Митрополит Петрозаводский и Карельский Константин (Горянов)

История Православия на Карельской земле

Доклад на конференции, посвященной 25-летию возрождения Петрозаводской Карельской епархии

Русский пограничный край

Впечатления о поездке петербургской делегации в Петрозаводск на конференцию «Православие в Карелии»

В самый канун Рождественского поста мне довелось в составе делегации ученых и писателей Санкт-Петербурга посетить Карелию по приглашению правящего архиерея митрополита Константина (Горянова). Мы — известный ученый, доктор философских наук, академик Российской академии образования Александр Аркадьевич Корольков, известный русский писатель, секретарь правления Союза писателей России Николай Михайлович Коняев, его супруга историк и литератор Марина Коняева, а также академик Российской академии естественных наук, заслуженный деятель науки Российской Федерации, профессор, генерал-лейтенант медицинской службы Василий Семенович Новиков и автор этих строк — приняли участие в IV научной конференции «Православие в Карелии», которая была посвящена 25-летию возрождения Петрозаводской и Карельской епархии, а также празднованию 1000-летия преставления крестителя Руси Святого Равноапостольного Великого князя Владимира.

Во всех епархиях накануне общецерковных Рождественских чтений проходят, как известно, местные малые Рождественские чтения. Недавно назначенный на Петрозаводскую и Карельскую кафедру митрополит Константин, который известен в Церкви не только как опытный архиерей, но и как маститый ученый-богослов и церковный историк, решил приурочить Карельские Рождественские чтения к празднованию 25-летия возрождения Петрозаводской и Карельской епархии.

Стоит отметить, что церковная конференция впервые проходила в стенах Петрозаводского университета, и уже сам этот факт придал конференции особое звучание. На открытие конференции прибыла довольно представительная делегация государственных чинов Карелии. На открытии конференции присутствовал заместитель главы Республики Карелия по региональной политике Вячеслав Баев, зачитавший приветствие главы Республики Александра Худилайнена, депутат Государственной Думы России от Карелии Валентина Пивненко, председатель Законодательного собрания республики Владимир Семенов и президент Петрозаводского государственного университета, долгое время возглавлявший это старейшее учебное заведение Карелии, Виктор Васильев. В церемонии открытия также принимал участие епископ Костомукшский и Кемский Игнатий (Тарасов) епархии, находящейся в пределах Республики Карелия.

Надо отдать должное организаторам конференции — она была очень толково продумана, в отличие от многих мероприятий подобного рода. Пленарное заседание решили не затягивать, после приветствий высоких гостей прозвучало четыре ключевых доклада.

С первым докладом, посвященным истории Православия в Карелии, выступил правящий архиерей митрополит Константин, который рассказал об основных вехах просвещения Карельской земли православными подвижниками и миссионерами. Стоить отметить, что Карельская земля просияла подвигом многих преподобных, и в сонме карельских святых как раз преобладают монашествующие, которые уходили в эти глухие земли, предаваясь посту и уединенной молитве и одновременно просвещая местное население. История Православия в Карелии восходит еще к X веку, т. е. к началу Православия на русской земле. Не обошел вниманием Владыка Константин и суровые годы гонений на Православие в ХХ веке, которые начались для Карелии вскоре после революции массовыми жестокими расправами над монахами двух самых известных карельских обителей — Александро-Свирского и Важеозерского монастырей. А к началу Великой Отечественной войны все церкви в Карелии были закрыты, не было ни одного священника. В военные и послевоенные годы православную жизнь пришлось возрождать с нуля. Я обратил внимание, что в докладе Владыки неоднократно звучала формулировка, что Карелия — это русский пограничный край. И это очень точное определение особенного предназначения Карельской земли.

Дополнил слово Владыки доклад одного из старейших священников Карелии настоятеля кафедрального собора Александра Невского протоиерея Иоанна Тереняка, который рассказал собравшимся о новейшей истории Православия на Карельской земле. Его доклад был посвящен последней четверти века, когда в Карелии была создана епархия, и началось активное восстановление храмов, монастырей и возобновление церковной жизни.

С очень интересным докладом выступил местный карельский ученый, доктор филологических наук Александр Пигин. Его доклад был посвящен анализу житий святых Обонежья. В своем докладе он рассказал не только об истории исследования житийной литературы и других церковных источников (а она имеет уже более чем вековую традицию), но и о тех проблемах, которые возникают для ученых в связи с изучением такого специфического вида источников, как жития святых.

Четвертый доклад петербургского ученого Александра Королькова был посвящен той теме, которая была объявлена ключевой в этом году для всей Русской Православной Церкви, — цивилизационный выбор Руси. И это не случайно, ибо в этом году Церковь наша широко празднует 1000-летие преставления Крестителя и Просветителя Руси Святого Равноапостольного Великого князя Владимира.

