. Единственным законным наследником Августа II Сильного стал его сын Август III, безвольный человек, унаследовавший от отца только одну страсть — собирательство картин. Он не жалел средств на их приобретение в Венеции, Болонье, Праге. Коллекция живописи продолжала пополняться, и 25 сентября 1855 года Дрезденская картинная галерея стала общедоступной для посещений, а шедевры ее собрания получили широкое мировое признание. «Сикстинская мадонна», одна из самых известных картин в наши дни, получила широкую известность лишь в XVIII веке, а мировое признание — в XIX столетии1, более чем через 300 лет после ее создания.

В 1512 году Рафаэлю был дан заказ: написать алтарный образ для бенедиктинского2 монастыря святого Сикста, Сан Систо по-итальянски, в Пьяченце. Название полотна связано также с тем, что главный алтарь монастырской церкви был посвящен святому Сиксту и святой Варваре, которых изобразил художник в картине по сторонам от Святой Девы Марии. Это поручение Рафаэль получил от папы Юлия II, для которого ранее, в 1508 году, выполнил свои знаменитые росписи станц3 Ватиканского дворца.

Можно предположить, что заказ был связан с присоединением Пьяченцы к Папской области. Кроме того, Юлию II этот небольшой северо-итальянский город напоминал о родстве с папой Сикстом IV, его дядей. Время начала работы художника над «Сикстинской Мадонной», 1512 год, — важен в истории Италии, так как ознаменован изгнанием французов из Болоньи.

Об этом на выставке косвенно напоминает другая картина Рафаэля — портрет «Папа Юлий II», созданный, предположительно, в 1511–1512 годах. В период его понтификата Северная Италия получила независимость от Франции, а одним из главных проектов стало строительство собора святого Петра в Риме на месте древней базилики, над чем работали ведущие архитекторы: при Юлии II — Браманте, позднее — Рафаэль, Перуцци, да Сангалло Младший, Микеланджело, Мадерно.

Данный портрет понтифика известен в нескольких вариантах. Внимания заслуживают детали картины. Декоративные желуди, оформляющие спинку кресла, являются символом рода Ровере (по-итальянски rovere — дуб), из которого происходил Юлий II. На портрете, что необычно, папа римский показан с бородой — знаком траура по потерянной Болонье. Только после того как французы были изгнаны из Северной Италии в 1512 году, что положило конец противостоянию двух стран, Юлий II сбрил бороду.

Еще в 1506 году в Ватикане, по его распоряжению, была создана Швейцарская гвардия, о чем напоминает представленный на выставке освященный парадный меч (Доменико де Сутри, около 1510 года). Гвардейцы охраняли папу римского и защищали Ватикан от французской армии короля Людовика XII, вторгшейся в Италию. Для обороны от французов была образована и Священная Лига, в которую входили Швейцария и Испания. Благодаря действиям союзников удалось освободить Северную Италию, и Юлий II из признательности швейцарцам, помимо прочего, освятил для них этот меч.

Примерно тогда же Рафаэль начинал работу над «Сикстинской Мадонной» и для этого отправился в Пьяченцу, расположенную примерно в 70 километрах к юго-востоку от Милана. Образ небольшого средневекового города на выставке помогает представить гравюра — план «La nobilissima citta di Piacenza» («Благороднейший город Пьяченца»). В монастыре святого Сикста, расположенном в северной части города около палаццо Мадама, была построена новая церковь, для алтаря которой предназначалась картина Рафаэля Санти, уже тогда одного из ведущих художников Италии, масштаб творчества которого заслуженно сравнивали с Леонардо да Винчи и Микеланджело Буонарротти.

О зарождении замысла «Сикстинской Мадонны» свидетельствуют на выставке несколько живописных и графических произведений, представленных в одном зале с самим шедевром. Здесь также показана картина современника Рафаэля Лоренцо ди Креди (1458–1537) «Мадонна на престоле, с предстоящими ей святыми» из собрания Дрезденской галереи. Это композиция на ту же тему, что и главное полотно выставки, но во многом контрастная ему по художественному решению.

К сюжету «Мадонна с Младенцем», одному из самых распространенных в итальянской живописи, Рафаэль обращался многократно. Сохранилось очень немного подготовительных рисунков художника к его картинам. «Сикстинская мадонна» стала одним из центральных произведений Рафаэля Санти, свидетельством расцвета его мастерства. К 1512 году художник уже завершил свое не менее известное произведение — «Афинская школа» — роспись в Станце делла Сеньятура4 в Ватикане и приступил к стенописи Станцы д`Элиодоро, где в 1511–1514 годах создал композиции «Изгнание Элиодора из храма» и «Месса в Больсене».

Тогда же была завершена роспись свода Сикстинской капеллы Микеланджело, под влиянием которого отчасти находился Рафаэль. В его произведениях этого периода уже не ощущается воздействия искусства Леонардо да Винчи. Так же как и Микеланджело, Рафаэль придавал немалое значение движению, но находил иные способы для его передачи. Он не стремился к выражению бурных порывов и предельной экспрессии, что во многом свойственно Микеланджело, а через несколько десятилетий и венецианцу Якопо Тинторетто. В своем творчестве, в частности в «Сикстинской Мадонне», Рафаэль провозглашает собственное понимание философии истории, искусства. Если для Микеланджело история подобна развивающейся трагедии, то для урбинского мастера история — это exemplum — «пример» (лат.): концепция повтора, преемственности, взаимосвязи эпох и событий, что соответствует утверждению основных законов диалектической философии. Отсюда иные, по сравнению с Микеланджело, построение композиций и линейные ритмы.

Для «Сикстинской мадонны» характерны сценичность пространства, внутренняя динамика фигур при их внешней статике и симметрии композиции, повторяющиеся линейные ритмы, контрасты нисходящего и восходящего движения. Немаловажна в картине роль мягкого, но, вместе с тем, активного света, моделирующего форму и заполняющего пространство за фигурами. Всего 4 года спустя те же художественные приемы в собственной интерпретации будет использовать не менее прославленный художник Ренессанса в одном из своих главных произведений: Тициан Вечеллио в «Ассунте»5 или «Вознесении Марии» — алтарной картине, написанной для венецианской церкви Санта Мария Глориоза деи Фрари. Так, на примере ряда произведений наглядно раскрывается преемственность традиций и новаторство в итальянском искусстве эпохи Возрождения.

«Сикстинская мадонна» относится к числу тех картин, история восприятия которых, их жизнь в веках, многообразна, неординарна и наполнена смыслом, что также отражает выставка. Ее посетители могут судить о высокой оценке, данной полотну сразу после его создания. Об этом, например, свидетельствует композиция «Святой Лука, рисующий Мадонну», исполненная в мастерской Рафаэля. Согласно преданию единственное изображение Девы Марии с натуры было создано святым Лукой, но в картине показан также присутствующий при этом Рафаэль, то есть иносказательно он причислен к портретистам Богоматери. Возможно, что основой для фигур святого и Девы Марии с Младенцем послужили эскизы Рафаэля.

Однако бесспорную известность «Сикстинская мадонна» получила только в середине XVIII века, когда была приобретена правителем Саксонии Августом III6 для Дрездена. Почти два года Август III вел переговоры о покупке прославленного произведения Рафаэля, в том числе через болонского художника Джиованнини. Несколько раз это грандиозное начинание было под угрозой провала, так как сторонам не удавалось прийти к соглашению относительно стоимости картины. Наконец, после года переговоров за нее была назначена цена 25 тысяч римских скуди, что составляло сумму в 25 раз больше той, которую обычно платил правитель Саксонии за произведения искусства. Документ об этом был подписан 9 марта 1753 года7. В то время в Италии для продажи монастырем или церковью алтарной картины было необходимо получить разрешение папы римского. Монахи монастыря святого Сикста ссылались на сложность выплаты долгов обители. И вскоре, 27 марта 1753 года, такое разрешение было дано. В послании кардинала Валентини говорилось: «Силой полномочий, данных нам Его Святейшеством Папой Бенедиктом IV, даем подателю прошения наше соизволение... на продажу знаменитой картины Рафаэля из Урбино...»8.

Итак, 21 января 1754 года «Сикстинская мадонна» покинула Пьяченцу, была перевезена через Альпы в Дрезден, а 1 марта 1754 года впервые выставлена в зале для аудиенций замка-резиденции. Это событие отразил художник Адольф фон Менцель в картине «Дорогу великому Рафаэлю!»9, созданной через столетие после описываемых событий. Согласно преданию с такими словами сам Август III отодвинул трон, чтобы свет лучше падал на полотно, впервые представленное в Дрездене.