После пленарного заседания работа была продолжена в секциях, в которых приняли участие местные священнослужители, ученые, общественные деятели, в том числе и гости из Санкт-Петербурга. А помимо нас с Николаем и Мариной Коняевыми, в Петрозаводск на конференцию прибыли доцент РГПУ им. Герцена Любовь Немчикова и магистр педагогики Ксения Коненкова.

Я выступил на секции, посвященной просвещению и образованию, и мой доклад был посвящен вызовам, с которыми сталкиваются православные средства массовой информации в нынешнее время. Я попытался структурировать эти основные вызовы и обратил внимание прежде всего на те, которые связаны с пониманием нашей истории, нашего прошлого, отношением православных к таким непростым страницам нашей истории, как советская эпоха, и с необходимостью формулирования базовых идей национально-государственной идеологии.

На следующий день мы посетили самый крупный ныне в Карелии и старейший Важеозерский монастырь. Эта обитель была основана на берегу озера Важа еще в XVI веке и просияла целым сонмом преподобных, среди которых особым почитанием пользуются преподобные Геннадий и Никифор Важеозерские, основатели обители, которые первыми просвещали эти земли. Оба они — ученики преподобного Александра Свирского, они, собственно, и основали Важеозерский монастырь. Монастырь восстанавливается сегодня с трудом, в обители ощущается финансовая скудость. Нет того блеска, который можно видеть в других обителях. Но в то же время мы ощутили какое-то необыкновенное тепло, особенную благодатность этого места. Когда я слушал рассказ сопровождавшего нас монаха об истории монастыря, невольно пришло сравнение истории Важеозерского монастыря с историей нашего Отечества. Этот монастырь в пограничном русском крае постоянно подвергался нападению внешних врагов, как это было в годы первой русской Смуты, когда шведы буквально уничтожили этот монастырь, истребив множество его насельников. А в начале XX века во время второй русской смуты новые напасти постигли святую обитель. Тогда множество иноков монастыря было расстреляно, монастырь был закрыт, превращен, как и многие обители, в лечебницу для психически нездоровых людей, а потом в колонию для несовершеннолетних, а потом пребывал в полном запустении. Но каждый раз эта святая обитель, словно птица Феникс, возрождалась из пепла, поднималась из руин, и на этом месте снова возносилась молитва и снова возобновлялась церковная жизнь. Так и в России — нападения внешних врагов, внутренние смуты постоянно приводили на грань гибели наше Отечество. Но каждый раз Россия непостижимым для чужеземцев образом поднималась и восставала в новой силе и мощи и возрождалась как великая держава, как оплот добра в мятущемся мире. И дай Бог, чтобы с возрождающимся к жизни Важеозерским монастырем поднялось вновь в своей былой мощи и силе наше Отечество.

Следующий день был последним днем нашего пребывания на святой Карельской земле. Мы побывали в гостях у редакции старейшего в Карелии и одного из авторитетных в России общественно-политических изданий — журнала «Север», где встретились с главным редактором журнала, поэтессой Еленой Пиетиляйнен, членами редколлегии писателем Константином Гнетневым и старейшим карельским писателем Иваном Рогощенковым. Состоялась интересная беседа, заинтересованный обмен мнениями по многим вопросам литературной, общественной и политической жизни. В ходе беседы мы обсуждали пути и формы нашего сотрудничества, особенно, учитывая тот факт, что нас — Санкт-Петербург и Петрозаводск — теперь объединяет фигура правящего архиерея Петрозаводской епархии митрополита Константина, который оставил добрый след в Петербурге, где он возглавлял Духовную академию. Этот факт позволяет надеяться, что, благодаря молитвам Владыки, благодаря его поддержке, взаимодействие между православными писателями, публицистами, учеными и общественными деятелями Петербурга и Петрозаводска будет расти и крепнуть.

Анатолий Степанов, главный редактор «Русской народной линии»

 

* * *

Официальной датой массового крещения карелов в Приладожье считается 1227 г., однако началом распространения христианства в Карелии можно считать X век. В конце X в. территория современного юга Карелии находились под влиянием и в каноническом подчинении епископу (впоследствии архиепископу) Великого Новгорода. Напомним, что в 988 г. в Херсонесе, или по-славянски Корсуне (сейчас это пригород Севастополя), крестился Киевский князь Владимир. В 990 г. Новгород принимает крещение, а первым Новгородским архиереем стал прибывший из Корсуни со святым князем Владимиром епископ Иоаким. Это было в 991 или 992 году. Власть епископа, затем архиепископа Новгородской республики распространялась не только на церковную сторону жизни, но и на государственную. Мятежи и народные волнения, которые были не редкостью в Новгороде, также утихали вследствие вмешательства Владыки1.