Но не только восторженные отзывы звучали в адрес шедевра Рафаэля Санти. Многие знатоки искусства центральным произведением галереи продолжали считать «Святую ночь» Корреджо10. Однако известный археолог и историк искусства Иоганн Иоахим Винкельман сразу же дал «Сикстинской мадонне» заслуженно высокую оценку. В книге «Мысли о подражании греческим произведениям искусства в живописи и скульптуре» он писал о ней: «...Достойное творение, принадлежащее кисти Рафаэля... Посмотрите на эту Мадонну, на ее полное невинности и в то же время исполненное не просто женского величия лицо, на ее умиротворенную позу, на покой, который царил в изображениях божеств античных мастеров»11. В конце XVIII века Хенрих Стеффенс, немецкий ученый, поэт и философ, также посвятил восторженные строки выдающемуся полотну в сборнике своих воспоминаний. Упомянутые книги, как документы эпохи и истории полотна, также можно увидеть на выставке.

XIX столетие стало временем триумфа «Сикстинской мадонны». Картина получила мировое признание, известны ее многочисленные гравюры и, начиная с середины века, фотографии, художники изображали ее в своих полотнах. Так, Иоганном Фридрихом Бури12 был написан портрет «Курпринцесса Августа, копирующая Сикстинскую мадонну» (1808–1809). В творчестве братьев Франца и Иоханнеса Рипенхаузенов истории «Сикстинской мадонны» посвящена композиция «Сон Рафаэля» (1821). Одним из самых ранних примеров репродуцирования знаменитой картины стала гравюра 1819 года, исполненная Анри Шарлем Мюллером для «Справочника приятных забав на 1819 год», изданного в Лейпциге и Вене. Во второй половине XIX века гравюры с «Сикстинской мадонны» получают все большее распространение. Их можно видеть во многих домах Западной Европы и России.

В России «Сикстинская мадонна» получает не меньшее признание. И. Н. Крамской назвал ее «портретом того, о чем думали народы». Ею восхищался М. А. Врубель. Живя в Дрездене, Ф. М. Достоевский едва ли не ежедневно приходил в Картинную галерею и часы проводил перед полотном Рафаэля. Известно, что репродукция «Сикстинской мадонны» висела над рабочим столом в комнате писателя. Ее гравюру и сегодня можно видеть в столовой дома художника В. М. Васнецова, считавшего одним из самых выдающихся мастеров живописи именно Рафаэля. В той же комнате дома художника, в красном углу, находится привезенная им из Италии икона. Она создана по другому произведению Рафаэля — «Мадонна в кресле» или «Мадонна делла Седиа»13. Работая над алтарной композицией в киевском соборе святого Владимира и предшествующей ей станковой картиной, Виктор Михайлович основой избрал для себя «Сикстинскую мадонну». Ее образ переработал в своем художественном решении через традиции русской православной живописи, а также через события и впечатления своей жизни.

Известность «Сикстинской мадонны» не ослабевала и в ХХ веке, но в произведениях искусства ее восприятие отражалось далеко не однозначно. Примерно с 1800 года и по настоящее время знаменитая картина получает все новые и новые трактовки в области искусства, дизайна и китча.

История «Сикстинской мадонны» в период Второй мировой войны — история ее поиска и спасения напоминает детективный сюжет и в то же время наполнена горькой правдой военных дней. В конце 1939 года картина была отправлена нацистами в крепость города Мейсен Альбрехтсбург, где все же оказалась недостаточно защищенной от бомбежек. По указанию саксонского рейхсштатгальтера14 полотно вновь перевезли, а его местонахождение держали в секрете. После отступления фашистов из Дрездена «Сикстинская мадонна», как и другие сокровища галереи, едва не погибла, была спасена благодаря солдатам и реставраторам нашей страны. Как это происходило, подробно рассказывает участник тех событий, писатель и художник Леонид Волынский в своей книге «Семь дней».