В то время христианство уже не было новым явлением на северорусских землях. Вспомним великий торговый путь «из варяг в греки». Позволю себе привести краткую археологическую справку: не так давно, в 2003 г., первая столица Руси Старая Ладога отметила свое 1250-летие. Дата в значительной степени условная. Современные раскопки, проводимые под руководством академика Кирпичникова, находят городища VIII века. Это был средневековый торговый город с полиэтническим составом. Купцы приезжали и уезжали, а основным оседлым населением были славяне. Об этом свидетельствует и тип жилищ, которые образуют единый эволюционный ряд: Ладожские, Новгородские и Белозерские дома — пятистенки. Обнаружены также типичные славянские украшения, датируемые VIII в. — бронзовые височные кольца и другие артефакты.

Задолго до всеобщего крещения Руси в 988 г., вследствие частых и непосредственных торгово-промышленных и военных сношений с Византией киевлян и новгородцев, христианство уже успело распространиться между ними, особенно среди новгородских дружинников по примеру варягов-христиан в дружине князя Игоря Киевского, пришедших из Константинополя2. Также напомним, что бабка князя Владимира — киевская княгиня Ольга была христианкой и впоследствии причислена к лику святых.

Из истории Валаамского монастыря известно, что в 988 г., когда равноапостольный князь Владимир еще только крестил киевлян в Днепре, в 960 г., т. е. за 28 лет до официальной даты крещения Руси, на Валааме уже существовал небольшой монастырь, настоятелем которого был игумен Феоктист, и что он крестил преп. Авраамия, который ранее был язычником. После пребывания на Валааме Авраамий направился крестить язычников на озеро Ниро, что в Ростовской области. Там Авраамий построил монастырь и стал впоследствии Авраамием Ростовским. Этот факт подтверждает то, что христианство в Карелии существовало до крещения Руси в середине X века.

В XII в. из Валаамской обители уходит будущий создатель Палеостровского монастыря преподобный Корнилий. Ему предстоит открыть на Онежском озере Палеостровский монастырь. А позже, в XIV в., уйдет из Валаамской обители на Ладожский о. Коневец преподобный Арсений. В 1429 г. покинули Валаам преподобные Савватий и Герман — устроители Соловецкого монастыря. Три острова — на Ладоге, на Онеге, на Белом море... Три монастыря, вставших на самом краю Православной Руси... И утверждала этот Валаамо-Соловецкий рубеж не княжеская власть, не воинская сила, а одинокие, ищущие молитвенного уединения иноки, вооруженные лишь Крестом да Евангелием3...

Свидетельство тому, что все коренные народы Карелии становились полноценными и полноправными участниками строительства Святой Руси — сами представители этих национальностей. Лучшие из них, духовно совершенствуясь в Православии, восходили к обретению святости. Наиболее яркий пример этому преподобный Александр Свирский, который, как считается, был урожденным вепсом. Именно он, единственный из святых, помимо праотца Авраама, был удостоен явления Святой Троицы. Монастыри, устроенные преподобным Александром Свирским и его святыми учениками, соединили потоком неисчерпаемой духовности Ладожское и Онежское озера.

В отличие от крупных монастырей Беломорья, таких как Трифоно-Печенгский, Соловецкий, Антониев-Сийский, которые являлись крупными военными форпостами, местные обители не имели заметного военного или административного значения для государства, но их роль в духовном просвещении и утверждении Православия на северо-западных окраинных землях России переоценить невозможно. Самим своим существованием малые северные обители способствовали распространению русского культурного влияния в приграничном крае. Главными орудиями монахов-миссионеров являлись сила веры, упорный труд и слово.

Особо необходимо упомянуть духовных воспитанников Валаамской обители: преподобного Германа Аляскинского, проповедовавшего христианство на Аляске и Алеутских островах, святителя Геннадия Новгородского, создателя так называемой «Геннадиевской» Библии (1449), которая сыграла важную роль в искоренении ереси жидовствующих и легла в основу всех последующих славянских изданий, а ближе к нашему времени — святителя Игнатия Брянчанинова — послушника Александра Свирского монастыря. Их жизненный пример святости совершил огромную нравственную перемену в жителях Карелии.

Необходимо иметь в виду, что монахи в то время были самыми образованными людьми. Их образованность и просвещенность стали основополагающими для первых культурных традиций. Монахи являлись носителями не только высокой духовной культуры, но наряду с этим и распространителями грамотности, просвещения, образования. При монастырях создавались первые школы, библиотеки, больницы и богадельни, в монастырях переписывались, собирались и хранились летописи, рукописи, книги, документы. В стенах монастырей открывались мужские и женские учебные заведения, проводились миссионерские курсы для мирян и духовных лиц. В них сосредотачивались духовные и культурные ценности Севера Руси5.

Таким образом, введение Православия имело большое значение для карельского населения, которое наряду с новыми методами земледелия заимствовало у новгородских переселенцев способы постройки домов и различные предметы домашнего обихода, множество понятий и слов, а впоследствии — просвещение и письменность.

Постепенно начала складываться церковная структура, система церковного управления на территории Обонежской пятины. Высшая духовная власть принадлежала Новгородскому архиепископу. Его полномочными представителями являлись владычные наместники. Первая известная по письменным источникам поездка Новгородского архиепископа Симеона в северные владения состоялась в 1419 году.

В 1327 г. произошел раздел карельских земель: часть их оказалась под шведским началом. Уже тогда многие карелы, пытаясь сохранить веру, бежали на русскую сторону. На требование шведов вернуть им беглецов, русские отвечали: «а сих не выдадим: крещены суть в нашу веру; а и без того мало бе их осталося».

Корельский уезд, вошедший в состав русских земель, имел свой герб, дарованный Василием III, но к 1580 г. весь уезд захватили шведы. Большая часть населения была либо уничтожена, либо бежала в Россию. В 1583 г. по Плюсскому перемирию уезд был передан Швеции, но ненадолго. После заключения Тявзинского мирного договора, в 1595 г., Корельский уезд возвратился России.

Возвращенные земли представляли ужасающую картину. Населения оставалось не более 10%, большая часть домов была сожжена, уничтожены все православные церкви и монастыри. Необходимо было восстановить хозяйство, вернуть бежавших в Россию карел, создать новую линию обороны против шведов.

Восстановление Корельского уезда началось с восстановления православной епархии. Для этого по указу первого русского Патриарха Иова в 1598 г. учредили Корельскую епископию. В ее состав вошли отвоеванные у шведов западные карельские земли и Олонецкий край.

Первым Корельским епископом назначили Сильвестра (1595–1613), бывшего архимандрита Симонова монастыря под Москвой. Кафедра его разместилась в городе Корела (ныне Приозерск Ленинградской области)6.

Это было сложное для Русского государства время, получившее впоследствии название Смутного. Именно Русская Православная Церковь во главе с Патриархом Гермогеном объединила российское общество в те годы и помогла народу сохранить национальную независимость, веру и государственность.

Так было и в Кореле. Примечательно, что полугодовую оборону города от шведских захватчиков возглавлял сам епископ Сильвестр. Тем не менее, в марте 1611 г., несмотря на сопротивление всего населения, Корельский уезд вновь оказался под властью шведов на сто лет.

Епископа Сильвестра перевели тогда на Вологодскую кафедру, и в 1613 г. он вместе с другими святителями земли Русской как епископ Корельский принимал участие в Поместном соборе, поставив свою подпись в протоколе избрания на царство Михаила Федоровича Романова. В июле того же года епископа Сильвестра перевели в Псков, где еще продолжались боевые действия со шведами, и он опять оказался в эпицентре военных событий. Псковичи отчаянно защищались, а Владыка и духовенство, подавая горожанам пример героического противостояния врагам, молились о даровании победы Православному Отечеству. Епископ Сильвестр скончался 1 декабря 1615 г. и был погребен в усыпальнице под Троицким Кафедральным собором города Пскова7.

В 1617 г. Корельская епископия перестала существовать — по Столбовскому миру граница Швеции и России прошла по реке Свирь. Шведскими стали земли Северного Приладожья и весь Карельский перешеек.

Шведская политика на новых землях заключалась в сознательном и целенаправленном вытеснении Православия лютеранством. Лютеранский катехизис был отпечатан на русском языке, и за его знание местному населению предполагались денежные награды. Принимавшие лютеранство православные освобождались от платежей и повинностей.

Однако эти ужесточения не возымели ожидаемого результата. Напротив, в 1627 г. более полутора тысяч карельских семейств (6 тыс. человек) бежало в Россию. Посылать ставленников и звать духовенство из новгородских земель запрещалось под страхом смерти. Тюремному заключению подвергались люди, выезжавшие в Россию крестить своих младенцев.

Однако эти меры лишь ожесточили карелов. В Швецию доносили: если русские нападут, карелы как один встанут на их сторону. Так и было в 1656 г. при выступлении русского войска в Кексгольмскую губернию. При последовавшем затем отступлении русских начался новый исход карелов — до 2/3 всего населения ушло в Россию.

В конце XVII в. на карельской территории стали множиться шведские и финские поселения. Переселенцам предоставлялись различные привилегии вплоть до освобождения от военной повинности.