В ночь с 13 на 14 февраля 1945 года на Дрезден с неоправданной жестокостью были обрушены бомбежки союзников. В течение 90 минут город планомерно расстреливали по квадратам, особенно безжалостно Альтштадт — старый город, где расположены памятники архитектуры, музеи, жилые районы. На город, в тот период один из крупнейших в Европе, сбрасывали не только фугасные, но также бомбы, начиненные каучуком и фосфором, которые воспламенялись. «Фосфорный дождь» выжигал все дотла. Число убитых превысило 300 тысяч, были уничтожены городские кварталы, погибли бесчисленные памятники истории и культуры, в том числе Альбертинум — известный музей Германии, одно из крупнейших в Европе собраний скульптур. Почти полностью были разрушены церковь Фрауэн Кирхе, купол которой от взрыва раскололся надвое, и Цвингер.

Таким увидели Дрезден советские солдаты весной 1945 года. Не сразу они смогли добраться до груд камней и остовов стен, того, чем стала галерея, где уже не было картин. Среди руин Цвингера увидели одинокую фигуру человека. Им оказался художник Вилли Шмидт, выпускник дрезденской Академии художеств, мобилизованный фашистами и вернувшийся с войны инвалидом в уничтоженный родной город. Он писал пейзаж — разрушенный Цвингер. Его безжизненный взгляд изменился только тогда, когда художник услышал о возможном спасении шедевров Дрезденской галереи, которые могли быть эвакуированы. Шмидт ничего точно не знал об этом, но проводил советских солдат через руины Цвингера в полуразрушенное крыло галереи.

Дверь им открыла седая женщина в скромном черном платье. Фрау Эльвира была главным хранителем Альбертинума, где работала 35 лет. Война отняла у далекой от нацизма женщины все: семью, дом, Альбертинум. Теперь она жила в развалинах здания Картинной галереи. Фрау Эльвира рассказала солдатам, что с 24 января 1945 года все музеи Дрездена были закрыты для посещений, вспомнила, как гауляйтер Саксонии Мучман, которого она не раз видела на улицах города, говорил: «Русские получат здесь смерть, голод и крыс». Известны и слова Гитлера о том, что если нацистам суждено уйти, то они уйдут, громко хлопнув дверью. Так и случилось: весь Дрезден был заминирован фашистами, картины исчезли.

Хранитель Альбертинума видела, что грузовики по ночам подъезжали к галерее, возможно, вывозили полотна, а у здания Дрезденской академии художеств в 1945 году шли строительные работы: переоборудовали подвалы. Догадки фрау Эльвиры оказались верны. После того как полуразрушенный подвал академии удалось разминировать, в нем обнаружили ценнейшие скульптуры Древней Греции, Рима, Германии, Франции. Здесь же стоял шкаф-секретер, в ящиках которого находились карточки — каталог картин Дрезденской галереи и сложенный листок бумаги с надписью «Geheim» (нем. «секретно») — подобие «немой карты», испещренной линиями и значками.

Вскоре солдаты, среди которых был и Леонид Волынский, смогли расшифровать секретную бумагу, сравнив ее с полевой картой. Извилистая линия на ней соответствовала течению Эльбы, а многие значки — расположению населенных пунктов. Одна из точек карты обозначалась буквой «Т». Туда, в район заброшенной каменоломни под Дрезденом, направились солдаты. Через узкую расселину они проникли в шахту, где обнаружили замурованный проем, замаскированный аккуратно уложенными слоями песчаника. Наконец, удалось открыть вход в темный туннель15. Казалось, в нем не было ничего. В своей книге Леонид Волынский рассказывает, как вдруг увидел у стены угол золоченой рамы, темный холст под слоями пыли, стерев которую, сразу узнал черты изображенного — «Автопортрет Рембрандта с Саскией».

В туннеле было найдено множество произведений малых голландцев, Джорджоне из собрания Картинной галереи, но не шедевр Рафаэля. Рядом стоял и массивный ящик, запертый секретными замками. В каменоломне оказалось около 200 картин, которым во влажной затхлой атмосфере грозила неминуемая гибель. Они были сразу же эвакуированы отсюда солдатами. После долгих часов работы удалось открыть и загадочный ящик. Предположения оправдались. В нем, наконец, была найдена «Сикстинская мадонна» Рафаэля.