Русская Карелия вернулась под протекторат русского государства в ходе Северной войны со Швецией 1700–1722 годов. Но спустя сто лет при подписании Императором Александром I «Великой хартии», в которой Финляндия объявлялась Великим княжеством в составе России, ей была передана Выборгская губерния, некогда являвшаяся частью Русской Карелии.

Любопытные воспоминания о своем служении у архиепископа Финляндского Сергия в начале XX в. оставил митрополит Вениамин (Федченков): «Карелы хотя по племени были финны, но духом были нашими же русскими мужиками, лишь еще более смиренными и бедными. Очевидно, Православие, исповедуемое ими веками, воспитало в них ту же духовную культуру, что и в России, и на Украине» («На рубеже двух эпох» («Россия между верой и безверием»).

Историческая территория Олонецкого края меняла свой статус на протяжении XVIII в., пока в 1802 г. не была образована Олонецкая губерния, просуществовавшая до 1922 года. В течение этого периода подчиненность православных приходов Олонецкого края также не раз менялась.

С 1708 г. существовала Карельская и Ладожская епархия, которой управлял Новгородский митрополит. В 1764 г. была учреждена викарная (подчиненная Новгородскому митрополиту) Олонецкая и Каргопольская епархия. Ее центром стал Александро-Свирский монастырь, где жил викарий (епископ, помогающий митрополиту в управлении епархией) и размещались Духовная консистория и Духовная семинария.

В 1787г. указом Екатерины II викарную епархию упразднили и соединили с Архангельской под названием Олонецкая и Архангельская. В 1796 г. после ликвидации Олонецкого наместничества и раздела его территории между Архангельской и Новгородской губерниями, приходы и монастыри Кемского, Повенецкого и Пудожского уездов остались под управлением епископа Архангельского и Холмогорского, а приходы и монастыри Петрозаводского, Олонецкого, Лодейнопольского, Вытегорского и Каргопольского уездов вошли в состав Новгородской митрополии8.

Удаленность карельских приходов от епархиального центра привела к серьезным проблемам. Вплоть до XIX в. многие прихожане не понимали смысла богослужения, были знакомы лишь с внешней, обрядовой стороной Православия. Для большинства карельского населения становилось характерно двоеверие. Духовные и гражданские власти неоднократно предпринимали попытки закрепить влияние Православной веры на жизнь коренного населения и усилить епископский надзор за карельскими приходами. Однако эти попытки не приносили желаемых результатов.

С предложением об учреждении самостоятельной Олонецкой епархии в начале XIX в. выступил митрополит Санкт-Петербургский и Новгородский Серафим (Глаголевский). В 1827 г. сенатор О. Баранов совершил ревизорскую поездку в Олонецкую губернию, по результатам которой составил рапорт. Ревизор счел совершенно неудовлетворительным состояние нравственности в губернии, в связи с чем посчитал необходимым открыть самостоятельную Олонецкую епархию.

Высочайшее повеление «быть в Олонецкой губернии особой епархии»9 последовало 21 апреля 1828 г., а доклад Святейшего Синода по данному вопросу Император Николай I утвердил 22 мая (4 июня по н. ст.) того же года. На Олонецкую кафедру был избран преосвященный Игнатий (Семенов), викарий Новгородский (1828–1842). Кафедральным городом стал Петрозаводск.

В том же, 1828 г., в городе была открыта Олонецкая Духовная консистория, а в октябре 1829 г. и новое учебное заведение — Олонецкая Духовная семинария, в которой обучались будущие священники. Первоначально это учебное заведение размещалось у общественной пристани в здании Петрозаводского Духовного училища. Первые преподаватели приехали из Новгородской и Петербургской Духовных школ.

К 1872 г. при поддержке местного купечества и городской Думы было построено новое просторное здание Олонецкой Духовной семинарии. Здание это сохранилось до наших дней и принадлежит сейчас МО РФ.

С Олонецкой семинарией связаны имена выдающихся церковных деятелей. Ее ректорами в разное время были святитель Феофан Затворник (Говоров), священномученики Фаддей (Успенский) и Никодим (Кононов). Церковью в лике святых прославлено и немало выпускников ОДС. Это и Вениамин (Казанский), митрополит Петроградский, и Григорий (Чуков), митрополит Ленинградский и Новгородский, и Венедикт (Плотников), епископ Кронштадтский, и Николай (Богословский), и др.

Семинария была закрыта в 1918 году. За 89 лет ее существования было подготовлено 67 выпусков, ее окончили 1 568 человек. Существование этого учебного заведения оставило заметный след в истории Олонецкой губернии. Семинария являлась основным источником пополнения кадров не только духовенства, но и местной интеллигенции. Уровень преподавания был достаточно высок. Учащиеся, как правило, выходцы из приходского духовенства и крестьянства, получали не только богословское, но и разностороннее светское образование, вследствие чего имели хорошую базу знаний для получения высшего образования. Выпускники ОДС становились учителями, чиновниками, поступали в столичные университеты и институты. Большинство служило священниками в приходах, некоторые продолжали богословское образование в Духовных академиях.