Пока картина находилась в батальоне, около нее постоянно сменялись часовые. В 1945 году полотно Рафаэля и многие другие найденные шедевры были отправлены на реставрацию в Москву и Киев, а через 10 лет, в мае 1955 года, показаны в московском Музее изобразительных искусств имени А. С. Пушкина и возвращены Германии, в собрание Дрезденской галереи. Так в город, едва не уничтоженный войной, бессмыслием ее жестокости, вернулся светлый образ итальянского Возрождения, став символом возрождения Дрездена, преодоления потерь войны.

Интерес к шедевру Рафаэля не ослабевает в наши дни. XXI век накладывает свой отпечаток на восприятие полотна, свидетельствует о непреходящем его значении. От настоящего времени, а, значит, и от нашей жизни неотделимы память войн, глобализация и мировые конфликты, экологические катастрофы и экономические кризисы, изменение нравственных ориентиров, обилие инсталляций и абстракций в искусстве. Но предельно контрастно им звучит «Сикстинская мадонна» Рафаэля Санти, утверждая общечеловеческие духовные начала. Ее образ и смысл каждый может открыть для себя по-своему. И, наверное, поэтому залы Картинной галереи сегодня так многолюдны.

 


1   Дрезденская картинная галерея стала общедоступной с 25 сентября 1855 года.
2   Бенедиктинцы — старейший католический монашеский орден, основанный в Субиако и Монтекассино святым Бенедиктом Нурсийским в VI веке. Благодаря тому, что в уставе ордена разумно распределялось время между молитвой и физическим трудом монахов, орден стал наиболее многочисленным в Европе.
3  Станца (итал. stanza) — комната.
4  Станца делла Сеньятура (Stanza della Segnatura, в переводе с итальянского «комната печати») — зала, служившая папским рабочим кабинетом, здесь же подписывались указы папы.
5  Ассунта — Assunta с итальянского Вознесение.
6   Август III (1696–1763) — курфюрст Саксонский (1733–1763), король Польский, сын и наследник Августа II (Августа Сильного).
7  Документ подписали настоятель монастыря святого Сикста в Пьяченце Караччиоло и профессор греческой филологии в Болонье, доверенное лицо Августа III, Бьянкони.
8  Каталог выставки «Сикстинская мадонна». Культовая картина Рафаэля отмечает свое 500-летие». Составители: Андреас Хеннинг и Сандра Шмидт. Мюнхен, Лондон, Нью-Йорк, «PRESTEL», с. 37.
9  Адольф фон Менцель (1815–1905). «Дорогу великому Рафаэлю!». 1855–1859. Бумага, гуашь, пастель. 46×62. Германский национальный музей, Нюрнберг.
10 Антонио да Корреджо (Антонио Аллегри; итал. Correggio; Antonio Allegri; около 1489, Корреджо, Эмилия — 1534, там же) — итальянский живописец Высокого Возрождения.
11 Винкельман Иоганн Иоахим. Мысли о подражании греческим произведениям искусства в живописи и скульптуре. Дрезден, 1755. С. 23. Цит. по: Каталог выставки «Сикстинская мадонна». Культовая картина Рафаэля отмечает свое 500-летие». Составители: Андреас Хеннинг и Сандра Шмидт. Мюнхен, Лондон, Нью-Йорк, «PRESTEL», с. 42.
12 Иоганн Фридрих Бури — ученик Антона Вильгельма Тишбейна, после завершения обучения в Риме давал уроки живописи сестрам прусского короля Фридриха Вильгельма III.
13 «Мадонна в кресле» или «Мадонна делла Седиа» (итал. «Madonna della sedia»); sedia (итал.) — стул.
14 Рейхсштатгальтер (нем. Reichstatthalter) — наместник Рейха.
15 По-немецки туннель — tunnel, что объясняет обозначение на карте этого места буквой «Т».

Комментарии   

 
0 #1 Color 16.10.2014 13:48
О чем спорят историки - Сикстинская Мадонна Рафаэля: http://painteropedia.ru/sikstinskaya-madonna-o-chem-sporyat-istoriki/
Цитировать
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Искусство «Сикстинская мадонна» Рафаэля


культурно-просветительский
общественно-политический
литературно-художественный
электронный журнал
г. Санкт-Петербург
г. Москва