Помимо семинарии в Петрозаводске были открыты мужское и женское Духовные училища, а также десятки церковно-приходских школ.

В 1872 г. в городе Петрозаводске был освящен новый Святодуховский Кафедральный собор — скорбный брат Храма Христа Спасителя.

По определению Святейшего Синода с 1 июля 1898 г. при Олонецкой Духовной консистории начали издавать газету «Олонецкие епархиальные ведомости», которая рассказывала о духовной жизни Олонецкого края.

К 1907 г. только в одном Петрозаводском уезде было 116 школ грамотности и 210 церковно-приходских школ с общим числом учащихся более 7 тыс. человек.

Во многом благодаря трудам Н. К. Чукова, бывшего епархиальным наблюдателем начальных школ в течение 16 лет (1895–1911), в Карелии была создана одна из лучших по тем временам сеть школ, находившихся под контролем Духовного ведомства. 64 школы имели правильно организованные хоры певчих.

В 1907 г. в Видлице архиепископ Финляндский и Выборгский Сергий (будущий Патриарх Московский и всея Руси) открыл Православное Карельское братство во имя св. вмч. Георгия Победоносца, которое занималось активной миссионерской работой среди карельского населения, в том числе пребывающего в старообрядческом расколе. В 1912 г. в Петрозаводске открылась первая в епархии церковно-приходская школа для взрослых10.

К началу XX столетия Олонецкая епархия достигла значительных успехов в деле просвещения местных народов светом Православной веры. В Карелии существовала самостоятельная Олонецкая епархия, по данным на 1913 г. в Олонецкой губернии было 1317 представителей церковного клира. Ко времени революционных перемен в стране, согласно данным на 1916 г., в составе Олонецкой епархии было 35 благочиннических округов, 14 монастырей и пустыней, 312 только приходских церквей, не считая монастырских храмов, при которых действовали церковно-приходские школы11.

324 церковно-приходские школы и Духовные училища воспитывали своих питомцев для Духовной семинарии, писарей и делопроизводителей для Духовных и светских учреждений. При 47 приходах существовали 44 карельских и 27 вепских церковно-приходских школ.

На территории епархии действовало 14 монастырей. В самом начале XX в. в епархии открылись два новых женских монастыря: Ладвинский и Паданский12.

Преподобные основатели древних монастырей на Олонецкой земле причислены к лику святых Русской Православной Церковью, они почитаются как «преподобные обонежские пустынножители и чудотворцы» на протяжении нескольких столетий. Всем православным верующим известны имена карельских святых: прп. Александр Свирский, прп. Александр Ошевенский, прпп. Лазарь и Афанасий Муромские, прпп. Геннадий и Никифор Важеозерские, прпп. Корнилий и Авраамий Палеостровские, прп. Иона Клименецкий, прп. мчн. Адриан Андрусовский, прп. Афанасий Сяндебский и многие другие. День памяти Карельских святых отмечается ежегодно 3 июня (ранее отмечался в ноябре).

Почти три столетия жители города Петрозаводска почитали блаженного старца Фаддея Петрозаводского, современника Петра Великого, уже в наше время, в 2000 г., он причислен к лику местночтимых святых, его надгробная плита покоится у Александро-Невского Кафедрального собора, а могила закатана под асфальт за Русским Драматическим театром.

Октябрьская революция 1917 года полностью изменила жизнь православных верующих Карелии. 20 января 1918 г. был принят декрет советского правительства «Об отделении Церкви от государства и школы от церкви». В школах города и губернии запретили преподавать Закон Божий, а Духовные учебные заведения закрыли, был запрещен выпуск «Олонецких епархиальных ведомостей».

Все имущество, включая здания, конфисковали и передали в ведение комиссариата просвещения, Духовные учебные заведения были преобразованы в светские школы.

В 1918–1930-х гг. продолжалась национализация церковных земель и зданий, ликвидация монастырей, изъятие мощей, гонения на духовенство. Одно из первых кощунственных изъятий мощей и расстрел ни в чем не повинных монахов в Советской России произошли в 1918 г. в Александро-Свирском монастыре Олонецкой епархии и Яшезерском монастыре.

Осенью 1918 г. духовенство было отстранено от совершения актов гражданского состояния. Ранее священники вели Метрические книги при храмах, в которых они служили, в этих книгах записывались сведения о крещении, венчании и отпевании усопших. На основании этих записей выдавались документы о рождении и другие справки.

Тогда же за противодействие декрету СНК РСФСР о свободе совести, выразившееся в отказе передать государству Духовные учебные заведения, из Олонецкой епархии были высланы видные священнослужители Русской Православной Церкви: ректор, иерей Н. К. Чуков, председатель Совета Духовных училищ епархии священник П. В. Дмитриев, протоиереи Метелев, Дроздин, священники Звероловлев, Сперанцев и другие.

26 июля 1929 г. была закрыта и передана под музей Александро-Невская церковь. 1 февраля 1930 г. было принято правительственное решение прекратить колокольный звон во всех деревнях Карелии, а все колокола передать в фонд индустриализации.

2 марта 1930 г. в помещении бывшего кафедрального собора Святого Духа была открыта общественная столовая на 5000 мест. В 1936 г. здание собора было взорвано.

Храмы закрывались под разными предлогами и без предлогов, священников ссылали в концлагеря. Часто осужденные внесудебными органами, тройками ОГПУ, представители духовного сословия, священники и монашествующие приговаривались к ВМН (высшей мере наказания) — расстрелу. Все они пострадали за Христа, приняв мученическую кончину, и предстоят теперь пред Господом в сонме новомучеников и исповедников Российских.

К 1930 г. из 594 храмов было закрыто 330, из 1724 часовен — 1708, из монастырей не осталось ни одного, из 1370 священников осталось только 200. К 1936 г. по Карелии осталось только 100 церквей и 77 священнослужителей13.

Террор и репрессии, как эпидемия чумы, с огромной силой нахлынули на Карельскую землю. Однако, несмотря на проведение антицерковной государственной политики, на протяжении 1930-х гг. власти вынуждены были констатировать, что население Карелии оставалось религиозным, подтверждением чему служило соблюдение церковной обрядности, массовые прогулы на предприятиях, лесозаготовках и в колхозах в дни больших церковных праздников.

Репрессии против православных священников, монахов и верующих продолжались вплоть до Великой Отечественной войны, к началу которой в Карелии было уничтожено все духовенство и закрыты все церкви.

В период финской оккупации церкви, закрытые или переоборудованные под клубы, школы, склады, вновь открывались для богослужения, допускалась организация церковно-приходских школ. С уходом оккупантов из Карелии в 1944 г., было вывезено много церковного имущества14.

С 1 сентября 1944 г. Олонецкая епархия утратила свою самостоятельность и перешла в ведение Ленинградской и Новгородской митрополии, которая назначала благочинных для управления делами.

Попытка церковного руководства (митрополита Ленинградского и Новгородского Григория (Чукова)) восстановить в Карелии самостоятельную епархию была предпринята только в 1947 г., однако не увенчалась успехом. В течение двух лет, в 1947–1949 гг. на Олонецкую кафедру назначались архиереи, но власти не допустили возрождения самостоятельной Олонецкой епархии. В результате, с 1949 г. епархия управлялась митрополитами Ленинградскими и Ладожскими, а восстановление ее самостоятельного статуса произошло только двадцать пять лет назад, в 1990 году.

 

Список использованной литературы:

  1. Александрова-Чукова Л. К. Митрополит Григорий (Чуков): вехи служения церкви Божией. Ч. I. К 140-летию со дня рождения // Богослов.ru. (научный богословский портал). Режим доступа: http://www.bogoslov.ru/text/592451.html.
  2. Архив Санкт-Петербургской епархии. Ф. 3. Оп. 3б. Д. 101.
  3. Басова Н. А. Русская Православная Церковь в Карелии в 1918–1941 гг.: дисс. … канд. ист. наук. Петрозаводск, 2006.
  4. Голубинский Е. Е. История Русской Церкви. Т. I. Период первый, Киевский или домонгольский. Первая половина тома. М., 1997.
  5. Детчуев Б. Ф., Макуров В. Г. Государственно-церковные отношения в Карелии (1917–1990 гг.). Петрозаводск, 1999.
  6. Дмитриев А. Первый карельский епископ. Петрозаводск, 2004.
  7. Их называли КР: Репрессии в Карелии 20–30-х годов / сост. А. М. Цыганков. Петрозаводск, 1992.
  8. Кожевникова Ю. Н. Монастыри и монашество Олонецкой епархии во второй половине XVIII — начале XX века. Петрозаводск, 2009.
  9. Коняева М. В., Коняев Н. М. Свирские святые. СПб.: Дума, 1997.
  10. Кучепанов Н. К. Школа в дореволюционной Карелии. Петрозаводск, 1956.
  11. Макаровский А. И. Курс истории Русской Церкви (домонгольский период). Л., 1951.
  12. Олонецкая губерния: статистический справочник. Петрозаводск, 1913.
  13. Олонецкая епархия: Страницы истории. Петрозаводская и Карельская епархия // Нац. архив РК / сост. Н. А. Басова и др. Петрозаводск, 2001.
  14. Олонецкий сборник. Петрозаводск, 1886. Вып. 2.
  15. Пулькин М. В., Захарова О. А., Жуков А. Ю. Православие в Карелии (XV — первая треть ХХ века). М., 1999.
  16.  Памятная книжка Олонецкой губернии на 1916 год. Петрозаводск, 1916.
  17.  Рапов О. М. Русская Церковь в IX — первой трети XII века. Принятие христианства. М., 1988.
  18. Степанова Э. Д. Неугасимая Лампада. Петрозаводск: Прагматика, 2011.
  19. Степанова Э. Д. Очерки истории Православия в Карелии // Федерал. агентство по образованию, Министерство культуры и по связям с общественностью РК, ГОУВПО «КГПУ». Петрозаводск: Изд-во КГПУ, 2008.
  20. Татищев В. Н. История Российская Собр. // соч.: в 8 т.. М., Л., 1962–1964 (репринт: М., 1994–1995 гг.). Т. I.
  21.  Чухин И. Карелия-37: Идеология и практика террора. Петрозаводск, 1999.
  22. Шаскальский И. П. Шведская интервенция в Карелии в начале XVII века. Петрозаводск, 1950.

 

 


1   Татищев В. Н. История Российская. // Собр. соч.: в 8 т. М., Л., 1962–1964 (репринт: М., 1994–1995). Т. I. C. 112–113; Рапов О. М. Русская Церковь в IX — первой трети XII в. Принятие христианства. М., 1988. С. 282, 287.
  Макаровский А. И. Курс истории Русской Церкви (домонгольский период). Л., 1951. С. 61; Голубинский Е. Е. История Русской Церкви. Т. I. Период первый, Киевский или домонгольский. Первая половина тома. М., 1997. С. 75.
  Степанова Э. Д. Неугасимая Лампада. Петрозаводск: Прагматика, 2011. С. 10.
  Коняева М. В., Коняев Н. М. Свирские святые. СПб.: Дума, 1997. С. 5–6.
  Кожевникова Ю. Н. Монастыри и монашество Олонецкой епархии во второй половине XVIII — начале XX века. Петрозаводск, 2009. С. 176.
6   Дмитриев А. Первый карельский епископ. Петрозаводск, 2004. С. 65–66.
  Шаскальский И. П. Шведская интервенция в Карелии в начале XVII века. Петрозаводск, 1950. С. 137.
  Олонецкая епархия: Страницы истории. Петрозаводская и Карельская епархия // Нац. архив РК / сост. Н. А. Басова и др. Петрозаводск, 2001. С. 4–6; Пулькин М. В., Захарова О. А., Жуков А. Ю. Православие в Карелии (XV — первая треть ХХ в.в.). М., 1999. С. 34–35.
   Там же. С. 9.
10   Олонецкая губерния: статистический справочник. Петрозаводск, 1913. С. 32–34; Александрова-Чукова Л. К. Митрополит Григорий (Чуков): вехи служения церкви Божией. Ч. I. К 140-летию со дня рождения // Богослов.ru. (научный богословский портал). Режим доступа: http://www.bogoslov.ru/text/592451.html; Кучепанов Н. К. Школа в дореволюционной Карелии. Петрозаводск, 1956. С. 7.
11   Олонецкая епархия: Страницы истории. Петрозаводская и Карельская епархия // Нац. архив РК / сост. Н. А. Басова и др. Петрозаводск, 2001. С. 60; Памятная книжка Олонецкой губернии на 1916 год. Петрозаводск, 1916. С. 126–134.
12   Степанова Э. Д. Неугасимая Лампада. Петрозаводск: Прагматика, 2011. С. 5.
13   Материалы об Олонецкой епархии в годы репрессий (конец 1920-х — 1930-е годы) подготовлены на основе данных из книг: Детчуев Б. Ф., Макуров В. Г. Государственно-церковные отношения Карелии (1917–1990 гг.). Петрозаводск, 1999; Их называли КР: Репрессии в Карелии 20–30-х годов // сост. А. М. Цыганков. Петрозаводск, 1992; Чухин И. Карелия-37: Идеология и практика террора. Петрозаводск, 1999.
14   Архив Санкт-Петербургской епархии. Ф. 3. Оп. 3б. Д. 101; Басова Н. А. Русская Православная Церковь в Карелии в 1918–1941 гг.: дисс. … канд. ист. наук. Петрозаводск, 2006. С. 45–240; Детчуев Б. Ф., Макуров В. Г. Государственно-церковные отношения в Карелии (1917–1990 гг.) Петрозаводск, 1999. С. 10–111.

 

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная История и современность История Православия на Карельской земле


культурно-просветительский
общественно-политический
литературно-художественный
электронный журнал
г. Санкт-Петербург
г. Москва